"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

Наталья Способина

Прядущая. И возродятся боги

Цикл «Прядущая»

          I. И оживут слова

          II. И приведут дороги

          III. И не прервется род

          IV. И возродятся боги

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака. Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

© Способина Н., 2026

© Оформление. ООО «МИФ», 2026

В том мире иначе шумят деревья, Там ярче листва и рассвет красивей, Там в каждой травинке живут поверья, Там воздух вечерний наполнен силой. Там утром румяным по первым всходам Скользнет ветерок, унося чьи-то мысли, Ручей зазвенит, забирая невзгоды… Тот мир, что утрачен, всегда будет чище. Сперва ты поселишь его в своем сердце. Он будет в тебе отзываться ночами, Давая возможность душе отогреться, Меняя реальность и грезы местами. Но память не вечна, и выцветут тени. Сначала не вспомнишь рассвет над водою, Потом запах трав, скрип потертых ступеней, Затем чей-то голос, что звал за собою. Ты свыкнешься с этим. Научишься снова Дышать и смеяться без призрачной боли. Но в том из миров, что преданьями скован, Тебе век назад уготована доля, И сколько ни виться дорожке-тропинке, Она к твоему приведет порогу Того, чья душа – от твоей половинка, Того, кого прокляли древние боги.

Глава 1

Выйдя на крыльцо университета, я остановилась и полезла в сумку за зонтиком. Бархатный сезон в этом году не задался: неделю назад зарядили дожди, вынудив бедных туристов проводить отпускные дни в кафе и ресторанах.

Я усмехнулась, поймав себя на мысли о туристах. Прожив в этом приморском городе чуть больше двух лет, я, кажется, наконец начала заражаться пренебрежением местных к тем, кто слетался сюда в сезон отпусков, как стаи саранчи.

– Ну и льет, – раздалось рядом со мной.

Обернувшись, я встретилась взглядом с Павлом Николаевичем, привычно улыбнулась, и он улыбнулся в ответ.

История нашего знакомства насчитывала добрый десяток лет. Когда-то Павел Николаевич был моей огромной безответной любовью. Ради него я едва не позабыла семейную установку на запрет романов с женатым мужчиной. Пожалуй, лишь его моральные принципы и здравый смысл не позволили мне наделать глупостей. А еще он заставил меня поверить в себя, и за это я до сих пор была ему благодарна.

Его одобрительные замечания насчет моих литературных способностей стали толчком к тому, что однажды я начала записывать историю, возникшую в моем воображении. Тогда я считала, что мне удалось придумать отличный мир с интересными героями. Пока в один прекрасный момент я не оказалась в этом самом мире, где довольно быстро выяснилось, что никакой я не автор, а банальный передатчик информации и что вырвала меня из нашего мира в тот древняя сила, которой понадобилась жертва.

Вообще-то, когда я пыталась вот так структурировать в голове случившееся пять с лишним лет назад, выходила полная ерунда, и впору было записываться на прием к хорошему психиатру. Вот только я действительно целых два месяца провела в ином мире, чему имела неоспоримое доказательство, даже целых три: шрам на руке после ранения стрелой, деревянную бусину-оберег и… сына, как бы странно это ни звучало.

А началось все с моей подростковой влюбленности в Павла Николаевича и желания оправдать его веру в мои способности.

Вернувшись в свой мир после двухмесячного отсутствия, я некоторое время чувствовала себя дезориентированной и оглушенной. Мне даже некогда было толком погоревать об оставленных в Свири людях: все силы уходили на то, чтобы заново устроить свою жизнь.

Родители не просто не поддержали меня в решении родить Диму, они поставили ультиматум: либо нагулянный неизвестно где ребенок, либо они. Возможно, для кого-то это прозвучало бы чудовищно, но в моей семье всегда дорожили репутацией, поэтому я ожидала чего-то подобного. И все равно в тот момент оказалась морально не готова.

Я, конечно, выбрала Димку. «А как иначе?» – ответила я тогда разочарованной маме, невольно повторив фразу, сказанную мне однажды Альгидрасом. Я не могла