"Фантастика 2025-62". Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

Закрутив крышку, Аркадий надел штаны, после чего снял с дужки кровати высохшие портянки и начал обуваться. При любом наклоне голова отзывалась неприятной болью. А затем его схватил приступ кашля.

— Ох, твою мать… — понял он всё, после того, как откашлялся.

А ведь он главный потребитель медицинского спирта — регулярно протирает руки. И марлевые маски он начал носить сразу же, как появились первые признаки пандемии гриппа.

Вытащив из верхнего ящика тумбочки новую маску, Аркадий надел её, после чего быстро облачился в китель.

Он сразу же пошёл в медпункт, чтобы его судьбу определил врач.

— Итак, товарищ полковник… — заговорил Матвей Константинович. — Это инфлюэнца, однозначно. Моя рекомендация — отправляться в госпиталь. Там более подходящие условия, которые, однозначно, понадобятся, если течение болезни, вдруг, усугубится. Летальные случаи не столь редки, как вам может казаться, поэтому настоятельно рекомендую передать командование и отправляться в госпиталь.

Умирать от испанки Немирову очень не хотелось, а шансы на это у него есть. Причём высокие шансы умереть, как он знал, были у здоровых и молодых. (1)

— Что ж, — вздохнул Аркадий и закашлялся. — Тогда отправляйте в госпиталь. Но сначала я должен дать инструкции моим подчинённым.

Штаб дивизии справится и без него, ведь план на оборону давно разработан, а активных действий они больше предпринимать не будут. Нужно просто держать оборону, пока наступление немцев не выдохнется. А там и на других фронтах начнётся…

«Надо ехать и отлёживаться в госпитале, во избежание», — подумал Немиров.

*22 июня 1918 года*

— А я вас в газете видел, товарищ полковник, — сообщил ему подполковник Красносёлов. — Потому и узнал.

— М-хм… — отреагировал Аркадий, изучающий схему нового пистолета-пулемёта, присланную Дегтярёвым.

— Награждение Святым Георгием — это не каждый день, да… — продолжал Красносёлов.

— Согласен, — кивнул Немиров.

Масса затвора, как сообщил Василий Алексеевич, вызывает определённые проблемы. Вероятно, под две разные пули будут два разных затвора. Или же он будет вынужден вносить в конструкцию затвора отъёмный балласт.

Пуля патрона 3×25 миллиметров весит 1,3 грамма, поэтому энергия отдачи у него слабее. С тяжёлым затвором, который не сможет толкнуть гильза этого патрона, автоматика работать не будет.

А вот пуля патрона 6,5×25 миллиметров, весящая 5,2 грамма, позволит автоматике работать, но недолго. Слишком лёгкий затвор будет «кидать» назад с чрезмерной силой, поэтому пистолет-пулемёт довольно быстро развалится.

И Дегтярёв предлагает оригинальное конструкторское решение…

Никто так никогда не делал и Аркадий не верит, что из этого может получиться что-то дельное. Технически, с этим никаких проблем, ведь оптимальный вес затвора рассчитать нетрудно, но то, что из затвора нужно будет удалять некий балласт, чтобы стрелять другим патроном — это дико и слишком смело даже для него.

Немиров считал, что лучше сделать два автомата и потом смотреть, какой покажет себя лучше. Если будет налажено достаточно дешёвое производство оперённых стреловидных боеприпасов, то все эти ухищрения с патронами 6,5×25 миллиметров можно будет прекратить и больше не париться по мелочам.

Пока что, выглядело, что патроны 3×25 миллиметров производить будет дешевле и проще, чем ту же бронебойную пулю Кутового. Пуля Кутового состоит из томпакового наконечника, стального сердечника, мельхиоровой оболочки и свинцовой рубашки. Техпроцесс изготовления непростой, поэтому Петроградский завод уже третий год не может выйти на плановую мощность, а ведь ГАУ в 1916 году заказал 36 000 000 единиц…

— Обед, — заглянула в палату медсестра.

Немиров сложил письмо и убрал его в тумбочку, после чего пошёл в столовую.

Тут все болеют гриппом, даже персонал переболел.

Кормят тут неплохо, но Аркадия расстраивает, что их пичкают стрептоцидом, который вызывает у него раздражение желудка и чувство тошноты. Впрочем, гораздо обиднее то, что это от вирусов не помогает вообще никак.

Ещё тут пытаются лечить стрептоцидом туберкулёз, но радует, что врачи уже поняли его неэффективность.

К счастью, Аркадий знает о попытках лечения туберкулёза только со слов врачей и медсестёр, ведь туберкулёзное крыло отделено от остальных и вход туда только по пропускам.

От туберкулёза ещё долго ничего не будет — это Аркадий знал точно. Так и останется он бичом человечества, вплоть до открытия эффективных антибиотиков.

С пенициллином ещё ничего не ясно. Гамалея уже написал статью о необычных свойствах некоторых грибков и выделении из них бактерицидных веществ. Но он описал проблему — в выбранных грибках есть некие токсические вещества, которые препятствуют использованию препарата для лечения заболеваний. Испытуемые животные умирают, поэтому ещё слишком рано для терапии людей.

Гамалея заверил научное сообщество, что будет заниматься поиском методов очистки вещества. Но это займёт неопределённо долгое время.

На обед была варёная рыба без соли, ржаной хлеб, а также чай с джемом и булочкой.

— Здоров, — подсел к Аркадию какой-то тощий и сутуловатый парень.

— Мы знакомы? — поднял тот взгляд.

Парень выглядел очень подозрительно.

— Нет, — ответил парень высоким голосом. — Я слышал, что ты — это тот самый Немиров.

— Возможно, что тот самый, — кивнул Аркадий. — Чего хотел?

— Да познакомиться, — ответил парень. — О тебе говорит вся Россия — герой войны. Украину от контры освободил, немцам и австриякам наподдал — интересно мне стало с тобой поговорить.

Аркадий вгляделся в него внимательнее.

— И как тебя звать? — спросил он.

— Леонид Мокиевский, — ответил парень.

— Не сочти за грубость… — заговорил Аркадий. — Но похоже, что ты никакой не Леонид, а, скажем так… Ты же не мужик.

— Чего?! — вскочил «парень».

Это привлекло внимание окружающих офицеров.

— Не поднимай шум, иначе тебя раскроют, — тихо попросил Немиров. — Если, конечно, это не входит в твои планы.

— Ты с чего взял, что я не мужик? — спросил «Леонид».

— Ты кто такая? — поинтересовался Аркадий. — И что забыла в офицерской части госпиталя?

Женщин офицеров не бывает, Русская Императорская Армия была очень категорична в этом вопросе. Батальоны смерти тут никто формировать не догадался — всё шло не настолько ужасно, как в истории Немирова.

— Айда на улицу, полковник Немиров, — попросила явная девушка в мужской одежде.

— Я ещё не поел, — покачал головой Аркадий.

Съев рыбу и попив чаю, он вытер рот салфеткой, после чего дождался, пока поест «Леонид». Вот тут-то эта девушка и выдала себя с головой — видно, что училась где-то этикету, который пробивался сквозь