Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

– Держи, – я протянула стакан, подавив желание вылить остатки воды Мартину на голову. Кто-то, значит, беспокоился, и ночью почти не спал, а кто-то – дрых на диване, точно все ему нипочем и вообще, любое море со всеми его чудищами по колено. Где, спрашивается, справедливость?

Воин одним глотком осушил стакан и, конечно, закашлялся.

– Даже не знаю, похлопать тебя по спине, или как следует треснуть, – заметила я.

– В мое отсутствие ты совсем распустилась и стала невыносимее прежнего, Кудрявая. Но это ничего, будем ситуацию исправлять.

– Значит, мы начнем разговаривать?

Воин странно глянул на меня и предпочел отвернуться. Похоже, я затронула неприятную тему – боль и обида задвинули все его остальные чувства. Он пытался взять себя в руки, но чувства усмирить – та еще задачка. А я чувствовала вину за то, что все вижу. Одно дело – наблюдать за человеком, который тебе безразличен, другое дело – нагло вторгаться к кому-то близкому. Ведь порой каждому хочется оставить чувства при себе, и каждый имеет на это полное право.

– Мартин…

– Лучше скажи, где остальные члены шайки неудачников? Клянусь, я скучал даже по барыге Растаману! – резво хлопнув себя по ногам, Воин вскочил и тряхнул меня за плечи: – И где там спальня Психованного? У нас с ним почти один размер и мне придется преодолеть брезгливость и стянуть что-нибудь из его мрачных одеяний крадущегося в ночи маньяка… да и освежиться бы неплохо, да?

– Хорошая идея, – влез Алекс, появляясь в гостиной. – И за рубашку будешь мне должен. Классный фингал, кстати.

– Спасибо. Но о каких долгах речь? Радуйся, что я снизойду до твоих тряпок, – хмыкнул Воин и, проходя мимо Алекса, ткнул его кулаком в плечо. Наверняка на языке Воина это означало «рад тебя видеть». – Скоро вернусь, не скучайте тут без меня!

Скучать нам не пришлось, вскоре появилась Ника, а затем и Лидия с нашим завтраком. Вспомнив о ее странном колдунстве над Воином, я коротко рассказала об этом ребятам. Алекс тут же предположил, что она попросту избавлялась от одержимости, но все зря – по его мнению, Воина уже не спасти. С этим согласились и остальные – Мартина вряд ли изменит какой-то дурацкий ритуал с ловцом духов.

Вскоре Воин и сам это подтвердил, спустившись к нам в черной рубашке с коротким рукавом, слегка маловатых ему брюках и с зачесанными назад влажными волосами. Первым делом он назвал Раса Никостаном, Нику бесцеремонно потрепал по голове (эффект получился взрывной), а меня нарек садисткой за неприятное пробуждение и в красках расписал пережитое.

Только после всего этого он угомонился и устроился на диване. Не в стороне, конечно, он вклинился между Никой и Расом.

– Ну а теперь серьезно, друзья…

– Мы давно готовы слушать. Примерно со вчерашнего вечера, – почти любезно отозвалась Ника, брезгливо отодвигаясь от Мартина. Последний это заметил и одним движением притянул ее к себе.

– Фу, убери руки! – сморщила нос Близняшка.

А Воину все не терпелось ей напакостить, он смял ее сильнее и только после этого отпустил, сверкая довольной улыбкой. И мне подмигнул.

– Значит, Кудряшка рассказала о нашей веселой встрече и новом друге из местных? Как, кстати, ты умудрилась подцепить Олли?

– Познакомилась с ним в первый же вечер, когда искала тебя.

– Что не так с этим Олли? – насторожился Алекс.

– Ничего, в общем-то, – пожал плечами Мартин. – Честно говоря, мутный тип. Очень подлый и беспринципный, но это если верить словам одного вороватого проходимца. Я к тому, что поди разберись, где тут истина. Но то, как он вчера кинулся на защиту Кучерявой…

Такая характеристика Олли удивила. Мне он показался милым парнем, опять е, за меня переживал и до дома проводил. Как-то не тянет на подлость и беспринципность. И кого там Мартин слушает, интересно?

– Есть что-то такое в Танате: так и хочется ее защитить, – невозмутимо заявил Алекс, пристально глядя на Мартина.

– Опять по себе всех судишь? – прищурился тот в ответ.

– Те ведь понимаешь, что это звучит глупо.

– Дай угадаю: ты мне сейчас все объяснишь…

Ника зло перебила парней:

– Начинается! Мы за этим здесь собрались?!

– Давайте вернемся к основной проблеме, то есть к убийствам, – дипломатично заметила я, хотя Алекса хотелось прибить: ну что, спрашивается, за дурацкая привычка издеваться над окружающими? Тоже мне, любитель кинуть пробный камень и наблюдать, что за этим последует…

Мартин откинулся на диване и заговорил:

– Убийства – это бич Гезелькрооса, вот что я вам скажу. Честно говоря, голова уже раскалывается от этого городишки, но кое-что я все же выяснил… хотя трудно сообразить, с чего же стоит начать.

– Ты и «сообразить» понятия несовместимые, – не умолчала Ника.

Зато Воин оказался на высоте и ее проигнорировал.

– Начну по порядку: здесь я оказался раньше вашего, аккурат после убийства семейки Кроосов. Зрелище малоприятное, честно вам скажу. Такого я еще не видел и искренне мечтаю не увидеть вновь. Больше всего досталось старшему Кроосу, возможно, он сопротивлялся или сказал что-то такое… взбесившее убийцу. По всем правилам советника Стрейта я осмотрел жуткий дом, но выяснил крохи, которые вам и так уже известны. После я дня три усиленно стирал из памяти увиденное, настолько проняло.

– А потом так увлекся, что не заметил, сколько еще дней пролетело?

– Я увлекся, но чуть позже, Змееника. В тот день я познакомился с парочкой местных, и они отчего-то приняли меня за студента. А я не стал посвящать их в детали и поступил очень дальновидно, что неудивительно, учитывая мою обычную гениальность. На утро мне было дурно, но я так и видел перед собой недовольную физиономию дражайшего советника, а это вдохновляет на подвиги. Теперь понимаю, почему все его подчиненные вкалывают, точно проклятые… В общем, вдохновленный я начал расследование, точнее, попытался. Выходило из рук вон плохо: все, с кем я беседовал либо смотрели на меня, как на палача, либо цедили слова, будто они платные. Один раз я даже честно предложил заплатить, но после этого все стало только хуже. Но что поставило меня в тупик окончательно, так это местный следователь: он без конца вздыхал и сетовал на судьбу, мои вопросы игнорировал, а к нашей третье встрече так и не смог запомнить, кто я такой. Маразм происходящего начинал сводить с ума, пока один из моих новых знакомых не проболтался: как оказалось, Кроосов здесь не очень-то любили, – Воин победно улыбнулся, словно назвал имя убийцы, а не одну мелкую деталь. – И я начал выяснять, почему. Это тоже оказалось