Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

родилась в богатой и влиятельной семье, но всё равно считала, что ей не повезло. Никто в её роду не обладал даром. И сама она тоже не была одарённой. Сначала это было детской обидой, что она не может стать прекрасной феей-волшебницей.

А вместе со взрослением пришло понимание, что она теряет намного больше. Несмотря на всё влияние семьи Торп, власть кланов была сильнее и гораздо более всеобъемлющей.

И это не говоря о том, что даже самая слабая одарённая с любым жалким даром постареет и умрёт гораздо позже, чем она, Барбара.

Но всё-таки родители сумели объяснить ей ещё одну вещь. Пусть природа не была к ним щедра, но при достаточном упорстве и беспринципности можно достичь всего. Даже обмануть саму судьбу.

«Деньги и власть — вот настоящая магия!» — говорил её отец.

Так что она играла теми картами, что раздала судьба.

Подстраивалась под сильных, шла по головам у слабых, пока не добилась должности начальника отдела Снабжения и Логистики в муниципалитете.

Теперь даже кланы вынуждены были считаться с Торп в своих делах. Не самые сильные, разумеется, но даже сама мысль, что одарённые льстиво улыбаются ей и приносят подношения, грела её душонку.

Её охрана состояла из одарённых, даже её секретарша была Адептом.

Кажется, она компенсировала все недостатки своего происхождения.

Кроме одного.

Сейчас, когда Барбаре исполнилось пятьдесят два года, она была готова отдать всё что угодно, только бы вернуть ускользающие молодость и здоровье.

Естественно, она в числе первых узнала о том, что появилась новая технология и новая услуга. Недешёвая, конечно. Совсем недешёвая. Но оно того стоило.

И предстоящая операция обещала ей именно это. Наконец-то нашлась идеально подходящая для неё одарённая девушка-донор. Все органы которой скоро будут принадлежать Барбаре.

И она жадно предвкушала свою новую жизнь. Тем более, что испытания уже проводились и завершились оглушительным успехом.

Почти никаких рисков и такой эффект омоложения, о котором раньше нельзя было даже мечтать.

Ну а то, что ради этого кто-то умрёт, — сущая ерунда. Бедняки постоянно умирают. Ни от одного, так от другого. А пиявки — та же челядь, чей смысл жизни прислуживать настоящим аристократам и таким важным людям, как она.

Так что Барбара и не думала забивать свою голову какими-то лишними беспокойствами.

И, когда её встретил Томас, директор клиники, она буквально светилась от счастья. А заодно с удовольствием отметила его особое к ней отношение. Её ждали уже на парковке и тут же повели внутрь, любезно отвечая на все её вопросы.

В такие моменты Барбара почти забывала, что ей не повезло родиться не в клане.

И, когда она изъявила желание посмотреть на донора, её без лишних вопросов провели в нужную палату.

«Симпатичная, — довольно отметила она про себя. — Возможно, эти её гены тоже на что-то повлияют при пересадке… »

— Госпожа Торп, — снова подчёркнуто почтительно обратился к ней директор, — вам пора готовиться к операции. Позвольте, я вас провожу.

* * *

Увы, но медики и не думали расходиться. Более того, постоянно прибывали всё новые лица. В конце концов, в коридорах появилась какая-то явно большая шишка, перед которой все расстилались мягким газончиком.

Сначала я собирался дать всем посторонним возможность убраться из клиники, прежде чем начинать заварушку. Но быстро понял, что этого не произойдёт.

Кроме того, нездоровой движухи вокруг предположительно Алины Астер становилось всё больше.

И только дурак бы не понял, что её уже готовят к операции. Что ж, значит, я успел вовремя, как никогда.

И у меня ещё достаточно времени, чтобы как следует позабавиться.

Первое, что я сделал — это заставил свой организм работать таким образом, что приборы вокруг меня реально взбесились.

Признаюсь, я даже не ожидал, что всё получится настолько хорошо, но теперь наслаждался настоящей какофонией из тревожных писков и сигналов. Оборудование отчаянно требовало к себе внимания.

И реакция не заставила себя долго ждать.

Вскоре на пороге моей палаты оказались два медика.

Я же продолжал маскарад, но ровно до того момента, как один из них встревоженно надо мной наклонился, всматриваясь мне в лицо.

Тогда я резко открыл глаза и одновременно вцепился рукой ему в грудь. Он вскрикнул и почти мгновенно упал замертво.

Я очень быстро выкачал из него энергию. Но вполне возможно, что умер он от испуга.

Отбросив его в сторону, я вскочил с больничной койки, одновременно срывая с себя всевозможные шнуры и датчики, которыми меня обвесили как новогоднюю ёлку.

Второй адепт в это время уже тоже орал и собирался дать дёру. Его я подцепил тем же приёмом, что и Хоффмана. Подтянул к себе с помощью тени и также быстро выкачал силы. Слабаки.

* * *

— Охренеть! — не сдержал крика один из двух охранников, сидящих в комнате видеонаблюдения.

После чего добавил ещё несколько крепких нецензурных выражений.

— А? Что? — оторвался от смартфона второй.

— Да ты глянь, что пленник творит! У нас тут труп!

Второй вздрогнул и перевёл взгляд на экран, о котором говорил его коллега.

— И какого хера ты только орёшь⁈ Тревогу поднимай, чёрт бы тебя побрал!

— Сейчас, — потянулся он к кнопке, — а ты мне тут не указывай!

Однако дальше спор не пошёл. Оба мужика напряжённо уставились на экран, наблюдая за развитием событий.

— Это что ещё за магия такая? — удивился второй, глядя на теневые лапы. — Я думал, что из одарённых в доноры разве что пиявки попадают…

— Понятия не имею, — столь же изумлённо отвечал ему первый. — Одно я знаю точно. Хорошо, что сегодня в клинике два экзекутора. Не хотел бы я разбираться с ним сам.

— Второй, кажись, тоже мёртв.

— Ага… быстро он. А ведь это адепты были.

Охранники переглянулись, поняв друг друга без слова. Они оба по уровню сил были лишь подмастерьями.

Это ровно на один ранг слабее адептов.

Поэтому им и доверили только отслеживать камеры. И сегодня явно был не тот день, когда они об этом жалели.

— Может, ещё сирену врубим? — опасливо предложил первый.

— Да не, давай подождём экзекуторов. Этот… вроде пока из палаты не выходит.

— Ждёт чего-то, что ли?

— Ага, смерти своей, — нервно заржал второй. — Уж боевики его точно на салат покрошат. А если мы панику по всей клинике поднимем, нас с тобой по головке не погладят. Тут много влиятельных людей лечатся, сам знаешь.