Мастер Трав. Том 4 - Ваня Мордорский

— И так можно было сделать и раньше? — спросил я.

— Можно было, но мне не хотелось просить ни о чем Трана, а я смотрю на твою мяту, и все-таки даже ее жалко терять. Глянь, какая вымахала! Нет, я не хочу, чтобы хоть один куст пострадал в этом саду. Придется…просить…

Я приоткрыв рот смотрел как Грэм вместе с гусем направляется к Трану. Значит…дом теперь будет охранять волк?

На моем лице растянулась довольная улыбка.

Глава 4

Когда Грэм ушёл к Трану, я собрал необходимые мне ингредиенты для варки и вернулся к котелку. Взглянув на него, испытал какое-то странное чувство: я уже знал каждую царапинку, каждую неровность и выпуклость на нем. Вон там, сбоку, явно когда-то ударили, а слева, похоже, чем-то царапнули…и к этому котелку я привык. В нем я провел за полторы недели столько варок, сколько Грэм, наверное, никогда не варил.

Но увы — для того, чтобы добиться точности в той же температуре или хотя бы в стабильности огня, нужно сделать что-то, какое-то, приспособление где огонь будет ровным и контролируемым. Последние дни было не до этого, но такую проблему нужно решить, и как-то осторожно разузнать что используют для такого местные алхимики — не у всех же из них есть подмастерья с Даром огня, такое может позволить себе только гильдия алхимиков. А качество зелий остальных наверняка более-менее сносное. Хорошо, что компенсировать недостатки условий варки я мог Анализом, чутьем и ощущением «резонанса» ингредиентов. Без этого я бы остановился на нижней планке качества. Ну да ладно, у меня есть преимущества и без них, а из той ситуации, в которую я попал, никаких вариантов выбраться вообще бы не было.

Я вздохнул и начал работу.

Ингредиенты уже были разложены на столе: корни железного дуба, лунный мох, восстанавливающая трава и листья серебряной мяты Всё отмерено и взвешено — оставалось только сварить.

Я разжег огонь под котелком и начал варку.

Странное дело, сегодня руки двигались увереннее, чем обычно. Может, потому что я выспался? Или потому что утренний визит Рыхлого встряхнул меня как следует? Не знаю, но движения были точными, а голова ясной.

Я смотрел, как поднимаются первые пузырьки в котелке, и думал о том, что произошло час назад.

Гнилодарец стоял передо мной со своими червями, личинками и этой жуткой способностью управлять тварями, что могли залезть в уши спящему человеку. А я? Я просто смотрел на него. И даже когда понял, что он не представляет угрозы легче не стало — у меня не было никакой силы, чтобы дать достойный отпор. Да, я в теле юноши, а это опытный Одаренный, пусть и с гнилым Даром, но это не отменяло того факта, что я почувствовал себя уязвимым. Рядом не было Виа, не было Грэма, которые могли бы помочь — только я сам. И вот это ощущение мне не понравилось.

Я на автомате добавлял один за другим ингредиенты, и пока всё шло хорошо.

А ведь Рыхлый сказал кое-что интересное про своих тварей, что они могут залезть в уши, в рот… и уже там «сделать своё дело» — это скорее всего значило, что среди его «друзей» достаточно ядовитых, как и у Лиры.

Эти «гнилодарцы», на самом деле обладают серьезными преимуществами, их способности теперь мне казались наоборот еще более интересными, чем все те, что были у одаренных в поселке. Рыхлый со своими червями способен перерыть любую почву, отравить ее, добраться до источника воды и его тоже отравить, а еще он может найти что угодно под землей. И при этом его «питомцы» легко способны убить спящего человека, не оставив следов. Та же Лира с её насекомыми практически невидимая разведчица и убийца, если задуматься. Даже тот мальчик, сын Рыхлого, который разговаривает с улитками — кто знает, на что он будет способен, когда вырастет?..

Да, я думал об этом раньше, но сейчас я сравнивал обычных одаренных и гнилодарецев. Один Рыхлый ночью может наделать больше делов, чем дюжина Охотников, если правильно применит свои способности. С Лирой та же история. И ведь ее Дар будет еще расти и крепнуть, если ей помочь и не дать духовному корню растрескаться.

В лесу, где опасность подстерегает на каждом шагу, такие способности могут оказаться куда полезнее, чем грубая сила охотника. А тело Рыхлого скорее всего может выдерживать удары лесных животных, если он моего усиления не почувствовал.

— Пи-пи?

Я поднял глаза. Седой сидел на краю стола и внимательно следил за моими манипуляциями. Его янтарные глаза не отрывались от котла.

— Что, интересно? — буркнул я.

— Пи.

— Не мешай. А то и тебя брошу.

— ПИ! — возмутился Седой.

— Да пошутил я, пошутил.

Мурлык склонил голову набок, и его глаза продолжали следить за каждым моим движением с каким-то научным интересом. Или это он выбирал что украсть, когда я отвернусь?

Я потянулся к своему духовному корню и направил тонкую струйку энергии в варево. Отвар откликнулся почти мгновенно и его поверхность подернулась легкой золотистой рябью. Правда, всего лишь на мгновение, потом вернулся обычный цвет.

Оценка.

[Качество: Хорошее (71%)]

Неплохо. Скачка в качестве я в принципе и так не ожидал, для этого нужно сидеть и экспериментировать, и этим я, возможно, займусь на днях, но не сегодня. Я разлил отвар по бутылочкам и сразу же начал готовить следующую порцию.

— Пи-пи-пи!

— Седой, я же сказал — не мешай!

Мурлык обиженно отвернулся, но через секунду снова уставился на котёл.

Я продолжал работать.

Вторая партия отваров в шесть бутылочек была готова через двадцать минут. Качество держалось стабильно на уровне семидесяти-семидесяти двух процентов. Неплохо. Еще недавно я бы прыгал от радости, получив такой результат, а сейчас это было… нормой. И кроме того, это было «заниженное» качество — я всё же увеличил количество отвара, чтобы за одну варку заполнять шесть бутылочек минимум, и это сказалось на качестве. Я потерял от двух до трех процентов, но решил, что это не критично. За качество в восемьдесят процентов (если я даже его достигну) намного больше мне уже никто не заплатит. Текущее качество и так более чем достаточно для успешной торговли. Единственная причина стремиться повышать качество — это для личного использования и для поддержки здоровья Грэма.

Пока руки работали над следующей партией отвара, голова продолжала думать всё о том же Рыхлом.

Охотники