Эйлирия. Мужья Богини - Тина Солнечная

Сначала он был осторожен, но стоило мне приоткрыть рот, как он с уверенностью углубил поцелуй. Его язык скользнул внутрь, изучая, исследуя, заставляя меня сдаться. Его руки обняли меня крепче, бродили по моему телу, задерживаясь на бедрах, вызывая внизу сладкое напряжение.

Я пыталась оттолкнуть эту вспышку страсти, но вместо этого сама прижалась к нему ближе, бесстыдно ощущая как мне в живот давит его каменный член. Захотелось открыться, почувствовать его полностью.

— Какая же ты сладкая, — прошептал он, на мгновение отстраняясь, чтобы вдохнуть мой аромат. Его голос был низким, бархатистым, словно окутывал меня тёплым покрывалом.

Я пыталась что-то сказать, но он снова наклонился, его губы мягко накрыли мои, и слова утонули в поцелуе. Этот поцелуй был жадным, но удивительно нежным, словно он хотел запомнить каждый миг, каждый вкус.

Его руки обхватили меня крепче, скользнули вверх по спине, оставляя за собой волны жара. Я почувствовала, как его пальцы аккуратно надавили, притягивая меня ближе, и невольно выдохнула в его губы.

— Ты даже не представляешь, как сильно мне хотелось это сделать, — сказал он, его голос звучал хрипло, но удивительно искренне.

Я не знала, что ответить. Вместо этого мои руки сами поднялись к его груди, и я вдруг осознала, насколько он горячий. Не просто от прикосновений, а как будто внутри него было живое пламя.

Он прижал меня своей приятной тяжестью к остывшим простыням, и его руки скользнули по моему телу, осторожно сжимая мою грудь. Я не могла сдержать тихий стон, который вырвался прежде, чем я успела осознать, что происходит.

Его губы, горячие и настойчивые, заменили руки, всасывая соски по очереди, а его пальцы начали исследовать под тканью, скользнув к самому центру. Забираясь под трусики. Я напряглась, чувствуя, как он касается моих набухших лепестков, легко раздвигает их и моментально утопает в моей влаге.

Я прогнулась, не в силах сопротивляться волнам тепла, которые охватили всё моё тело и вдруг опомнилась.

— Стеф, стой, — сказала я, пытаясь остановить его, хотя мой голос звучал едва слышно. — Поцелуй, а не... вот это всё.

Он замер, нависая надо мной, его дыхание обжигало мою кожу, а взгляд был напряжённым, но внимательным.

— Почему? Ты же хочешь меня, — его голос был низким, почти мурлыкающим, в подтверждение, его средний палец скользнул в меня на мгновение вырывая новый стон

— Это… это как-то неправильно. Мы… мы не знакомы, — выпалила я, чувствуя, как слова вырываются с трудом.

Он улыбнулся, его лицо стало мягче, но всё ещё притягивало меня своим магнетизмом.

— Вот и познакомимся, — сказал он, легко касаясь моих губ в коротком поцелуе.

— Отпусти себя, Лира, — прошептал он, его голос был завораживающим. — Твой аромат сводит с ума. Я чувствую твоё желание, как своё собственное. Позволь мне сделать тебе хорошо. Нам обоим.

Его пальцы снова скользнули, теперь более уверенно, лаская меня изнутри, а большой палец помассировал клитор, и я прогнулась под ним, не в силах сдерживать реакцию. Стон вырвался из моих губ, и я поняла, что не могу сопротивляться тому, что происходило. А еще, что этот мужчина уже во мне. Пусть только пальцами… И мне так хорошо… А ведь может быть еще лучше.

Он снова поцеловал меня, и на этот раз я уже не отталкивала его, просто позволяя всему случиться. Нет, я не просто позволяла. Я ощутила, как мои руки сами потянулись к его рубашке, стягивая её, пока я не ощутила под пальцами его сильные плечи.

Я подставила шею под его поцелуи и без стеснения раздвинула ноги, когда он опустился ниже, направляя свой член в меня, надавливая, на мои лепесточки, толкаясь внутрь, растягивая и наполняя под мои стоны, под его мужской довольный рык.

Он был жаден, но не груб. Каждое его движение казалось тщательно продуманным, направленным на то, чтобы я чувствовала себя желанной, нужной. Его прикосновения стали более уверенными, и я прогнулась, поддаваясь этому ощущению, которое захватило меня целиком.

Его руки обхватили меня, прижимая ближе, и с каждым толчком я ощущала, как напряжение внутри нарастает. Каждое движение, каждое слово, каждый выдох создавали ощущение, что мы — одно целое.

Мои руки скользили по его спине, чувствуя напряжение его мускулов. Его дыхание становилось всё более рваным, а в глазах я видела что-то первобытное, дикое. Мы двигались вместе, как единое целое, забывая обо всём, кроме этого момента.

Когда пик накрыл нас, мир словно исчез. Я почувствовала, как тело сотрясает волна тепла, а его тихий, довольный рык стал последним звуком, который я услышала перед тем, как просто утонуть в ощущениях.

Стеф тяжело дышал, его грудь вздымалась, пока он переворачивал нас, укладывая меня на себя. Его руки снова обняли меня, а губы легко коснулись моего лба.

— Ты пахнешь так, что можно сойти с ума, а когда пробуешь, понимаешь, что уже сошел, — прошептал он, вдыхая мой аромат.

Я закрыла глаза, чувствуя, как его тепло обволакивает меня. Прижалась к нему и тоже растворилась в его аромате. Если мы и сошли с ума, то вместе.

Кажется, я ненадолго уснула. Проснулась от ощущения мягких, тёплых поцелуев, от которых мои губы слегка подрагивали.

— Просыпайся, Лира, тебе надо поесть, — шептал мне Стеф на ухо, не забывая продолжать свои поцелуи, которые растекались по моей коже, словно тепло солнца.

Я нехотя открыла глаза. Оказалось, я всё ещё лежу на нём, полностью обнажённая. Его взгляд был мягким, а улыбка — тёплой, почти нежной. Он снова наклонился и поцеловал меня, прежде чем я успела что-то сказать.

— Мы договаривались на один поцелуй, — нахмурилась я, стараясь придать голосу твёрдость, но вышло скорее забавно.

Он рассмеялся, мягко и тепло, словно мой протест был для него лишь поводом продолжить.

— Нет, договор аннулирован, — сказал он с хитрой улыбкой. — С тех пор как я знаю, насколько ты вкусная, я не смогу удержаться.

Прежде чем я успела возразить, он снова наклонился и, не давая мне шанса на ответ, оказался надо мной. Его взгляд был уверенным, но каким-то… особенным, будто он видел меня не только внешне.

— Тебе ведь понравилось? — спросил он, его голос был низким и мягким, почти мурлыкающим.

— Да, — выдавила я, чувствуя, как лицо заливает румянец.

— Вот и отлично. Будем повторять почаще, — сказал он с довольной улыбкой и снова накрыл мои губы глубоким, сладким поцелуем.

Когда он отстранился, его взгляд был серьёзным, но всё таким же нежным.

— Ты совершенно другая, — тихо произнёс