Монструм. Коллекционное издание - Полина Граф

– Ты смотришь на все с плохой стороны…

– Обнуление приравнивается к смерти! – Я уже не скрывал отчаяния. – С какой стороны мне еще на это смотреть? Меня больше не будет. Ничего не будет. И я не понимаю, что к этому привело!

Протектор не отвел взгляда, но его улыбка изменилась – обрела печальные краски.

– Что бы там ни было, это не имеет значения. – Он пожал плечами. – Может, ты меня и забыл – хотя мне не верится даже в теоретическую возможность подобного, – но я-то тебя нет. И меня не волнует, по какому поводу другие поддаются паранойе.

Протектор постоял несколько секунд, будто в раздумьях, после чего обернулся к Стефану:

– Не подскажешь, сколько времени? Предполагаю, что оговоренные десять минут прошли.

– Чего? – Стефан встрепенулся, снова потянувшись к пистолету.

– Да! – Дан просиял. – Защитные манипуляции больше не действуют, и теперь можно делать так…

Внезапно он исчез. Растворился в воздухе! Но довольный голос тут же раздался слева от меня.

– Конечно, все отключилось на какую-то пару минут, не волнуйся.

– Как ты… – Я пораженно вытаращился на Дана.

– Что? – удивился он. – Ты о перемещении? Звезды, ты и об особенностях моей метки не помнишь?

– Какого черта?! – Стеф вскочил.

Прежде чем он успел что-либо сделать, оброненная книга полыхнула, и серый дым за считаные секунды наполнил его половину комнаты.

– Ладно, может, и не все странности, которые случаются при моем появлении, лишь совпадение, – признал Дан.

Дым быстро рассеивался. На полу отчетливо проступил силуэт Стефа.

– Бедный желторотый. – Дан положил руку мне на плечо. – Всегда-то приходится идти с ним на крайние меры.

Внезапно пространство сжалось, и воздух разом выбило из легких. Секунда – и вот мы по ту сторону барьера. Меня пробрала дрожь, а Дан смотрелся спокойно. Даже слишком, учитывая происходящее.

– Однажды ты наконец привыкнешь, – пообещал он и, сняв с меня наручники, торжественно открыл дверь. – Идем, пока все внезапно не решили вспомнить о своих обязанностях. Иногда такое действительно случается.

– Постой, мы сбегаем? – По спине пронесся холодок.

– А ты горишь желанием остаться?

Как оказалось, охранявшие дверь адъюты также пребывали без сознания. Дан повел меня прочь быстро, но словно не опасаясь, что нас могут заметить.

– Остальные на общем собрании, – пояснил он, будто прочитав мои мысли. – Паскаль наверняка рассказывает, что ты предвестник Армагеддона и выжрешь каждую душонку в Соларуме. Эх, предан же этот невротик делу.

Дан широко улыбнулся, будто сказанное им должно было как-то успокоить меня.

Мы вышли в ярко освещенное помещение.

Гигантских размеров лестница, прилегая к массивным стенам, опоясывала атриум, подобно угловатой каменной змее; спиралевидные колонны казались огромнее мамонтовых деревьев. Далеко внизу в ровном квадрате пола была выгравирована огромная карта Земли. Потолок же заменял титанический купол, сделанный из еле видимого стекла. В свободном центре помещения сияли десятки крупных фонарей-солнц, мерно плавающих в воздухе. Окна состояли из подсвечиваемых изнутри витражей, изображавших величественные просторы Вселенной: планеты и звезды, далекие галактики и коллапсирующие светила, кометы и туманности. И черт меня дери, если они не двигались! Голова закружилась, когда я посмотрел вниз. Спуск представлялся очень долгим.

– Пожалуй, сократим, – произнес Дан и вновь коснулся моего плеча, задев пальцами кожу на шее.

Тогда же, как и в любой другой подобный раз, я провалился в душу постороннего человека.

В лицо мгновенно подул холодный морской бриз, а голову наполнило шипение волн, бьющихся о камни. Я открыл глаза и увидел перед собой массивные черные скалы, напоминающие острые столбы, вылезающие прямо из темных волн. Каждый из них был огромен, и подобные монолиты вздымались по всему берегу, которому не было ни конца ни края. Небо серо, пляж сплошь усыпан крупными черными камешками. Большая душа, старая. Чуть в стороне, меж неровных скал, виднелся ее Центр. Он представлял собой гигантский черный валун, расколотый надвое. В разломе пышно рос куст ярко-оранжевых роз, огнем озарявший мрачные виды. Каждый камень – воспоминания, а волны пригоняли вместе с собой чувства. Я различил в них нетерпение и задор. Дан был встревожен и рад. Ему нравилось, что рутина сменилась чем-то интересным и необычным, а сам он при этом является неотъемлемым участником происходящего.

Наваждение отступило, и я увидел, куда Дан перенес нас на этот раз. То оказался лес перед Соларумом, полный странного вида деревьев. Одни из них были нормальных размеров, другие – как огромные столпы; их кора казалась практически черной, а синяя листва призрачно сияла, освещая мрак ночи и мощеную дорожку под ногами.

– Погоди, – выдохнул я. – Как… Это все ты?

– Да, – самодовольно ответил протектор. – Моя метка, полученная от планетара. Она обладает способностью прыгать с места на место, так что этот талант мне пришелся очень кстати.

– Всепроникающий Свет…

– Надо торопиться. – Дан двинулся по дорожке. – Через портал в Соларуме нас могут отследить. Придется воспользоваться более сомнительным методом побега.

– А разве ты не можешь своим перемещением унести нас, скажем, в Сибирь или где там еще скрываются беглые протекторы?

– У меня есть ограничения по дальности. Но если не боишься хлопнуться в океан, можем рискнуть здоровьем.

Прежде чем последовать за ним, я оглянулся. Дан перенес нас недалеко. Какими бы высокими ни были эти деревья, Соларум возвышался над ними в десяток раз. Смотря на его вершину, приходилось до боли задирать голову. Величественная громадина, наводящая чувство собственной ничтожности. Точно гигантский храм, гордо вздымающийся Соларум подпирал небо тринадцатью башнями. Каждое окно ярко подсвечено. Древнее, испещренное барельефами строение, которое смотрелось необыкновенно новым. Архитектурой Соларум мало чем напоминал земные постройки и возрастом намного превосходил каждую из них. Оно и понятно, ведь построен он был заоблачниками.

Чем дальше мы шли, тем быстрее таяла уверенность в нашем непродуманном плане. Не хотелось терять воспоминания, но и трусливо сбегать казалось неправильным. Я будто во всеуслышание объявил себя врагом не только протекторов, но, возможно, и всего Света. Хоть табличку на себя вешай. Однако после обнуления я себе вообще ничем не помогу. Сейчас необходимо бежать. И чем дальше – тем лучше.

Когда лес резко оборвался, впереди вырос каменный мост. Под ним плыли редкие облака, а дальше – вода, серебрящаяся на фоне луны. Из меня вылетел восхищенный вздох. В памяти услужливо блеснуло воспоминание – Соларум находился в воздухе, точно над экватором. Он стоял ровно напротив Солнца, отчего здесь всегда пребывала вечная ночь. Материки и океаны проскальзывали внизу.

Перед нами образовался небольшой круглый островок, в самом центре которого горело нечто напоминающее огромный фиолетовый