Калининградские вампиры. Тайна артефакта - Лисса Мун

– Заканчивай вопить. Я бы убила тебя на месте, но мне нужна рыбка покрупнее, – озвучила Белоусова.

– Съезди к морю? – пискнула я.

На долгий миг она обалдела и ослабила напор. Милый песик вопросительно покосился на хозяйку. Белоусова тряхнула головой, конец высокого белокурого хвоста хлестнул ее по щеке. На груди звякнул о металлические клепки знакомый кулон на толстой серебряной цепочке. А нож уперся в мою нежную шею с прежней силой.

– Твое украшение, – промямлила я и попыталась дотронуться рукой до желтого перламутрового камня.

Белоусова пресекла мое движение и гаденько усмехнулась.

– Кто тебя обратил? – вкрадчиво поинтересовалась она.

– Ик, – выдала я, отчего кожу одновременно покорябали и сталь и зубы. – Напомни тему своей диссертации? – «Биоактивные консерванты в заменителях крови», – на автомате выдала она, ведь никогда не упускала возможности похвастаться своим блестящим интеллектом.

Краем глаза я заметила промелькнувшую тень, а в следующее мгновение Белоусова подскочила и пошатнулась. Нож зазвенел, ударившись о чугунную ножку лавки, где лежала пострадавшая. О ней-то мы позабыли!

– Элис? – взвизгнула Лиза. – Фу! Фу, хорошая собачка. Отойди, пожалуйста!

Пес не пошевелился. А Белоусова и не подумала отступать надолго. Она вынула из высокого голенища маленький метательный ножик и пригрозила:

– Слюна бухгальера не убьет тебя, но сильно ослабит. Я слежу за тобой, Элис. А ты, – обратилась она к Лизе, – беги, пока не сожрали! А если надеешься стать такой же – не мечтай о романтическом путешествии в бессмертие. Они смертны.

Послышались звуки сирены. Алые с синим сполохи мигалки окрасили серые сумерки. Белоусова снова тряхнула длинным светлым хвостом и подняла оружие.

– Крона, за мной.

Мощные челюсти разжались, и идеально послушный зверь побежал за хозяйкой. Я жадно втянула вечернюю прохладу, будто могла насытиться сладковатым влажным воздухом, и осторожно села.

– А ну стой! – завопила Лиза и помчалась за Белоусовой.

Ко мне подбежала бригада скорой помощи. Раны на шее обработали. Ехать в больницу я отказалась. А вот девушку с лавки забрали раньше, чем появилась полиция.

Лиза бойко рассказала обо всем произошедшем, и нас отпустили домой. Правда, обещали вызвать в отделение специальным оповещением. Как и Белоусову! Да-да, мы нажаловались.

Наша маленькая однушка показалась оплотом спокойствия после недолгих, но малоприятных приключений.

– Это ведь Лилька ранила ту девицу? – догадалась я, сидя на кухне, когда Лиза промывала ссадину у меня на затылке. В скорой предлагали обрить голову для проведения дезинфекции, и я отказалась в письменном виде.

– Есть такие, – задумчиво протянула подруга. – Учатся до посинения, а потом не знают, куда пар девать! Сидят на форумах, рубятся в тематические РПГ. А потом идут в реальный мир истреблять нечисть. Брр! – Она картинно передернула плечами и с энтузиазмом прыснула мне на голову еще перекиси водорода. – Там даже есть специальные награды за такое вот.

– Серьезно? – Рот сам собой приоткрылся. Похоже, я отстала от жизни. – Наверное, весело.

И как я умудрилась перескочить из детства сразу в старушечьи интересы? Вроде совсем недавно училась в школе, а теперь помидорная теплица и домашние заготовки – моя главная отдушина! Хотя… я пыталась быть как все… но сразу после окончания школы поняла, что лучше сосредоточиться на учебе и больше не вспоминать о сомнительном веселье.

– Ну, если мы сейчас веселимся, – развела руками Лиза. – То в прошлую пятницу мы слабовато развлеклись. И что там тот осенний бал? Детский утренник – не иначе.

– Ну вот, а ты из-за Руслана Игоревича расстраивалась. Может, он тоже из этих? Ну, тематических?

– Он просто счастья своего не замечает, – буркнула подруга. – Ему такая красота свалилась, а он отряхивается, вместо того чтобы хватать скорее!

– Говорю я тебе – мутный! – Рука взметнулась к кулону, а взгляд упал на полупрозрачный селенит. – Как этот камень.

– Камень, – задумчиво протянула Лиза, уселась напротив меня и дотронулась до искусной оправы. – Ты ведь заметила у Лильки. Думаешь, совпадение?

– Слишком странное.

– А собака?

– Вот уж собак по улицам толпы ходят. Чего не скажешь о фамильных драгоценностях.

– Возможно, из положения лежа ты плохо видела, но я-то хорошо рассмотрела. Зверь той же масти, что и у старухи!

– Да в темноте…

– Вот для чего ты споришь, Элис? Очевидно, тебя втянули в какую-то игру. Осталось узнать правила.

Радомир

Адвокатская контора, погреб

Что за игру затеяла моя мать? Почему не написала мне лично?

Все важные дела давно решались по электронной почте и видеосвязи. Но в бумажном письме значился только физический обратный адрес. Адвокатская контора, из которой его отправили, приютилась на тихой окраине города.

Низкое небо укуталось зеленоватыми тучами, что умывали покатые крыши мелкими пылинками влаги. Дождь не мешал передвигаться на мотоцикле, «кожа» защищала надежно. Но мой слегка помятый вид обескуражил строго одетого секретаря в маленькой приемной. Он боязливо принял конверт из моих рук и подтвердил, что лично отправил его несколько месяцев назад.

– Дарья Семеновна свободна, – сообщил он. – Подождите здесь. – И удалился в кабинет за белоснежной дверью.

Старое здание пахло по-особому уютно, несмотря на расположенный в нем офис. Разглядывая нарядную лепнину на потолке, я не заметил ожидания.

– Проходите, – пригласил худощавый секретарь.

Дарья Семеновна оказалась моложе, чем я представлял. Стройная, с идеальной укладкой, она смотрелась строго, но немногим старше меня.

Грузные дамы преклонного возраста – отменяются.

Она проверила мои документы и, глянув поверх тоненьких раскосых очков, вынесла вердикт:

– Похож.

– Она ведь еще жива? – без обиняков спросил я, усаживаясь на металлический стул с мягкой обивкой.

– Именно. Но готовится к покою. И оставила для вас определенные инструкции, – сообщила Дарья Семеновна и развязала ленту на картонной папке.

– К чему такие сложности? Она могла написать лично, – удивился я, хотя никогда не общался с матерью.

Всегда думал, что она потеряла наши с отцом контакты. Но, раз уж нашла мой адрес в Петербурге, отыскала бы и смелости! Все-таки женщины – чересчур непоследовательные существа.

– Это было бы неосмотрительно, – пояснила на своей волне симпатичная адвокатша. – Но я целиком в курсе дела. Если вы понимаете, о чем я.

И она медленно подмигнула правым глазом, придерживая очки изящными пальчиками. Я не понимал, но лишь серьезно сдвинул брови, надеясь на более подробные объяснения.

– Эдита Петровна оставила шкатулку и личный дневник. – Дарья Семеновна внимательно проследила за моей реакцией. – А еще ключ от погреба в черте города.

– Погреба?

Вместе с удивлением рос интерес. Но получить в наследство от еще не почившей матери погреб? Я бы посмеялся. Абсурдность владения погребом в нашем веке соревновалась с детскими эмоциями, которые вдруг поднялись в груди.