Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес

почти умолял помочь: «Сеньорита, еще натаскаетесь, позвольте вам помочь. ¡Santa Virgen[4]! Сеньорита, дозвольте! Вы такая же упертая, как и ваша бабушка». В свои годы он звучал бодро и был полным сил бойким мужичком, правда, невысокого роста – доставал мне до подбородка, а папе не дотягивался до уровня плеч. Вообще, отец у меня высокий, но ниже Аиррэля и Велиала – те вообще непозволительно высокого роста, здесь только баскетболисты могут поравняться с ними.

Мы вывалились на улицу, и теплый утренний ветер пахнул в лицо. Возле аэропорта раскачивались пальмы, гудели такси, пытаясь привлечь внимание и навязать поездку. К нам почти не приставали, завидев с нами мексиканца, но почему-то мне было некомфортно под слишком внимательными мужскими взглядами, на нас с Лиз смотрели так, будто мы чудо-юдо звери, коих в их стране не водилось. Может, мы слишком отличались от местных мексиканок? С другой стороны, я успокоила себя тем, что это простой интерес ко всему новому.

Дон остановился возле серебристого минивэна – Volkswagen Sharan, куда легко поместились наши два небольших чемодана и сумки. Мы, не сговариваясь, уселись на задние места, а отец – рядом с водителем. Выехав с территории аэропорта, Освальдо и папа стали бурно выяснять наш путь. Отец настаивал, что у нас уже есть бронь в отеле, а Освальдо приглашал нас к себе в усадьбу, которая находилась близ города Мерида, где он уже приготовил нам комнаты. Я хорошо знала папу и понимала, что он не хочет никого стеснять. Ему проще остановиться в отеле, чем ехать к кому-то в дом.

– Я обещал Майе позаботиться о вас, por favor. Не отказывайте старику.

– А мы точно не потесним вас? – Лиз сунула свою голову между передними сиденьями.

– Как вы могли подумать, señorita!? – он тепло улыбнулся с деланым возмущением. Стало ясно, что этот маневр вывел дедушку в победители, и отец уступил.

Всю дорогу Освальдо без умолку рассказывал нам о том, как он встретил ее бабушку, Майю, и как влюбился с первого взгляда. Мы с Лиз даже проснулись, хохотали над непосредственностью дона и его мексиканской живостью, заводной натурой.

– У вас есть семья? Жена?

– Дети есть, а жены – нет. Никто не смог затмить Майю, и… вытерпеть мой характер. – Он подкрутил усы и подмигнул нам в зеркало заднего вида.

– Бабуля говорила, что он такой болтун и она уставала его слушать, – прошептала мне на ухо Лиз. – Теперь я понимаю ее, но дон очень забавный и искренний, что ли?

– Да, душой нараспашку к миру.

Пока Лиз слушала восторженные рассказы о молодости ее бабули, я смотрела в окно машины на главный город штата, обсуждая с мамой местную архитектуру в колониальном стиле, где старенькие низенькие постройки и красивые усадьбы разбавлялись современными строениями, удивительно соседствуя с кафе от «Макдоналдс» до «Старбакс», ресторанами и ТЦ; новые дома тоже не поднимались выше двух этажей, просто отличались облицовочными материалами и дизайном, да краска на белоснежных стенах еще не облупилась и не потрескалась, пыль не осела и не появились граффити. Здесь почти всюду на окнах стояли решетки и некоторые здания выглядели заброшенными: там все возможные входы и выходы были заколочены деревянными досками.

Я так боялась Мексики, а спустя менее получаса вся пропиталась самобытностью ее культуры и хотела больше окунуться в историю, чтобы она поглотила меня с ног до головы, открыла створы древности, устои ушедших цивилизаций, их видение жизни, быт и веру. Путешествовать я любила и полюбила еще сильнее в Серединном, иные миры, существа – все манило, опутывало сетью тайн и загадок. На Терре столько удивительных, уникальных мест, что кровь стынет в жилах от осознания масштабов Вселенной, от фантазии Создателя и от творений людей, ведь человек по своей сути – творец. Я не сразу поняла, отчего Люцифер нас так ненавидел, пока не заглянула глубже, зачерпнула больше знаний в этой области: оказывается, именно Адам дал вещам и тварям на Терре имена, то есть все, что мы видим на Земле – назвали мы сами, сделали тоже, именно людям принадлежат открытия в науке, искусстве, музыке, литературе, живописи, строительстве. Каждая вещь – рукотворная, принадлежит человечеству, ангелам такой вольности не дано, они лишь копируют, не могут создать слова, давать имена и творить новое. Выходит, что наши способности схожи с тем, что делает Эль-Элион, мы похожи на Создателя, а ангелы – нет. Они его защита, не более. Люцифер, познав эту истину, не смог принять что, даже имея силу, положение, крылья и способности к перемещению, он в чем-то хуже человека, что не может сконструировать даже стул, пока кто-то иной не создаст его в ином мире, будь то Терра или Клеафале.

Я призадумалась… Та музыка, что дьявол играл, когда я попала на Пик Времен, не его сочинения, но и не людского. Он ненавидит людей, значит, это уже созданная композиция из другого мира, которую он всего лишь пытался повторить, и достаточно виртуозно. Ангелы и демоны – феноменальны, их память лучше, чем у человека, как и способности к поглощению информации. Делают ли эти различия нас лучше, а их хуже и наоборот? Я сомневалась. Мы просто разные – со своими плюсами и минусами, но, видимо, дьяволу этого достаточно для ненависти к нам; а может, там кроется иная причина, о коей никто не распространяется и не знает или все вместе?

И тут меня будто током ударило воспоминаниями, одно четче другого:

«Я уже слышала эту музыку где-то… в бреду.

– Не могла, – отрезал Велиал, подслушав мысли. – Это моя композиция».

Я ахнула и прикрыла рот рукой, схватилась за голову. Черт возьми, Велиал, как такое возможно?! Если это твоя мелодия, тогда ты – творец, как и люди, как и Боги. Но-но-но… как? Я так задумалась, что пропустила момент, когда мы прибыли на место.

[1] Дорогой читатель, здесь стоит отметить, что оружие Ричард стал приобретать после рассказа Скай о демонах и ее приключениях в Срединном.

[2] Доброе утро.

[3] Добро пожаловать в Юкатан.

[4] Святая Дева.

Глава 5. Асьенда дона Освальдо

Глава 5. Асьенда[1] дона Освальдо

Машина остановилась под бамбуковым навесом, и мы стали выбираться из салона, пока дон Освальдо позади закрывал узорные створчатые железные ворота поместья. Я осмотрела узкую каменную тропу, ведущую меж ухоженного рокария к бронзовой калитке, и представила, как будет мотыляться чемодан по траве, камням и песку.

– Дамы, посторонитесь, – попросил отец, и мы рассыпались по разным сторонам, расчищая ему путь.