Моя Академия 13 - Евгений Син

— Доказательства? — спрашивает имперец.

— Никаких, — повторяю. — Я же говорю, у меня нет прямых доказательств, только догадки. Во-первых, у нас есть принципиально возможная ситуация — когда существо захватывает разум человека и живёт в нём как паразит. Во-вторых, мы знаем, что армию монстров держит под контролем кто-то один. Некое существо, которое мы не видим и не слышим, но контроль налицо.

— И то скрытый, — добавляет имперский маг. — Мы узнали об этом контроле и поводках только за счёт менталиста.

— И всё это напрямую связано с междумирьем, — продолжаю. Делаю паузу. Имперец меня не перебивает, но и не даёт новых вводных. — Есть ощущение, что всё перечисленное связано — и связано примерно так, как я сказал.

Пока Юрий Олегович обдумывает всё, что я сказал, кидаю взгляд на беседку, где сидит Олеся. Девчонка выглядит вполне расслабленной: пьёт кофе и смотрит на пруд с рыбками. Как только чувствует на себе взгляд, сразу поворачивается в мою сторону. С пониманием улыбается.

Мне нравится, что можно вот так прийти в сад и не опасаться, что кто-нибудь попробует залезть в мои дела. С Аглаей, например, так спокойно прогуляться вряд ли получится, слишком уж она хочет быть в курсе всех событий. Здесь же вижу безусловный интерес девчонки, но она понимает, что всё необходимое я и сам рассказываю. И это самое ценное.

— Орлов, ты еще на связи? — уточняет имперский маг. — Если да, продолжай.

— Так вот, — возвращаюсь к разговору. — Эти ментально активные твари могут хотеть попасть к нам. А их на изнанке, как я понимаю, немало. И представьте, что смогут сотворить существа с таким высоким уровнем ментальной подготовки? Кольцов разговаривал разумно. Да, его логика не всегда была понятна — но в разумности никто не сомневался. С ним сотрудничали. Он несколько дней работал со всеми официальными лицами. Но, похоже, его конечная цель — всё-таки исчезнуть из нашего мира. И поэтому он хотел видеть именно меня. Каким-то образом он понимал, что я — его билет назад. Сейчас это очевидно. Но не все похожие существа следуют такой логике. Остальные могут передвигаться совсем другими маршрутами.

Существо, завладевшее телом следователя, хотело покинуть наш мир, а остальные подобные существа, по ходу, наоборот хотят попасть сюда.

— Это допущение на грани реальности, — задумчиво произносит имперский маг.

— Да, — соглашаюсь. — Но только представьте опасность этого допущения. Мы не можем его игнорировать.

— Хорошо, — соглашается имперец. — Предположим, ты узнаешь количество прорывов — и что ты таким образом выяснишь?

— Если мы знаем количество прорывов — значит, мы знаем людей, которые в них выжили, — объясняю логику рассуждений. — Всех выживших можно проверить с помощью менталистов. Если найдутся несостыковки, мы уже знаем куда смотреть. Как минимум сможем попробовать проконтролировать выживших и обезопасить от них остальных людей.

Юрий Олегович устало вздыхает. Очевидно, когда перед глазами есть вся картина, можно меньше тыкать пальцем в небо. Но, учитывая тот факт, что имперец не спешит заканчивать наш разговор, мои предположения имеют вес.

— Выживших людей немного, — говорит он. — И все они сейчас на строгом контроле. Проблема в том, что один из таких людей — ты. Как тебе такой подход?

— Обескураживает, — говорю.

— Вот именно, — продолжает имперский маг. — Хорошо, тогда зайдём с другого конца. Предположим, мы знаем всех выживших в прорывах людей поимённо.

— А вы знаете? — удивляюсь.

— Я же говорю — предположим. — Буквально слышу, как Юрий Олегович усмехается на другом конце информера. — Если брать в расчет историю с Кольцовым, то можно сказать, что при переселении в него существа, он стал неплохим менталистом, судя по контролю — намного сильнее, чем он был при жизни. И как ты собираешься определять менталиста такого уровня?

— Если он будет в активном поиске — замечу, — предполагаю. — Но если не будет себя проявлять — вряд ли отличу от обычного человека.

— Вот именно, — подтверждает имперец. — Повторюсь, мы следим за выжившими людьми, и все они поставлены на карандаш. Любой действующий менталист выдаёт себя, когда начинает вербовать других и добиваться каких-то целей. Так, например, получилось с Кольцовым. Если бы он не захотел тебя видеть — мы бы его навряд ли нашли. Он отлично выполнял всю работу.

— Неожиданно, — говорю.

— Но идею ты подбросил знатную — этого не отнять, — Юрий Олегович снова вздыхает. — Но мы следим за людьми, пережившими прорывы, немного с другой целью. Теперь, после нашего разговора, доведём до наших людей новую информацию. Не зря ты меня набрал, Орлов, молодец. Ты для этого хотел выяснить точное количество прорывов?

— Да, — подтверждаю. — Я подозревал, что не один такой, но не знал, что вы следите за всеми выжившими.

— Ничего страшного. И, знаешь что? Не бери в голову, — советует имперец. — Мы контролируем этот вопрос — теперь будем контролировать ещё лучше. Ресурсов пока хватает, да и таких людей пока не очень много.

— За мной тоже следят? — задаю вопрос, и ответ на него очевиден. Но мне банально интересно, что ответит имперский маг.

— А сам как думаешь? — слышу, как ухмыляется Юрий Олегович.

— Вряд ли бы конкретно меня оставили без наблюдения, — отвечаю.

— Правильно думаешь, — смеется имперец. — Ещё раз говорю, не бери в голову, Орлов. Если ты не замечал, что за тобой следят — тебя эта информация вообще никак не должна касаться. Лучше набирайся сил и готовься к закрытию порталов. И скажу тебе по секрету: то, что ты сейчас делаешь для империи — важнее любых подозрений. Так что живи свою жизнь и не заморачивайся. Но за сигнал — спасибо. Кстати, что будешь делать с домом? Остатки всё ещё лежат и немного чадят.

— Что? До сих пор? — удивляюсь.

— Пожар был хороший. Я даже успел посмотрел на него, — рассказывает имперский маг.

— Там всё сгорело? — уточняю.

— Всё — напрочь, Орлов, напрочь. Ничего не осталось. — Подтверждает Юрий Олегович и выдерживает короткую паузу. — Не хочешь спросить, кто тебя так подставил? Или