Совсем другая история - Михаил Француз

отправь самых адекватных нумеросов. Пусть они вежливо. Повторяю: ВЕЖЛИВО! Передадут от меня письма. И после прочтения, если те изъявят желание ответить согласием на моё приглашение, должны будут открыть гарганту и проводить в Лас Ночес.

Тиа кивнула и, встав из-за стола, отправилась исполнять полученные указания.

- Тебе наверное не захочется светить своим существованием перед ними? - обратился он к Гину.

- Не переживайте, Куросаки-сама, - растянул свою улыбку Гин. - К их появлению меня здесь не будет, - Ичиго согласно кивнул.

Понемногу и остальные арранкары покинули зал.

- Как же всё не вовремя, - опустил голову на руки Ичиго. - Тацки теперь обидится или переживать будет...

- Так пригласи и её тоже, - чуть склонил голову на бок Гин. - Насколько она сильна, ты знаешь. Так что Хуэко Мундо ей не повредит. А в случае боя, защитить её, я думаю, сил хватит уже тебе самому...

- Пожалуй, ты прав. Так и поступлю, - решил рыжий. В этот момент принесли бумагу и писчие принадлежности.

* * *

Арисава хмуро сидела на уроке. День как-то не заладился. А вроде бы начиналось всё так хорошо.

Накануне вечером Ичиго позвонил Гину и сообщил, что со своей текущей проблемой справился. А это значит, что Тацки можно уже не прятаться.

И вот утром они наконец встретились. Как же она оказывается соскучилась! И как была рада, что он тоже по ней скучал.

А потом всё начало идти неправильно. Даже страшно.

Она сказала, что Гин возил их с Рангику в Париж, и Ичиго чуть не чёрным пламенем запылал в реацу. Хотя, он же её вроде скрывает? Ну, да неважно, его она всегда чувствовала прекрасно. Это же Ичи! Малыш, которого она знала всю жизнь. Который плакал, получая тумаки в спаррингах с ней, а спустя минуту расцветал ослепительной улыбкой, встречая мать.

И вот этот самый мальчик, который теперь дарил такую же счастливую, солнечную улыбку ей, пылал настоящей жаждой убийства, всего навсего от простой фразы!

Но, слава всем богам, удалось погасить его гнев также быстро, как он и вспыхнул.

Но выскочил этот малолетний идиот с ирокезом и кинулся на Ичиго. Он бы ещё на танк кинулся, и то безопаснее бы было.

Естественно рыжий его скрутил, кажется, даже не задумываясь. И снова Куросаки начал загораться черно-красным пламенем. Правда, и в четверть не так сильно, как минуту назад.

И тут пошёл какой-то странный разговор. Ичиго кого-то убил в эти дни! И готов прямо сейчас, на её глазах, убить и этого пацана.

Подобного девушка уже не могла допустить. Она кинулась к любимому (и Тацки уже давно не сомневалась в том, что действительно любимому). Остановить, спасти, не дать совершить ошибку, за которую он сам после себя сгрызет.

Успела. Получилось... Но дальше... Оставалось только надеяться, что он когда-нибудь сам всё расскажет и объяснит...

Исчез в этом их дурацком "сюнпо". В школе не появился. Орихиме пришла какая-то странная. Буквально сама не своя. Вся в каких-то мыслях. Толком ничего не рассказала. Сидела с полустеклянным взглядом на всех уроках. Даже учителя предпочли её не трогать.

Наконец прозвенел последний на этот день звонок, и Арисава пошла домой.

Внезапно, проходя через парк, почувствовала сильнейшее напряжение пространства, словно ещё мгновение, и оно треснет. Прошло мгновение, и действительно треснуло, раскрывшись гаргантой. Из которой вышла одинокая фигура рыжего парня в чёрном плаще. Ичиго...

Сердце радостно затрепетало: пришёл, не забыл, не исчез.

- Бака! - стукнула она его по макушке. - Я же волновалась за тебя!

Ичиго смущённо потёр макушку.

- Да что со мной будет-то? - удивился он.

- Иди ко мне, танк ты мой рыжебашенный, - проговорила она, уже прижимая парня к себе. Или точнее себя к парню, так как весовые категории были явно не в пользу девушки.

Объятия перешли в поцелуй. Затем всё же вернулись к исходному положению.

- Я чего пришел-то, - освободил одну руку Ичиго, чтобы потрепать свой затылок. - Пойдешь со мной в Лас Ночес?

- Пойду, - не сильно раздумывая, согласилась девушка. - А зачем?

- Просто, есть возможность, что я там задержусь... Надолго... - попытался как-то сформулировать причину своего приглашения Ичиго.

- Почему? - надавила она на него.

- Война началась... - выдохнул рыжий. Девушка мгновенно посерьёзнела.

- С кем?

- С квинси, - ответил парень. - Сейчас они напали на арранкаров, оставшихся под началом бывшей Трэс Эспада, Тии Харрибэл. Захватывают их в плен. Собираются готовить из них пушечное мясо для атаки Сейрейтея...

- Ты же говорил, что Исида - последний квинси?

- Видимо, я ошибался, - пожал плечами Ичиго. - Там у них какая-то тёмная история с Императором и Ванденрейхом, тысячелетними пророчествами и ещё какой-то хренью... Я сам не очень понял, если честно. Но воюют они на полном серьёзе и сражаются на уровне капитанов Готея, - нахмурился Ичиго.

- Как-то всё маловразумительно, - нахмурилась девушка.

- Это верно... - вздохнул Ичиго. - Пойдём?

- Мне надо родителей успокоить сначала. Как-то им объяснить, куда я еду. Ведь правильно я тебя поняла, что это возможно надолго? - покачала головой девушка.

- Ладно, тогда к восьми буду ждать тебя здесь, - решил Ичиго. Тацки кивнула и вновь поцеловала своего парня.

* * *

- И что же такое важное случилось, что ты не смог просто прийти в мой магазинчик на чашечку чая, Куросаки-сан? - поинтересовался Урахара, заходя в зал собраний Эспады в Лас Ночес.

- Имейте каплю терпения, Урахара-сан, - улыбнулся со своего кресла Ичиго, старательно копируя интонации и манеру двигаться и держаться бывшего хозяина этого кресла. Этому очень способствовал вновь надетый им прикид Айзена и старательно прилизанные волосы с одной чуть вьющейся прядью, ниспадающей на лоб. А так же Арисава Тацки, стоящая за его левым плечом в костюме Гина времён Эспады, с причёской и манерой держаться настолько близкой к оригиналу, насколько сам оригинал оказался способен (Гин три часа потратил на постановку этой сцены, с полной поддержкой самих ребят). И Чед в костюме Тоусена за правым плечом. Копировать прическу бывшего капитана он не стал, ограничившись красной банданой на голове.

И дополняла картину Эспада, самолично присутствующая на своих местах. За исключением Старка (Его место занимал Куросаки Иссин. Изначально в розыгрыш посвящён он не был, просто пришёл раньше Шляпника, получил свою долю впечатлений и решил поддержать сына). На месте Баррагана сидел