Совсем другая история - Михаил Француз

не стал тратить время на дополнительные вопросы. Просто открыл гарганту и кинулся в неё. За ним бросились и остальные, присутствовавшие на совещании. А именно: вся нынешняя Эспада, Иссин, Йоруичи, Орихиме, Чед и собственно сам Урахара, замкнувший шествие. За его спиной гарганта захлопнулась.

В Готее творился хаос. Битвы шли повсеместно, но главная была в самом разгаре.

Ичиго с удивлением почувствовал банкай главнокомандующего. Тот действительно подавлял своей мощью. Той энергией, что была в него вложена, можно было снести половину Сейрейтея. И противник его был практически повержен. Сам Ямомото этого ещё не понял, но сражающийся с ним квинси напрягался за гранью своих физических возможностей только для того, чтобы сохранить видимость сильного противника. Создать иллюзию того, что он достоин приложения к нему тех усилий и энергии, которую уже задействовал Генрюсай. Сам же от мертвеца отличался только тем, что ещё двигался и сохранял форму. Но надолго это затянуться не могло.

И вот он - финальный удар Ямомото, враг повержен, а к победителю несется новый, гораздо более сильный враг. Уровень которого Ичиго навскидку определял как практически равный Айзену. А то и превосходящий его. Сравнить с собой он не мог, так как собственного уровня просто не знал, а гадать об этом было бесполезно.

Став полностью серьёзным, Ичиго вызвал маску пустого и бросился в самом быстром своём сонидо на перехват врага, летящего к Генрюсаю.

И что самое важное - успел. Уже перед самым Ямамото, практически упершись спиной в его грудь, Ичиго встретил вражеский меч своим клинком. Удар был чудовищен, но слиться с ним и пропустить мимо рыжий возможности не имел, так как подставил бы тогда под него того, кого и пытался защитить. По этой причине он выставил блок жёстко. Меч треснул, но удар остановился. В тот же миг с рогов маски Ичиго сорвалось серо. Не тот тонкий и максимально ослабленный лучик, которым он обезвредил первого штейнритера. Нет, это был ревущий поток черно-красной реацу спрессованный до плотности камня. Всё, что было в тот момент от Ичиго и до горизонта, просто испарилось. Но враг уклонился. В то же самое мгновение, как отгудел поток серо, с клинка рогатого уже сорвалась Гецуга. Очень быстрый чёрный серп почти задел врага. Почти. Вслед ему летели всё новые и новые атаки рыжего.

Говорить он даже и не пытался. Просто атаковал максимально быстро и мощно. С места он так же не сходил. И самое главное - пытался удержать свою реацу под контролем, одновременно не отвлекаясь от боя. Так как стоило ему отпустить своё духовное давление, и жертв будет столько, сколько не смогли бы причинить и все квинси вместе взятые. Насколько помнил Ичиго, расстояние, на которое отпрыгнул от него Гин в Хуэко Мундо, когда он только перешел в фуллбринг, достало бы до Руконгая. А если ещё учесть, насколько сильнее он становился, призвав маску пустого...

Враг отступил.

Использовав какую-то новую для Курасаки технику перемещения, враг исчез. Вслед за ним исчезли и реацу остальных квинси.

Ичиго развеял маску и, повернувшись к главнокомандующему, с ходу вмазал ему в лицо кулаком.

- Йо! Старик, - сказал рыжий, подняв в приветствии руку, которой только что ударил. Удар был так силён, что Генрюсай не удержался на ногах и упал на землю.

- Ксо! Как же давно я хотел это сделать! - выдохнул Ичиго. Банкай Ямамото развеялся сразу после удара Курасаки. - Только я имею право оторвать твою бороду, старый Ти Ксо! Так что больше не смей так подставляться! Понял меня?! Бакаяро!

Ичиго отвернулся от главнокомандующего и пошёл посмотреть, что стало с его друзьями, и нужна ли кому-то его помощь, одновременно осматривая свой меч. Трещина змеилась через клинок, не доходя до обуха считанные миллиметры. Ичиго потрогал кончик меча и чуть надавил на него. Меч переломился практически пополам. Ичиго в шоковом состоянии замер, уставясь на обломки, не в силах поверить в случившееся.

Он развеял фуллбринг. Трость оказалась цела. Вызвал его снова, но вместо целого меча в его руках так и остались две половинки...

10

Он сидел в гостевой комнате особняка Кучики и смотрел на обломки своего меча остановившимся взглядом. Со времени нападения прошло два дня. Два очень долгих дня.

Считали потери. Хоронили погибших. Разбирали завалы. Оттаскивали раненых в четвёртый отряд.

А Ичиго имел несколько трудных разговоров.

Первый был с Укитаке-тайче. Тот интересовался его позицией, планами, мыслями... Всю душу вымотал особист хренов! Куросаки-младший и сам не знал, что делать дальше. Вот и получалось, что ответить нечего, а хамить и посылать к пустому - нет повода. Вот и приходилось давить из себя вежливость, ломать мозги над ответами.

Был бы это Ямамото или совет сорока шести - послал бы ко всем адьюкасам через лес меносов. Да ещё бы и карту нарисовал. А если бы сильно настаивали, мог и гарганту для надежности открыть... и пинка ускорительного добавить.

Второй был с Урахарой. Киске долго прыгал над его сломанным клинком, чуть ли не облизывая и обнюхивая части. Просил показать фуллбринг, маску пустого... Долго потом прятался за веером и сверкал глазами. Наконец, когда Ичиго всё же потерял терпение и собрался уже просто схватить гада за горло и постучать им об стенку, признался.

По его словам, то, что показал ему рыжий, на самом деле занпакто. Именно не фуллбринг, а настоящий занпакто. Да и к тому же "вечный" банкай. Единственный подобный случай в истории шинигами. "Вечные" шиккаи встречались редко, но всё же встречались, например, у Ямамото. А вот банкай такой только у него и ни у кого больше.

На этом хорошие новости кончались. А за плохими хитрый Шляпник отослал его к Маюри...

А уж этот раскрашенный вивисектор не страдал ни деликатностью, ни инстинктом самосохранения. Потому резал правдой лицо.

И правда заключалась в том, что сломанный в банкае занпакто починить или восстановить невозможно. И сам он не восстановится...

Вот и сидел теперь Ичиго в комнате особняка Кучики. Пожить в нём, пока сохраняется опасность нового нападения, предложила Рукия. Бьякуя очень сильно пострадал в битве, так что возразить не мог.

Иссин ушёл в Мир Живых в первый же день. В конце концов, там девочки без присмотра, клиника опять же...

- Ичи, не грусти... Ичи... - подошедшая Арисава нежно опустила руки рыжему на плечи.

- Да я, собственно, и не грущу, - отозвался Ичиго. - Задумался просто, - повернулся он