Вторая жизнь. Вид сбоку 1 - Ксения Чудаева

— Ну как наши алмазы? Готовы стать блистательными бриллиантами? — спросил тренер, с прищуром наблюдая за продвижением группы.

— Посмотрим. Экзамен покажет. Минг своих всегда сам отбирает, — глухо отозвался Хэлмираш, находя глазами Ноат. Она как раз только закончила очередной этап и встала отдохнуть.

— Одри их отбирает, а не Минг. Если бы он отбирал сам, нам бы пришлось вести статистику смертей, — жёстко усмехнулся тренер.

Хэлмираш согласно кивнул. Ноат каким-то образом почувствовала его взгляд, обернулась. Разглядела мужчину с такого расстояния и вдруг помахала стражу рукой. Тот приподнял ладонь в ответ. Ноат, сверкнув усталой улыбкой, направилась к следующему этапу.

— Хорошо работает, — проговорил Дармин, тоже провожая её взглядом. — Не отлынивает. С тройкой моей лучшей спелась. Ей, конечно, до них далеко, но стремится. А тех, кто её обидеть хотел, я в землю закатал, как ты и просил.

Хэлмираш хмыкнул, не переставая следить за взбирающейся по канату Ноат.

— Знаешь, Хэл, — вдруг задумчиво склонил голову Дармин. — За все те годы, что тебя знаю, я ни разу не мог подумать, что та, на кого ты, спустя столько лет собственного умерщвления, обратишь внимание, будет демонессой.

— Она не демонесса, — коротко отозвался страж. И больше ничего не стал добавлять. Он слишком устал, чтобы спорить сейчас с полным сил другом.

Тренер вздохнул и сказал неожиданно серьёзно:

— Так подошёл бы к ней. Подарил бы какую-нибудь безделушку. Вон как она тебя почуяла, тут же поняла, что ты у неё за спиной сидишь. Может и выгорит чего? Ты ей нравишься.

Хэлмираш помолчал какое-то время, но всё-таки ответил:

— Не выгорит. Перегорело.

— И что ты её тогда взглядом ловишь, если перегорело? — с какой-то странной досадой проговорил Дармин. — Будешь её защищать, как побитая бешеная псина? А потом что?

— А потом она найдёт того, кто будет её ценить, — устало отозвался Хэлмираш. — Кого полюбит. И будет с ним счастлива.

— А ты?

— А я сделаю всё, чтобы она до этого момента дожила, — отрезал страж и поморщился. — Дарм, не неси чушь. Ты будешь удивлен, но у меня в комнате есть зеркало. Даже если, как ты считаешь, я ей сейчас интересен. Ты сам подумай, на кой зорг ей сдался сумасшедший старый монстр, за которым столько трупов, что в личное кладбище можно целый город определять?

Дармин какое-то время недовольно пыхтел, не желая соглашаться с собеседником. Но вдруг его дыхание успокоилось, внимательные глаза нашли прыгающую через препятствия Ноат. Какое-то время он за ней пристально наблюдал.

— Знаешь, Хэл, что я тебе скажу, — голос тренера был абсолютно спокойным. Настолько, что Хэлмираш даже обернулся к другу, желая видеть его лицо. — Помяни моё слово — по твоему плану не получится. Это для местных ты — искупавшийся в небесном огне монстр с кладбищем и прочим. А для неё ты — бесхозный мужик, который ей нравится и который явно пригодится в хозяйстве. Не будет твоя «недемонесса» никого ждать и никого искать. Она просто в один прекрасный день придёт за тобой, и вопросов задавать не станет, поставит перед фактом. Поверь, я знаю таких женщин. Они не будут церемониться с твоим мнением о себе самом, им хватает собственного.

Хэлмираш поморщился, сказал с какой-то странной горечью:

— И что ж ты, знаток, до сих пор один?

— Как раз потому, что знаток, — как-то невесело хмыкнул Дармин. — Я их очень быстро вычисляю и максимально быстро забиваюсь в ближайшую дыру, чтоб не заметили и глаз не положили.

Глава 42

В первый день испытаний была приглашена только стая Минга. Точнее, только двое из неё: сам Минг и его заместитель. Поздоровавшись с Гончими, Хэлмираш создал купол, под который тут же шагнула Одри, надевая маску. Бледные от волнения претенденты рассредоточились вокруг места предстоящих поединков. Хэлмираш подтолкнул первого под купол, который тут же сделал непроницаемым.

— В защиту. Старт! — коротко скомандовал страж.

Поединок начался. Первым среди учеников шёл Зитар — гибкий аллар, специализирующийся на стихиях пары огня-воздуха. Хэлмирашу понадобилась минута, чтобы понять, что парень не пройдёт. Слишком слаб для Одри, а, значит, и для стаи в целом. Самой Одри для этого понадобилось четыре минуты. После чего она остановила бой и покачала головой. Хэлмираш кивнул и заменил понурившегося ученика следующим.

Бои шли один за другим, Одри лишь изредка прерывалась на двухминутные перерывы. Минг всё это время стоял молча, не встревая в решения заместителя. Сосредоточившись на боях, Хэлмираш не сразу заметил, что в толпе зрителей появилась Ноат. Он уже давно не видел занесённую, только через канал покрова следя за её жизнью. И сейчас пусть и хмурился, считая, что ей видеть происходящее необязательно, но всё равно где-то в глубине был рад видеть её рядом. Хэлмираш нашёл глазами среди наблюдателей Орма, привлёк его внимание, кивнул на Ноат. Полуорк понятливо стал пробираться сквозь толпу к занесённой.

Хэлмираш закончил отбор, попрощался с Гончими, записав их вердикт по ученикам. В целом результат испытаний его удовлетворил — Гончие нашли тех, кого искали. Судя по тому, что Ноат дождалась этого момента и теперь стремительно приближалась, у неё был какой-то вопрос к нему.

— Ты по делу? — развернулся к занесённой Хэлмираш.

— Да, надолго не отвлеку, — коротко кивнула. — Ты не против, если я в город выйду?

Мужчина окинул Ноат хмурым взглядом. Отпускать её в город совсем не хотелось, тем более так внезапно и непонятно по какому поводу.

— Зачем?

Ноат как будто прекрасно поняла его мысли, вздохнула:

— Хэл, мне здесь жить. Пора уже понемногу выбираться за стены Академии. По рынку пройтись и…

— Одна не ходи. Вон, Орма с собой возьми, — перебил страж, находя приемлемое для себя решение. Полуорку он доверял.

Ноат чуть растерянно оглянулась на друга, но тот уверенно кивнул

— Спасибо.

— Старайся особенно не выделяться.

Занесённая скорчила рожу в ответ на просьбу стража. Хэлмираш и сам осознавал, что сказал глупость — при её внешности сложно не выделяться. Это он привык уже к рогатой демонессе, а вот мир даже не думал этого делать — ещё один момент, из-за которого стражу не хотелось выпускать Ноат за пределы Академии. Но она была права — всё-таки Академия не должна была становиться её тюрьмой.

Страж вернулся в кабинет, занялся документами на тех, кто прошёл отбор Гончих. Бумаг на них надо было заполнить огромное количество. Это и уведомления в Совет, и в собрание Гончих, и изъять личные