Монарх Душ: Нет пути домой - Александр Гримм

Хотя есть и хорошие новости: одной странностью стало меньше. Я ведь всё это время никак не мог взять в толк, кто тогда перерезал глотку Тлакоплани, даже гадал, который из Собирателей пепла приложил к этому руку. А по итогу всё оказалось куда проще. Анум просто подговорил этого балбеса на авантюру, чтобы потом меня подставить.

И как только Тлакоплани согласился на нечто подобное? Это ведь огромный риск! А главное, что Анум ему такого пообещал, раз дикарь решился поставить на кон собственную жизнь, впав в кратковременный анабиоз?

— Что он тебе предложил? — наклонился я к стоящему рядом Куоли.

Мне хотелось задать этот вопрос ещё там, в вертолёте. Но помешали сразу две вещи: плачевное состояние самого Тлакопани и устроенный нам Белым змеем перекрестный допрос.

Зато теперь, когда все формальности соблюдены, а дикарь почти полностью отошёл от недавней спячки и немного подлатал шею медицинским клеем, можно как раз все наверстать.

Осталось лишь выяснить, станет ли Тлакоплани говорить со мной начистоту или придётся выуживать из него информацию при помощи старого доброго насилия, как это произошло с его приятелем Анумом…

— Твою печень.

— Эм?

— Он предложил твою печень, — как ни в чём не бывало повторил Куоли, словно мы говорили не о части моего драгоценного тела, а о какой-то несущественной мелочи вроде пачки сигарет.

— Что?! Зачем тебе моя печень?!

— Печень потомка Моров — ценная добыча, много божественной силы, — облизнувшись, Куоли доверительным шёпотом продолжил: — Не волнуйся. Как и подобает истинному охотнику, я съел бы её со всем почтением к твоим великим предкам: ещё тёплой и истекающей кровью, без грамма специй и не поднося мясо к огню.

— И на том спасибо, — с сарказмом произнёс я, на всякий случай отодвигаясь от этого психопата подальше.

— Я знал, что ты оценишь, — вполне искренне обрадовался он.

Честное слово, лучше бы и не спрашивал. Теперь того и гляди кошмары будут сниться…

— Готово, — ворвался в мои мысли прокуренный голос нашего провожатого. — Добро пожаловать домой…

Ск-р-р-р! Дрогнув, массивные двери принялись со скрипом разъезжаться в разные стороны. Щель между ними стала постепенно увеличиваться.

И по мере того как это происходило, желание войти внутрь стремительно улетучивалось…

— Похоже на тюрьму, — оценил я длинный коридор, в котором по мере удаления от нас поэтапно загорался свет.

— Вы недалеки от истины. Это один из списанных блоков Бездны Челленджера…

Глава 44

— Администрация Бездны Челленджера желает вам приятного дня…

Распахнутые после недолгого сна глаза уставились в потолок.

Белый Змей не соврал: нас и впрямь засунули в место, почти неотличимое от тюрьмы.

Взгляд переместился к единственному источнику света — окну, за которым всходило солнце…

Фальшивка. Обычная голограмма.

Если бы не знал, где нахожусь, мог бы и поверить. А так…

Хотя надо отдать должное тем, кто это придумал. Проектировщики Бездны Челленджера проделали отличную работу.

Наличие подобных «окон» с высокой долей вероятности способствовало повышению психоэмоциональной стабильности заключённых. А это для режимного объекта, напичканного под завязку социально опасными элементами, уже ох как немало. Особенно если знать специфику самой Бездны, до которой столь нужный солнечный свет попросту не дотягивается.

— Завтрак начнётся через тридцать минут, — пронёсся по помещению искусственный голос. Снова.

Ещё одна особенность Бездны Челленджера. Объект, всё время находящийся на дне Марианской впадины, попросту не мог функционировать по привычным лекалам. Наличие живого персонала было полностью исключено. Поэтому его заменила машинéрия под управлением искусственного интеллекта.

Н-да, вот уж не думал, что когда-нибудь стану здешним заключённым.

Странное чувство.

С одной стороны, я прекрасно понимаю: всё это лишь видимость. Нас окружает не настоящая Бездна Челленджера, а отслуживший свое «осколок» — всего лишь списанный в утиль тюремный блок, один из многих. К тому же в отличие от реальных заключённых, любой из нас мог в любое время выйти за пределы камеры, свободно прогуляться по блоку и даже выйти наружу. Никто нам этого не запрещал. Да и сами «камеры» выглядели вполне сносно.

С другой же — где-то внутри все равно чувствовалась едва заметная эмоциональная скованность.

Некий осадочек всё же оставался.

Но, возможно, это лишь эффект первого дня. И дальше будет лучше.

Осталось лишь выяснить на практике, так это или нет.

Встав с кровати, я быстро нацепил спортивный костюм. Проверил, на месте ли часы. И отправился к выходу.

Дверь камеры послушно отъехала в сторону. Теперь я мог беспрепятственно проследовать наружу.

Однако перед этим стоило морально подготовиться. Помимо голографических окон и собственного искусственного интеллекта, у блоков Бездны Челленджера имелась ещё одна занятная особенность.

Переступив порог, я сразу почувствовал лёгкий зуд под черепной коробкой.

Терпимо. Думал, будет хуже.

После вчерашнего инструктажа, устроенного нам Белым Змеем, были серьёзные опасения на этот счёт. Но, похоже, эффект психостабилизатора не так уж силён.

Только зря волновался…

Хотя волноваться стоило совсем не об этом.

Я припомнил недавние события с участием Собирателей пепла. Выходит, за мной всё-таки объявили охоту. Причём взялись за дело весьма серьёзно.

А ещё сомневался, стоит ли мне покидать Тартар. Но, как видно теперь, решение о побеге оказалось верным. Останься я на попечении семьи, меня бы не только лишили свободы, но и с высокой вероятностью использовали как разменную монету в своих интригах.

Даже обычные люди порой готовы предать свою родную кровь, чего уж говорить об урождённых последователях. Особенно о таких, как патриарх семьи Моров. Для него мы, его дети — лишь фигуры на шахматной доске. Если потребуется, отец с лёгкостью превратит любого из нас в свою разменную пешку, дабы в конечном итоге выиграть очередную партию.

Но всё же, кто именно объявил на меня охоту?

Один заказчик известен наверняка — это тот, у кого мы с Владом совершенно случайно подрезали бомбу. Больше о нём почти ничего не известно, за исключением наличия у него передовых технологий вроде перчатки-АПБ-5 и доступа к последней версии внешнего интерфейса.

Со вторым заказчиком всё немного сложнее. Есть лишь зацепка.

В памяти тут же всплыли слова Собирателя Йохана:

— А вот лишить тебя рук всё же придётся. Ничего личного, таково первое условие заказа.

Мне ещё тогда показалось это странным. Зачем кому-то могли понадобиться мои руки? Руки Исполина-однерки. В них ведь нет ничего особенного. Они даже не годятся в качестве материала для какого-нибудь биоснаряжения. С тем же успехом Собиратели могли отловить любого бесхозного вольного и «отнять» руки уже у него. И всё это без малейшего риска.

Ответ тут мог быть только один: тот, кто