Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

сперва — свидание. Они пойдут в кафе, и он обязательно купит ей то, что она любит… а что она любит? В прошлый раз в караоке он не уследил что она кушала, а что нет… а может она совсем другое имела ввиду? Может она имела ввиду как раз не план, а ПЛАН?! Ну то есть настоящие вопросы, серьезные. Вроде того, как жить вместе, познакомиться с родителями, взять на себя ответственность и…

— Сложно будет. — говорит Соен и Бон Хва с готовностью кивает. Конечно сложно, у них же такая разница в статусе! Соен из богатой семьи, а он со Старшим — школьник-мошенник с сомнительной репутацией, подработкой в баре клуба и долей в юридическом агентстве «Юн и Компания».

— Они же второгодки, а ты — только первогодка. На год старше, они тебя и слушать не будут. — продолжает Соен и Бон Хва сперва не понимает, о чем она.

— Пак Су Хи. — поясняет Соен и хмурится, ее брови чуть сдвигаются, посредине появляется легкая морщинка, которая кажется ему воплощением милоты. Она останавливается и упирает руки в бока.

— Ты что, совсем меня не слушаешь? — спрашивает она и в ее голосе отчетливо слышится претензия. Бон Хва реагирует мгновенно, годы жизни с мамой приучили его к тому, что если в голосе женщины слышится вот такая нотка, то нужно немедленно и предельно правдоподобно — отрицать все!

— Нет конечно! — заявляет он с жаром: — Еще как слушаю!

— И о чем я говорила? — прищуривается Соен, слегка смягчаясь: — Да, ну тебя. Я говорю, слушать тебя никто не будет.

— А… ты ее знаешь? — уточняет Бон Хва. Соен — отрицательно качает головой.

— Не знаю. Но это же ясно. Старшаки младших в жизнь слушать не станут. Так что…

— Погоди? А почему тогда ты согласилась, когда госпожа Мэй на меня эту обязанность повесила?

— Что? А… — Соен повела плечиком и посмотрела на него как на идиота: — Чего тут непонятного? Клубную комнату она у нас уже не отберет, а обязанность — на тебе. Весь спрос с тебя, а вся выгода — мне. — она ослепительно улыбнулась и Бон Хва от обиды аж встал на месте.

— Что? Но… — почему-то ему стало очень обидно от мысли что Соен могла так легко и цинично его использовать.

— Ты чего надулся? Поверил, что ли? — она легонько толкает его в плечо: — Да я пошутила. Успокойся. Просто госпожа Мэй не будет спрашивать невозможного, достаточно, чтобы ты попытался. Вряд ли она ожидает, что ты вот прямо возьмешь и разрулишь всю ситуацию. Думаешь я не вижу, что у вас за отношения?

— Нет у нас никаких отношений!

— Три раза ха. — Соен закидывает портфель на плечо и вышагивает впереди, заставляя его догонять.

— Она ж тебя испытывает. — говорит она, не оборачиваясь и ему приходится напрягать слух, чтобы разобрать слова: — Это как двенадцать подвигов Геракла. Она — как царь Еврисфей, а ты — как Геракл. Что это за подвиг? Ах, да — вычистить Авгиевы конюшни. Она и не ожидает что ты справишься. Со мной или без меня — она все равно дала бы тебе невыполнимое задание. И ты все равно его не выполнил бы. А так у нас хоть нормальная клубная комната будет. Все в выигрыше. Кроме тебя. Но ты все равно страдал бы, а так твои страдания принесут нам пользу. Хочешь я Минсе попрошу тебе грудь показать?

— Что за неожиданные аналогии… грудь?! Не надо! То есть… к чему тут вообще грудь?!

— Грудь всегда к чему-нибудь. — поднимает палец вверх Соен: — Вы же парни только о сиськах и думаете. Я тебе такой расклад дала про твои отношения с Мэй Сон Юн, а ты только последнюю фразу запомнил. О! Я поняла! О чем бы мы с тобой ни говорили, если в конце я буду говорить про грудь Минсе — ты все будешь забывать. Как удобно.

— Пожалуйста, прекрати надо мной издеваться. — говорит Бон Хва, удивляясь самому себе. Раньше бы такой разговор его в краску вогнал, а сейчас он спокойно разговаривает с девушкой на такие темы. С другой стороны, постоянно имея в голове старого циничного ворчуна, благодаря которому он периодически просыпается с незнакомыми девушками в своей постели — поневоле нарастишь броню. До такого легкого и непринужденного общения с красивыми девушками, которым славился Старший — ему еще далеко, но прогресс уже имеется. Он даже может пошутить! Да, Старший говорил, что девушкам нравится, когда шутят. Если ты смог рассмешить девушку — считай полдела сделано, так говорил он. Да и Чон Джа в тот раз тоже так говорила, мол парни, которые с хорошим чувством юмора, — самые опасные. Вот так смеешься, смеешься, говорила она, а потом раз — и одежда от смеха слетает. Как? Загадка.

Про себя он решает, что обязательно пошутит в следующий раз. Тонко и смешно. Как пошутить тонко и смешно? Черт, в голову ничего не лезет!

— Так о чем мы там говорили? — Соен прижимает ладошку к щеке: — Ах, да! Про квантовую физику и неопределённость теории струн! Слушай сюда, юный падаван — я и сама ничего не знаю о квантовой физике, но моя мама как-то раз купила аппарат, который «разглаживает морщинки на коже и осветляет ее квантовым излучением», а папа очень долго над ней смеялся и сказал что квант — это наименьшая неделимая частица и что в теории — во всем можно найти такую. То есть сказать «квантовое излучение» — это как сказать «оно состоит из мелких, неделимых частиц», понимаешь? Это оксиморон.

— Оскиморон — это когда наоборот. — вмешивается Бон Хва, радуясь от того, что может вставить слово и даже показать, что знает о чем идет речь: — Когда вместе что-то противоречащее. Например «глупый ум» или «непристойная целомудренность». А это у тебя — тавтология.

— Ого! — Соен с удивлением взглянула на него: — А это ты откуда знаешь? Хотя… да, наверное у тебя репетиторы были… ничего удивительного. Куда уж нам…

— Не было у меня репетиторов! — отрицает все Бон Хва: — Просто в школе… в начальных классах я только и делал что учился. Друзей у меня не было.

— Да? А так и не скажешь. Ты довольно общительный. Так… о чем это я? Ах, да, подвиги Геракла и грудь моей подружки Минсе. Ты не думай, она просто так тебе ее не покажет. У нее принципы. И сиськи. Я бы и сама тебе показала, но у меня их нет, а