Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

поднялись к пучку воздушных трасс, подождали, пока «наши» по очереди улетят в сторону Джейнсвилла, ушли на четыре с лишним десятка километров севернее, зависли над достаточно густым ельником и… с помощью «Техников» соорудили стояночное место для «Химеры». Так как я опять поддался требованиям паранойи и решил проигнорировать подходящие полянки.

Дроиды шуршали, как рабы с плантаций — прячась под маскировочным полем МДРК, пилили деревья, скатывали стволы на дно довольно глубокого оврага, выносили из корабля «Гиацинты» и устанавливали по периметру недо-убежища. А Феникс запрограммировал все четыре блока генерации картинок и накрыл нас качественной иллюзией. Вот мне и полегчало: я попросил искин «сесть» на открытые каналы связи и планетарную Сеть, а сам вытянул ноги, развернул «Контакт», вбил в графу «Кому» айдишку старшины Алексеева, врубил камеру и заговорил:

— Привет, Ярослав. Что-то давненько не получал твоих сообщений. Как там, на Индигирке — тюрки не достают? Тебя все еще припахивают, или уже перестали? Как дела у Кости? В общем, вопросов у меня немерено, а задавать все, откровенно говоря, лениво. Поэтому смело описывай все, что не закрыто подписками. А теперь о себе: опять мотаюсь. И — ты не поверишь — мечтаю об учебе, вирт-полигонах и встречах с теми же тюрками. Но увы… О, кстати, чуть не забыл: решил прикупить топовую вирткапсулу и воткнуть по соседству с «Авиценной» — места там как раз под эту игрушку, а она способна скрашивать наше существование неделями. Правда, модель пока не подобрал, но только из-за отсутствия соответствующей возможности.

Ладно, на этом пока все. Всего вам хорошего и до связи…

— Де-юре ты не сказал ничего секретного… — хохотнул ИИ. — А де-факто дал понять, что обретаешься там, где нет доступа ни к планетарной Сети, ни к сетевым магазинам, что не воюешь и что нынешняя командировка радует в разы меньше, чем мотания в Каганат.

Я пожал плечами, заявил, что так и есть, потер переносицу и полез в терминал ВСД. Проглядев «меню», заказал себе четыре бутерброда с семгой и упаковку апельсинового сока, сходил к приемному лотку, вернулся в кресло и почти на четверть часа выпал из реальности. Ибо, как выяснилось, успел как следует проголодаться, а бутеры оказались умопомрачительно вкусными.

Следующие минут тридцать-тридцать пять изучал материалы, нарытые Фениксом, и прикидывал, что и как можно разнести на Нью-Вашингтоне. Увы, чисто из любви к искусству, так как развлекаться в таком ключе мне строго-настрого запретили. Чтобы наше появление в этой системе и последующее исчезновение остались тайной, покрытой мраком.

Кстати, одну реальную возможность огорчить власть имущих Новой Америки все-таки нашел. И даже набросал скелет плана акции. Увы, стоило добавить к нему «первые куски мяса», как искин развернул «Контакт» в виде голограммы, показал фамилию отправителя прилетевшего сообщения и после моего кивка включил воспроизведение.

Ну, а я уставился на угрюмое лицо полковника Переверзева, невольно подобрался и вслушался в его голос:

— Здравствуйте, Тор Ульфович. Ваш последний доклад получил, изучил и отправил Большому Начальству, начальнику первого отдела и аналитикам нашего. К слову, информация — ценнее некуда, и с «соседей» причитается. По полной программе. А они — народ благодарный. Далее, прислушивайтесь к своей интуиции и дальше. В смысле, не рискуйте вообще: ваша единственная задача — вернуть группу обратно. И последнее…

После этой фразы он прервался, поиграл желваками и сжал кулаки:

— Старшина Алексеев погиб. В неравном бою с патрульной группой ВКС Каганата, собиравшейся взять на абордаж нашу гражданскую яхту с детьми, эвакуированными с Полоцка. Претензий к пилоту яхты нет и быть не может — он ушел из практически оккупированной системы через одну-единственную условно свободную зону перехода на перегруженном корабле и физически не мог прыгнуть куда-либо еще, так как запасы кислорода, имевшиеся на борту, не были рассчитаны на такое количество пассажиров. А Ярослав Кириллович уничтожил три вражеских корабля в момент появления из-под «шапки», затем критично повредил четвертый и «давил» системы целеуказания пятого все время, пока яхта разгонялась на внутрисистемный прыжок. В общем, парень сделал все, что мог. А мы, его руководство — нет…

Глава 8

5 октября 2469 по ЕГК.

…С вечера четверга по утро субботы меня плющило от чувства вины перед Ярославом. Да, разумом я понимал, что винить в его гибели надо войну, Судьбу и руководство службы, почему-то решившее, что опыта, полученного Алексеевым в одном-единственном рейде на территорию Каганата, более чем достаточно для начала самостоятельной работы, но сердцу было не до логики — оно разрывалось от боли и раз за разом заставляло задавать себе чертовски неприятный вопрос: «А кого ты убьешь следующим?»

Прекрасно зная, что подобные рефлексии могут выйти боком, я воевал с собой со страшной силой — тренировался на износ, решал задачи повышенной сложности и планировал акции возмездия. Благо, информации о планетах ВТК было предостаточно, а жажда мести с каждым часом становилась только злее. Увы, все эти способы помогали только во время занятий. А во время трапез, в душе и перед сном меня накрывало по полной программе.

Поэтому алая вспышка по периметру основного экрана ТК, вынудившая обратить внимание на только что обнулившийся таймер обратного отсчета, помогла сосредоточиться на Деле — я решительно задвинул куда подальше все «левые» мысли, в темпе утащил пищевые контейнеры и пустую упаковку из-под сока в утилизатор, вернулся в кресло, заблокировал замки скафа, влез в пилотский интерфейс, оглядел пиктограммы состояния корабельных систем, горящие зеленым цветом, убедился в том, что маскировочное поле «раздуто» до предела, покосился на сканеры и дал малую тягу на антигравы.

К пучку воздушных трасс, который, по мнению Феникса, должен был прятать «Химеру» от «внимания» новых датчиков местных ученых, притерся достаточно быстро, подождал подходящий флаер, уравнял скорости, сократил дистанцию до безобразия и повел МДРК к точке подбора в «режиме дубля». То есть, следуя вдоль магистралей впритирку к тяжелым машинам, используя для перестроения с одних на другие соответствующие коридоры и раз в сто лет уворачиваясь от местных лихачей, вылетавших за пределы потоков. И пусть итоговый маршрут получился очень уж замороченным, зато до окраины Форт-Лодердейла добрался без приключений, немного повисел перед началом подходящего коридора замедления, «прижался» к грузовому беспилотнику и под его прикрытием спланировал к северному краю котлована строящегося промышленного предприятия.

Следующие пятьдесят с лишним минут зверел от неопределенности. И гипнотизировал то ближайший пучок воздушных трасс, проходивший эдак в километре, то панораму города-миллионника и, по совместительству, одного из сателлитов Нью-Вашингтона, то пиктограмму