Этногенез-2 - Елена Кондратьева

Урну с прахом опустили в могилу и залили жидким азотом, который спустя несколько минут превратился в крепчайший монолит, навечно замуровав останки Людвига ван Астена, великого мечтателя и грозного вождя звездных борцов. Соня посмотрела в бездонно-синее небо Урана и вздохнула.

Потекли дни ожидания. Техники законсервировали ненужные теперь комплексы на дополнительных понтонах базы, и вся жизнь Оазиса сосредоточилась на «Центральном». Проведя перекличку с дальними базами «Армии пробуждения», Соня, получившая полномочия коменданта Оазиса, выяснила, что штаб «подмел» все и всех — боевые и вспомогательные корабли ушли к Марсу, а на базах остались лишь дежурные смены, а то и вовсе все управление было передано исинам.

Время шло. Ничего не происходило. Соня проводила положенное время в кабинете коменданта, кормила голубых черепашек, слушала музыку и смотрела в небо. Ей было плохо, а рядом не оказалось никого, кто мог бы поддержать девушку, просто обнять и дать возможность выплакаться.

А потом наступил долгожданный судный день Объединенного человечества, день штурма Луны.

Соня сутки провела в Главной диспетчерской базы, отслеживая все сообщения «снизу», из недр Солнечной системы. Техники и охрана базы сгрудились за ее спиной, живо комментируя поступающие по каналам гиперсвязи новости.

Аппаратура гиперсвязи, хотя и тратила невероятное количество энергии, но позволяла получать и передавать информацию практически в режиме реального времени. Правда, качество «картинки» хромало, но звук проходил нормально и Главная диспетчерская периодически взрывалась восторженными криками. А когда металлический, лишенный оттенков голос исина крейсера «Вольный» сообщил о захвате форта «Железная скала», старший техник Оазиса Рихард Гончаров пробасил в окладистую рыжую бороду:

— Вот и спеклись объединенночеловеки! Аминь!

Потом пошел вал информации, завершившийся новостью о смерти Оберпротектора Гая Руднева. Кто-то притащил в диспетчерскую ящик шампанского и сразу несколько пробок ударили в сетчатый высокий потолок, салютуя победе «Армии пробуждения».

Соня сидела ни жива, ни мертва. Все ее мысли были только о Максиме. Она прекрасно знала характер своего жениха и ни секунды не сомневалась, что он находится в самом пекле. Но ей в голову не могло прийти, что он, товарищ Альфа, сам, лично подрывал дредноут «Австралия», вел бой, штурмовал секретную резиденцию Руднева…

Напряжение отпустило Соню в тот момент, когда на экране появилось лицо Максима, усталое, покрытое копотью, родное…

Обращение товарища Альфы «Армии пробуждения» ко всем людям Солнечной системы в диспетчерской слушали стоя. А когда Максим закончил говорить и пошла заставка, сопровождаемая гимном звездных борцов, все заорали, звеня бокалами, принялись обниматься, плясать — в общем, началась форменная вакханалия.

Соня, пригубив шампанского из фужера Гончарова, выгнала звездных борцов из диспетчерской, отправив персонал базы праздновать победу в Изумрудный павильон Оазиса, а сама уселась за пульт и попыталась связаться с Максимом.

Ничего не вышло. Соня вызвала штаб, но ей в весьма невежливой форме посоветовали не занимать каналы связи в столь напряженной ситуации. Проведя ночь как в тумане, утром девушка повторила попытку связи с Максимом — безрезультатно. Отправив жениху короткое сообщение: «Поздравляю с победой! Люблю, жду, скучаю», Соня вызвала в диспетчерскую Гончарова, передала ему полномочия коменданта базы и час спустя вылетела с Оазиса на фрегате «Зоркий».

Сердце подсказывало ей, что что-то случилось, что-то невозможное, страшное, способное разрушить их любовь и оставить ее, Соню ван Астен, круглой сиротой.

Бездна, пролегающая между Ураном и Луной, не пугала девушку.

— Для любви расстояния не имеют значения, — сказала она в пилотской кабине исину фрегата.

— Задание не понял, — флегматично ответил искусственный интеллект и деловито поинтересовался: — Курс, скорость следования, параметры и координаты конечной точки маршрута?

Соня на секунду задумалась. Корабли класса «Зоркий» строились пару десятков лет назад ограниченной серией на знаменитых фобосовских верфях «Первого марсианского завода» для нужд Космофлота. Достаточно скоростные, с неплохим вооружением, они предназначались для патрулирования высоких орбит планет-гигантов. Два дивизиона фрегатов несли службу по охране юпитерианского летающего города Хейхо, сколько-то защищали дальние подступы к Нептуну, но массовый выпуск фрегатов был свернут в связи с появлением современных корветов типа «Краб», «Скорпион» и «Меганевра».

Дело в том, что из-за небольшого запаса автономного хода фрегаты не могли совершать дальние межпланетные перелеты, а внушительные размеры не позволяли им базироваться на борту крейсеров. Для орбитальной обороны более подходили мониторы и ракетные платформы, для связи — клиперы. Фрегаты стали тупиковой ветвью развития боевых кораблей и тихо дослуживали свой век.

«Армии пробуждения» удалось захватить один из них во время прошлогоднего героического рейда на Нептун. Израненный корабль подлатали, нарекли «Зорким», в Космофлоте он именовался очень уж неблагозвучно — «Гренобль», видимо, в честь стертого ледником какого-то земного города — и отрядили в патрульно-дозорную службу.

Когда штаб «Армии пробуждения» начал готовить операцию по захвату Луны, с Оазиса отозвали практически все боевые корабли звездных борцов. Остались буксиры, пара орбитальных мониторов и «Зоркий», так что выбор у Сони был невелик. Точнее, его не было вовсе.

— Идем до «Покоя», там делаем дозаправку — и на Луну, — взвесив все «за» и «против», ответила девушка исину. — Координаты точки прибытия назову позднее. Как понял?

— Понял вас хорошо, расчет курса до станции «Покой» завершен, — лаконично произнес исин. — Время полета — четверо стандартных суток.

— Тогда стартуем, — Соня уселась в кресло первого пилота и мягкие лапы компенсаторов обвили ее, словно руки любимого.

Пока исин тестировал системы корабля и прогревал двигатели, Соня предприняла попытку еще раз связаться со штабом, используя станцию гиперсвязи Оазиса — безрезультатно. Тогда она рискнула выйти напрямую на товарища Бету — второй человек в «Армии пробуждения» обязан был знать, где его непосредственный начальник. Но адъютант в ответ на запрос прислал короткое сообщение: «Товарищ Дементьев отсутствует, ответить вам не может».

— Корабль к старту готов, — пророкотал исин.

— Старт! — нетерпеливо приказала Соня.

Она не знала, что в эти минуты десантно-штурмовой модуль «Дамокл», пилотируемый товарищем Дементьевым, входил в земную атмосферу где-то над Западной Сибирью…

— Товарищ Дементьев! — дежурный боец Отдела Особых действий, несущий стражу во внутренних апартаментах дворца Оберпротектора, сделал шаг вперед. — Вас уже несколько часов ожидает сестра Кобра… У вас что-то с глазами?

— Спецлинзы. Зачем пустил? — устало пробурчал Прусаков. — Впрочем… Соединись с хозслужбой, пусть доставят ужин… на двоих.

Пинком открыв двери в покои, он прошел через анфиладу комнат к ванной. Сестра Кобра выскочила из спальни. Она что-то хотела сказать, но увидела злое лицо товарища Беты и прикрыла открытый рот ладонью. Геннадий молча указал на столовую — жди, мол.

Стянув с себя комбинезон, он сжал в руке фигурку волка и полез под секущие струи контрастного душа. Когда кожа стала красной,