Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

Слишком крупная рыба. И воевать с ними будут ровно теми же методами, что и они с Белорецкими. Скрытно, аккуратно и безопасно ослабляя врага чужими руками, и только потом, через пару десятков лет, если всё выгорит, можно будет уже нанести сокрушительный удар. Сегодня такая кровопролитная война двух древнейших родов, будет только на радость всей империи или даже миру, а возможная победа любого из участников, однозначно окажется Пировой.

Дейлор Смит

Точка Бифуркации III

Глава 1

Со времён октябрьских репрессий, в школе произошло много изменений. Например, полностью наладилась система питания и более того, этот стратегически важный момент стал держаться под контролем практически на самом верху.

Количество внезапных и абсолютно разноплановых проверок, с единицы выросло до целых десяти, только лишь за один учебный год.

Простые ученики были не в курсе, но до преподавателей, воспитателей, охраны и верхушки школьного управления, очень красочно донесли о суровых методах борьбы с предателями. И я более чем уверен, это дало свои плоды.

Одну из видеонарезок, которую показывали и на педсовете, и в казарме нашей службы безопасности, и в актовом зале работникам столовой, мне благодаря Кали удалось посмотреть лично. Впечатления от последних слов обречённых на казнь людей, были весьма и весьма насыщенные — пробирало кого хочешь. Все они как один раскаивались, слёзно советовали в снимающую их камеру не идти на поводу у жадности и оставаться верными своим присягам. Но безнадёжные взгляды обречённых на смерть людей, говорили громче всего. А если учесть, что многих из них зрители знали лично, нетрудно догадаться какой сильный эффект дал просмотр этих роликов.

Серьёзные изменения в школьные уклады внёс и новый директор. Вот уж кому было плевать на родословные учеников школы и её работников. Тимофей Степанович, как оказалось, был личностью легендарной. Правда для нас с друзьями, да и в целом учащихся, он являлся лишь постоянной головной болью.

Попасть в немилость к этому демону, означало как минимум на несколько месяцев оказаться в опале и с перерывами на сон страдать от напастей его дурного характера.

Веса словам старика, находящегося в ранге гроссмастера, придавала не только его сила, которой он кстати пользовался довольно редко, но и умение поставить себя так, что к его авторитету вопросов абсолютно ни у кого не возникало.

Стоя у него в кабинете на ковре, малолетними детьми себя ощущали не только школьники, которые ими и являлись, но и все преподаватели, а также инструктора, нередко в первое время попадавшие у него под раздачу.

Зато, как по мановению волшебной палочки, из нас в школе наконец-то пусть и постепенно, но стали готовить воинов. К моей радости, после исчезновения опасной добавки из нашего меню, ребята вокруг так или иначе стали прогрессировать.

Меня, кстати, после окончания расследования прилюдно и торжественно наградили, вручив при всей школе почетную награду в виде медали «За мужество» и грамоту за помощь в обеспечении безопасности школы.

Именно тот нашумевший случай, когда покушающийся на мою жизнь убийца по приказу Аристарха Дмитриевича пробрался в окно комнаты где я находился, решили представить обществу как попытку диверсии. После чего, была небольшая и забавная сказка о том, как я с ним мужественно сражался и однозначно имел все шансы одержать верх, если бы не бравые бойцы службы безопасности, очень вовремя подоспевшие на сигнал.

Настоящие же поздравления я получил в весьма узком кругу лиц, состоявшим из почти всей семьи Белорецких, в том числе и Алины с отцом, а также высшего руководства моей школы. На награждение откомандировали в город и моего дядю Святогора, который был несказанно горд за меня, хоть и потом ругал, что я опять влез в неприятности. Дядька целый день провёл со мной в городе, после чего вновь отправился в командировку, на этот раз заграничную.

Что же касалось князя, то он произнёс торжественную речь и тепло меня поздравил, во всеуслышанье заявив, что на таких парнях как я, держится вся империя. Отбросив мысли о том, что где-то я подобную фразу уже слышал, я наслаждался коротким моментом триумфа и всеобщего уважения. И правильно, потому что очень скоро вся эта ситуация забылась и продолжилась обычная жизнь.

* * *

— Что это у тебя тут? — брезгливо вытаскивая из волос какой-то бесформенный кусок засохшей и дурнопахнущей дряни, произнесла Алина.

— А ты понюхай. — с трудом сдерживая ехидную улыбку, бросила Маша.

По моей просьбе, князь таки одобрил перевод девчонки в нашу школу и вот уже четвёртый год Морозова училась вместе с нами. По какой-то причине, девочке поменяли фамилию.

Сама Маша эту новость о перевода восприняла поначалу весьма спокойно, потому как не понимала принципиальной разницы. Но позже осталась положением вещей весьма довольна.

— Фу! Воняет! — воскликнула Алина.

— А-ха-ха! — заливистым смехом, будто звон колокольчиков расхохоталась Морозова, а следом и Максим.

Закатив глаза и одарив подругу осуждающим взглядом, Белорецкая повернулась ко мне и вопросительно подняла бровь.

— Всё, что ползает по полу в общаге — рискует превратиться в еду. — флегматично заметил я.

— Фу! — на этот раз практически синхронно воскликнули обе девчонки.

Рассказывать друзьям о том, что этой ночью я очередной раз был в разломе, желания и надобности не было. Кроме Стёпы и Максима, за прошедшие годы я никого в эту тайну так и не посвятил. Незачем ребятам лишний раз переживать, да и ряд ненужных вопросов мне был тоже ни к чему.

Что же касалось застрявшего в волосах кусочка кожи убитого мною монстра, то это досадная оплошность. Видимо он остался там после взрыва, который я учинил напоследок перед возвращением. Вернулся с разлома буквально впритык перед общим подъёмом и едва успел умыться, и привести себя в порядок. А вот на душ уже времени не оставалось. Надо, кстати, подстричься…

— И вам приятного аппетита. — вздохнул сидевший рядом Юра, без какого-либо желания поглядывая в свою тарелку.

— Тоже мне неженка. — хохотнув, хлопнул его по плечу Стёпка.

Пока ребята весело болтали, я мельком оглядел обедавшую за несколько столов от нас Ксюшу. После окончания начальной школы её переселили с нашего этажа и наша дружба сама собой стала угасать. Мы приветливо здоровались друг с другом при встрече, но в реальности, всё меньше и меньше пересекались и, соответственно, общались. Сейчас Ксения и вовсе расцветала, приобретая не