Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

— Шрап! Ну ты и урод! — коротко и неожиданно спокойно сказала она и замахнулась шокером.

Я предполагал такую реакцию, поэтому, даже раньше, чем она ударила, ударил сам — коротко ткнул концом своего шокера в открывшуюся подмышку. Не включая подачу тока и даже не вкладывая силы, потому что если бы вложил, разрыв связок девушке был бы обеспечен.

Но ей хватило и самой малости. Она чуть не подпрыгнула, когда острые концы шокера укололи её в неожиданное место, и рефлекторно разжала руку, роняя своё собственное оружие.

Я тут же ногой отшвырнул второй шокер подальше, и отошёл на шаг, выдерживая дистанцию.

— Успокойся! — я примирительно поднял ладонь.

— Пошёл нахер! — коротко ответила Кори, сорвала маску и швырнула её в меня. И тут же кинулась в атаку сама!

Маску я отбил коротким движением шокера, а Кори ударил в противоход — торцом рукояти, целясь точно в лоб. Опять же не сильно, только чтобы обозначить удар, дать ей понять, что против меня ей лезть бесполезно.

Но оказалось, что не всё так просто.

Рукоять дубинки внезапно отпружинила от голубой плоскости, неожиданно вспыхнувшей на её пути — Кори заслонилась щитом! Отбив удар, она тут же снова погасила щит, и кинулась мне в ноги, пытаясь подхватить под колени, ударить плечом в живот и повалить меня на спину!

Как бы не так!

Я резко отшагнул назад одной ногой, не давая ей замкнуть захват, перехватил шокер двумя руками и, как простой дубинкой, надавил самой его серединой на шею Кори — туда, где она переходила в спину, в районе седьмого позвонка.

Кори охнула, резко прогнулась в спине и упала на четвереньки. У неё из головы очень быстро пропали мысли о том, чтобы повалить меня на пол. Оно так всегда происходит, когда по остистым отросткам позвонков катается что-то твёрдое с угрозой переломать их ко всем космическим китам.

Не теряя времени, зная, что она ещё не до конца успокоилась, я перехватил шокер ещё раз, пропуская его у Кори под рукой, и потянул на себя, заставляя девушку развернуться и встать на колени.

— Ещё раз прошу — успокойся! — всё так же спокойно произнёс я ей на ухо, которое теперь находилось в считанных сантиметрах от моих губ. — Тебе со мной не справиться, смирись. Даже был бы у тебя меч, а я — полностью безоружным, я бы на тебя не поставил, а без меча у тебя шансов нет и подавно.

Кори что-то тихо прошипела, напряглась, дёрнулась было, но заломленная через шокер рука явно дала понять, что этого делать лучше не стоит. Кори снова прошептала своё любимое «шрап» и глубоко вдохнула.

— Ладно… — голосом, в искренность которого не поверил бы даже Кайто, проворчала она. — Я успокоилась. Доволен? Урод…

— Нет. Ты не успокоилась. И я не урод. Ну, может, и урод, но точно не потому, что беспокоюсь за твою жизнь.

— Ты урод, потому что за меня решаешь, надо беспокоиться за мою жизнь или нет!

— В таком случае ты сама из уродов, если за меня решаешь, беспокоиться мне за твою жизнь или нет, — хмыкнул я.

— А я никогда и не говорила, что я плюшевая и пушистая! — Кори ещё раз дёрнулась, и опять зашипела. — Да пусти ты!

— Кар, долго ждать⁈ — раздался в наушнике голос капитана. — Снаружи ветер просто кошмар, нас мотыляет как плохо подогнанный имплант коленного сустава! Того и гляди зацепим это клятое здание и рухнем нахер!

— Всё слышала? — риторически спросил я, ослабляя захват. — Они нуждаются в тебе.

— А ты, значит, не нуждаешься? — фыркнула Кори, выворачиваясь из захвата, но не так активно, чтобы это можно было принять за новую попытку атаки.

— А это уже неважно! — улыбнулся я, вставая и выпуская её полностью. — В любом случае, пойти со мной ты уже не сможешь. А вместо меня пойти я тебе просто не дам. Поэтому вернись на мостик, и делай то, что умеешь делать лучше всего — пилотируй корабль. И сбереги его, чтобы мне было куда возвращаться, когда я закончу.

— Возвращаться… — фыркнула Кори. — Да после такого… Только не думай, что на этом всё закончено! Я тебе это ещё припомню!

— Договорились! — весело улыбнулся я. — Обязательно припомним эту ситуацию как-нибудь вместе за бутылочкой меруанской… Или чем-то другим, а то эту бурду я терпеть не могу…

— Кар, скорее! — снова раздалось в комлинке, и я ответил:

— Выхожу. Откройте внешние двери.

За спиной загудели приводы, и по волосам, лохматя, пронёсся ветерок.

Интересно, откуда вообще в замкнутой купольной атмосфере ветер? Это что получается, атмосферный процессор где-то совсем рядом? Вот прямо… Настолько рядом?

Это что, нам так повезло? Да ладно!

— Кар, — внезапно тихо позвала Кори, отвлекая меня от размышлений о процессоре.

— Что? — я перевёл взгляд на неё.

— Будь, пожалуйста, осторожен… — тихо произнесла она, глядя себе под ноги. — И… вернись обратно. К… нам.

Какая же она милая, когда не кидается с кулаками.

— Конечно, крошка, — улыбнулся я ей. — Мне же есть куда возвращаться. Если что, мы на связи.

Я развернулся, нагнулся и подхватил из раскрытого ящика с антидотом две пробирки, а потом разбежался, насколько позволял шлюз, и выпрыгнул из него наружу!

Под ногами мелькнула тридцатиметровая пропасть, а потом ноги спружинили о жёсткий бетон перекрытия, и я перекатился по крыше, придерживая станнер на боку, чтобы не ударить его ни обо что. Поднялся на ноги, развернулся, постоял секунду, глядя на корабль, неуверенно болтающийся туда-сюда в двух метрах от крыши, на Кори, всё ещё стоящую в шлюзе, и коснулся комлинка:

— Я на месте. Всё хорошо.

— Что там люди? — тут же спросил капитан.

— Секунду, — я подошёл к краю крыши и посмотрел вниз. — Их до хрена.

Людей внизу на самом деле было до хрена. Человек пятьсот, не меньше, собралось между посадочной площадкой и домом, и отсюда они выглядели как настоящее людское море. Море, которое только и ждёт, когда у корабля кончится топливо, или с него кто-то спустится. И тогда уже ничего не спасёт. Всё будет схвачено, всё будет поглощено этим морем и в нём же и