"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Водитель?

Раненый отрицательно покачал головой:

— Я… я водитель.

— Извини, — сказал Максим и нажал на спусковой крючок.

Короткая очередь, и к раненому пришла милостивая смерть.

Ещё раз проверил — все четверо мертвы.

Зашёл за избу.

Вот она, полуторка ГАЗ-АА. Стоит, ждёт.

Прислушался. Вроде, тихо. Только где-то на востоке продолжает время от времени погромыхивать фронт.

Максим зашёл в избу.

— Эй, все живы?

Из второй комнаты вышли Рыжий Лис, Рябой и Заноза. Вид у них был, мягко сказать, обескураженный.

— Что это было, товарищ командир? — спросил Заноза.

Все они были в советской форме, в петлицах Максима красовались два лейтенантских кубаря, и по легенде к нему так и должны были все обращаться.

— Пока не знаю, — сказал он. — Идём сюда.

Они вошли в первую комнату, где на полу остывало тело майора.

Максим достал из своего планшета карту, расстелил на столе.

— Если верить тому, что я узнал, в десяти километрах от этого места, по дороге на запад — город Сольцы, — сказал он. — Вот он, — ткнул пальцем в точку на карте. — Что это значит?

— Здесь должны быть немцы, — сказал Рыжий Лис. — Фронт проходит восточнее.

— Правильно, — кивнул Максим. — Значит, одно из трёх. Либо это советский десант, либо фронт в этом месте прорван, либо нас проверяли. Первые два предположения я отметаю, как нереальные.

— Почему? — не понял Рябой.

— Потому что тогдавыходит, что в руководстве школы сидит советский шпион, — сказал Рыжий Лис. — Так?

— Так, — подтвердил Максим. — И этот шпион должен был заранее знать о десанте или прорыве и специально подставить нашу группу под видом проверки. Нереально.

— Это если мы и впрямь по эту линию фронта. А если, всё-таки, там, где должны быть, под Топорками? — упрямо спросил Рябой.

— Тогда мы выполним задание и вернёмся, — сказал Максим. — В любом случае мы действовали правильно и претензий к нам быть не может.

— Вернее, вы действовали правильно, товарищ командир, — подсказал Заноза. — Мы только выполняли ваши приказы.

— Значит, и вся ответственность на мне, — согласился Максим. — Всё, забираем оружие, снаряжение и едем отсюда. Машина во дворе.

— А трупы? — спросил Рябой.

— Если это ряженые, не нам с ними возиться. Если нет, вернёмся и спрячем. Пока пусть лежат, гдележат. Есть не просят, — позволил себе цинично пошутить. — По коням.

Максим сел за руль, остальные погрузились в кузов. Полуторка завелась на удивление легко, затарахтела движком. Максим врубил заднюю, развернулся, выехал со двора через открытые ворота.

Проехал метров двести по хорошо укатанной дороге. Вокруг стояла темень, на небе звёзд не видно, только фары выхватывали по краям дороги обледеневшие кусты и деревья.

Ничего, пришла неожиданная мысль. Скоро, скоро уже настоящая весна, всё растает и расцветёт. А там и лето. Только вот война ещё не кончится, сказал он себе. До той весны, когда, по словам поэта «бери шинель, пошли домой»[274], ещё шагать и шагать.

— Подсказывай дорогу, — попросил он на всякий случай КИРа.

— А что тут подсказывать? Сейчас, на перекрёстке, налево.

— Спасибо.

Максим повернул налево.

Через пять минут разминулся с колонной из четырёх крытых грузовых «опелей». К последнему былаприцеплена пушка.

Значит, никаких сомнений — они в неглубоком немецком тылу.

А вот и подтверждение: указатель с чёрной надписью латинскими буквами «Salze. 1 km» и сразу за ним будка с часовым и шлагбаумом.

Максим затормозил, выскочил из машины, подошёл к часовому. Тот, увидев перед собой военного в советской форме, вытаращил глаза и потянул с плеч винтовку.

— Свои, — сказал Максим по-немецки. — Диверсионно-разведывательная группа. Возвращаемся с задания. Необходимо срочно доложить о русском десанте. Где ближайшая воинская часть?

— Ждите здесь, — сказал часовой и пошёл к полевому телефону.

Вскоре подъехал мотоцикл с коляской. Двое солдат и офицер, пехотный лейтенант. Лейтенант внимательно выслушал Максима:

— Документы у вас какие-то имеются?

— Только советские. Есть код-пароль для абверкоманды, которая должна была насвстречать на линии фронта.

— Сообщите.

— Он секретный, вообще-то.

— Значит, я должен поверить вам на слово? Не смешите меня, — лейтенант оказался стреляным воробьём.

— Хорошо. Мюнхен тридцать восемь.

— Ну-ну, — сказал лейтенант, как показалось Максиму чуть насмешливо, и направился к телефону.

Через пять минут вернулся:

— Следуйте за нами.

Сел в коляску. Мотоцикл развернулся. Максим поехал за ним.

Транспортный Ju.52 c ранеными на борту доставил группу во Львов на следующий день ещё до обеда.

Погода во Львовебыла уже весенней. Вовсю сияло солнце, остатки снега таяли чуть ли не на глазах.

Их ждали, всё тот жестаренький автобус отвёз в школу. В школе они сразу же проследовали в кабинет к начальнику, где их уже ждали Шнапс, Сударь и Ротмистр. Шнапс, на удивление, был абсолютно трезв.

Максим коротко доложил обо всём, что произошло.

— Как вы догадались, что это проверка? — попытался подловить Максима Шнапс.

— Мы не догадались, герр майор, — ответил Максим невозмутимо. — Как я уже говорил, поначалу решил, что нас и правда взяли на вражеской территории. Даже, каюсь, предположил,