Новая Переменная - Канира

Тем временем, каждый раз, когда она подходила близко, шиноби из Кагуя использовал свои костяные шипы, чтобы держать её на расстоянии. Он также осознавал, что её кунай — это не просто оружие для нанесения повреждений, но и инструмент для захвата его костей и блокировки атак. Этот момент создавал у него некоторую опасность, и он старался избегать атак на ближней дистанции.

После нескольких столкновений Мито начала немного учащённо дышать, усталость накапливалась в её теле. Ещё один пункт: выносливость обязательно стоит повысить. Однако она знала, что победить можно только с полным сосредоточением. Мито использовала свою гибкость и силу ног, выполняя серию акробатических движений, чтобы выйти из-под атак противника. Используя свои кунаи, она создала молниеносную атаку — бросок одного куная, чтобы отвлечь его внимание, и молниеносный прыжок с удушающим приёмом руками, используя руку противника для захвата его костяного меча. Её удар оказался решающим — она нацелилась на слабое место его тела, попав в позвоночник. Этот удар был настолько быстрым, что противник не успел даже среагировать. Его костяные шпили начали рушиться, а тело стало ослабевать. Уроки по анатомии помогли, слава богу, она оказалась более усидчивой, чем я, и запоминала то, что её учили вторично. Шиноби из Кагуя, поражённый её атакой, с трудом стоял на ногах. Его костяные мечи исчезли, и он упал на землю, истекая кровью. Мито стояла рядом, тяжело дыша, было видно, как она устала. Но так просто убить Кагуя невозможно. Подпрыгнув и сев ему на плечи, она схватилась за голову и оторвала её. Грязно, но действенно. Информация, что нам досталась, ясно говорила, что этих безумцев просто так убить нельзя. Выбросив голову и отскочив от тела, которое начало умирать в агонии, она так напряжённо смотрела на тело, что не хотело умирать, но всё равно умерло. Ещё раз, мерзость.

Оказавшись рядом с ней, я начал обрабатывать её раны, ирьёниндзюцу показало, что нужно в первую очередь обработать. Зелёный свет от моих рук даровал ей облегчение. Порезы и раны начали заживать, и она спокойно выдохнула. Но выносливость ей не вернуть техниками, так что она присела, когда я её усадил на пень, что чудом сохранился здесь.

Она, посмотрев на меня снизу вверх, думая несколько мгновений, словно оценивая меня, сказала:

— Спасибо. — Её глаза смотрели так глубоко, словно океан. Я видел в ней то, кем она станет: великая принцесса великого клана, уже сейчас было видно, кто она. Осталось лишь дать ей время, чтобы расцвести.

— Ты молодец.

* * *

После того как я вылечил остальных, что также получили раны разных степеней тяжести, а кто-то потерял пальцы, сжёг весь лагерь. Море огня оставило от лагеря, в котором полегли множество шиноби, превратив его в пепел и навсегда решив судьбу этих людей. Жаль, но лицо войны для меня всегда одно и то же. Пепел и запах крови.

После первого лагеря события проносились словно звук. Один, два, пять, десять. Лагеря сменялись, но везде появлялись Кагуя в каком-либо количестве. Маленькие лагеря и огромные, везде одно и то же. Безумцы были скорее как мечи, которые направляли на нас, а управляли всем те же Хьюги.

Весть о нас и о других группах, что охотятся на этих безумцев, быстро распространилась среди стана врага. Они пытались сопротивляться, скрываться или кочевать с одного места на другое. Увы для них, мы их находили, и в первую очередь из-за сил Керо, что заключил контракт с призывом. Сбежать от нас у них не получалось.

После событий первого лагеря, в первый день пути к следующей цели Мито была задумчива и молчалива, но на следующее утро вернулась в своё привычное озорное настроение. И дальнейшие события не испортили её настрой. Привыкла, как и я, к крови и смертям. Либо ты привыкаешь, либо ты мёртв. Путь ниндзя в этом мире и в эту эпоху был таков.

В дальнейшем я не стал её заставлять биться, впрочем, как и моих сокомандников, решив, что быстрее будет, если я сам буду делать грязную работу. У нас не стояло цели выяснить важную информацию или схватить командиров лагерей. Цель была одна — убийство и устрашение. Чтобы эти безумцы поняли, что связали свои узы не с тем кланом.

И это работало. На седьмом лагере, который стал последним в нашем списке, мы уже не засекли никого из клана Кагуя. Лишь Хьюги, что в ужасе, смотря на меня, стояли прямо передо мной и ждали своей участи. Их страх в глазах показал мне, кем я стал, и мне было тошно, но я не был мясником и просто отпустил их. Опустевший лагерь был словно призрак, которого давно забыли. Вещи, которые забыли эти белоглазки, остались на своих местах. Хотелось напиться и просто забыть об ужасах войны.

Увы, нас нашли, и мы стали из охотников дичью.

Всего лишь один шиноби, который искал такие группы, как наша, и уже успел убить одну из них, нашёл нас и теперь стоял перед моим взором, усмехнувшись, видя Мито, которая узнала его, её страх был неподдельным. Я тоже узнал этого шиноби.

Кимари Кагуя. Глава клана Кагуя и обладатель уникального кеккей мора. Обращающие в Прах Смертоносные Кости, обладательница которой была прародителем всех великих кланов этого мира. Кагуя Ооцуцуки.

Противник, которого я не ожидал встретить и которого нужно было избегать.

— Здравствуйте, охотники…

* * *

Третье примечание автора: Совсем забыл упомянуть, что добавил в доп. материалы вид Мангекьё. Спасибо, что читаете и поддерживаете меня, ставьте лайки и делайте другие активности. Благодарю.

Глава 37

— Лидер всегда одинок, Оками. Много лет назад, когда я был обычным мастером печатей на службе клана, я проводил много приятных часов в компании обычных слуг на гавани. Мы располагались на импровизированных скамейках позади амбаров, куда свозили всю провизию для нашего клана, наслаждались рисовыми шариками и маринованными овощами, рассказывали друг другу весёлые истории и подшучивали над другими. Теперь я — правитель клана, и самые могущественные шиноби вынуждены днями дожидаться аудиенции, чтобы удостоиться чести провести в моём присутствии несколько минут. Иногда, предаваясь приятным воспоминаниям о годах молодости, я ловлю себя на том, что ноги сами несут меня к