Наследство бабьего рода - Евгения Владимировна Потапова

Он снова задумался.

— Расскажи мне про ритуал, — опять попросил Илья.

— Смотри, мы с тобой братья кровные со всех сторон, и со стороны матери и со стороны отца. Разница у нас с тобой маленькая в возрасте. Мы можем смешать наши энергии, и тогда моя защита ляжет на тебя, но и твои проблемы станут моими, — выдохнул Тимоха.

— И твоя сила тоже станет моей?

— Она станет нашей, твоя и моя, твои и мои навыки, все это будет общим, — он внимательно посмотрел на брата.

Илюха сидел и радовался. Он представлял всю мощь и силу своего брата, думал, как он всем этим добром распорядится.

— Вот этого я и боюсь, — покачал головой Тимофей.

— Нет, что ты, я ко всему с умом буду подходить, — постарался быть серьезным Илья.

— Тебе придется, — усмехнулся Тим. — Мои силы бьют наотмашь, и учат так, что потом после первого раза начинает доходить.

Илья насторожился.

— А если я накосячу, то накажут только меня?

— Нет, обоих, — помотал головой Тимофей. — Я сделаю ошибку, бить будут и меня и тебя, ты оплошаешь, тоже самое.

Младший брат задумался.

— Мне нужно подумать, — вздохнул он.

— Думай быстрей, враг рядом. Он ходит, бродит под воротами, в щели заглядывает, ждет, когда кто-то из нас оступится.

— Сколько мы будем, как сиамские близнецы? — спросил Илья.

— Не знаю, может месяц, а может до самой смерти одного из нас.

— Не нравится мне это.

— Думаешь, мне нравится? — усмехнулся Тимоха. — Я только спокойно вздохнул после бабкиной смерти. Но вот я не готов потерять брата. Ты мне родной человек, хоть и глуповатый ты товарищ.

— Ну, спасибо, — надулся Илюха. — Давай, отложим ритуал на завтра.

— Меня завтра днем не будет. Я не смогу тебя защитить.

— Так ты же на дом защиту поставил? А я никуда не буду выходить, буду сидеть за забором. В бане печку посмотрю, починкой ее займусь. К калитке даже не подойду.

— И даже Ангелине дверь не откроешь? — подозрительно посмотрел старший брат.

— Даже ей, — со вздохом ответил Илья. — Я тебе клянусь. Буду сидеть дома, как мышка, и даже не пикну.

— Ну смотри, — покачал головой Тимофей. — Только учти, что если от ритуала откажешься, то потом я его провести не смогу. Отказ действует на все времена.

— Я понял, но мне нужно подумать. Сам понимаешь, что все это не просто так.

— Думай.

Тимофей встал со своего места и отправился на веранду.

— Ты куда? — крикнул ему Илья.

— Буду для тебя защитный амулет делать, — ответил старший брат. — Хоть на короткое время защитит тебя.

Глава 99. От глупой головы не защитит

Тимоха половину ночи мастерил амулет для брата. Нашел плотную шелковую веревку и вязал узлы на ней, на каждый узел наговаривая свои слова. Получилась небольшой браслет с узелками на руку. Пока он этим занимался, Илюха уснул.

Повязал на руку спящему брату, при этом нашептал еще какие-то особые слова. Сон к нему не шел, маялся Тимоха от дурных мыслей, все ему мерещилось, что брат его ослушается и все сделает по-своему. Не выдержала душа тяжких дум. Сорвался он с места, нашел листок бумаги и карандаш и нарисовал человечка в домике. Сидит там человечек и выйти не может, и сам никого не впускает.

Только после этого рисунка выдохнул Тимофей. Сжег его во дворе, и наказал Полкану никого в дом не впускать, и Илью не выпускать. Отлегло у него от сердца, смог под утро прикорнуть спокойно.

Около девяти утра затарахтел мотор около забора, просигналил мотоцикл. Тимоха встал с постели и натянул джинсы. Вышел за калитку.

— Чего, боец, спишь еще? — спросил его участковый. — Вроде в клуб не ходил, а дрыхнешь до обеда.

— Так еще девяти утра нет, — почесал нос Тимоха.

— Так, Тимофей Батькович, давай быстро умывайся, одевайся, пожуй чего-нибудь и вперед владения осматривать, а то к полудню мы с тобой тепловой удар схватим. И так я позже обычного из-за тебя выехал, думал, дать поспать тебе. Шуруй костылями, — прикрикнул мужчина на парня. — Я тебя тут подожду.

— Хорошо.

— Только быстрей давай.

Тимофей вернулся в дом. Илья уже встал и поставил чайник на плиту.

— Я тебе бутер сделал, — сказал он старшему брату, запихивая в рот кусок колбасы.

— Спасибо, — кивнул Тимоха, налил себе воды из чайника в стакан и кинул чайный пакетик.

— Он еще не закипел.

— Нет времени ждать. Амулет видел?

— Да, спасибо. Он вот прямо от всего-всего меня защитит?

— Нет, от дурной головы он защиту не дает.

Парень засунул в рот половину бутерброда и откусил.

— Никуда не выходи, домой никого не приглашай. Понял? — давал распоряжения, жуя, Тимофей.

— Да понял я, понял, что же я совсем что ли дурачок по-твоему? — поморщился Илюха.

— Ну-ну, посмотрим. Решишь кому открыть, худо будет.

— Я баней сегодня займусь, — ответил младший.

— Давай, только не переусердствуй.

Тимоха натянул на себя футболку, в несколько глотков допил чуть теплый чай и выскочил на улицу. Участковый бродил вдоль забора и разглядывал поросль.

— Чего не выкосите все? — спросил он у Тимофея.

— Так не успели еще, только вчера прибыли.

— Не забудь, выкосить все надо, а то от администрации штраф может прилететь.

— И часто у вас тут штрафуют? — усмехнулся Тимоха.

— Ничем тебя не проймешь, — махнул Алексей. — Поехали осматривать владения. Садись в люльку, только шлем не забудь надеть.

Уселись на мотоцикл. Участковый завелся и понеслись по деревенской дороге. Тимоха думал, ему все кишки на таком транспорте вытрясет, да пылью наестся по самое не балуйся. Участковый еще ухитрялся ему что-то рассказывать. Но парень его не особо слушался.

Они остановились около какой-то полуразрушенной избушки.

— Спят еще, собаки серые, — проворчал Алексей.

— А что там?

— Да тут самые злостные нарушители живут, местные алкоголики. Если у кого, что пропало, так точно они сперли.

— А что-то пропало?

— Нет, мы с тобой заехали для профилактики, да и тебе показать местную достопримечательность хотел. Пошли народ будить. Вот они нам рады будут, — беззлобно хихикнул мужчина.

Они еще не вошли в дом, а специфический запах уже за версту чувствовался. Тимофей скривился.

— Не кривись, не известно, что еще в жизни увидеть придется, — ответил Алексей. — Ты же следователем решил стать, так вот смотри, как оно бывает на местах. Так сказать работа с контингентом.

В доме наступить было некуда, везде валялись бутылки, разбитая и грязная посуда, какие-то тряпки, окурки, мусор. На полу и на топчане лежало несколько тел. Одно тело сидело за столом и пыталось что-то пить из пустого стакана.