Расслоение - Nezloi

— Альберт Владимирович, это полковник Поспелов. На данный момент Светлана Анатольевна не может вам ответить, так что, если у вас есть что ей предложить, я выслушаю и передам.

— Филип Васильевич! — воскликнул собеседник, неприятно удивив полковника своей осведомлённостью. — Примите мои поздравления за блестяще спланированную и хреново осуществлённую операцию по штурму здания ФСБ.

Полковник на явную насмешку промолчал.

— Впрочем, шутки в сторону, — неожиданно перешёл на серьёзный тон Иванов. — В ближайшие дни, если не часы, по Москве и стратегическим объектам Московской области будут нанесены ядерные удары. На ПВО и ПРО особо не рассчитывайте.

На секунду у полковника перехватило дыхание, но он быстро справился с эмоциями.

— Я правильно понимаю, что у вас есть к Светлане Анатольевне предложение?

— Да. На время удара вы можете укрыться в моём бункере. Если нужно, я пришлю за вами машины.

— Нет! Мы остаёмся! — неожиданно взвизгнула Свиридова, поймав приступ паники.

Поспелов вздрогнул, получив однозначный приказ, и отказался от щедрого предложения Иванова.

— Как знаете. Если выживете, для вашей хозяйки у меня будет работа, да и вы, возможно, пригодитесь, — не прощаясь, собеседник отключился.

Полковник ещё несколько секунд посидел, тяжело вздохнул и пошёл решать непрерывно сыплющиеся на него проблемы.

Сама Свиридова после штурма ФСБ и инвалидности сына как‑то вдруг утратила боевой дух и уже какую неделю находилась в глубокой депрессии. Поспелову с большим трудом удалось её убедить призвать ещё миньонов, иначе их бы давно уже подмяли под себя банды, захватившие район. Но даже с двумя десятками вооружённых бойцов с большим трудом удавалось удерживать свою территорию — стычки шли непрерывно. Благо Харт полностью оправился от ранений и время от времени превращал в фарш десяток‑другой бандитов. На какое‑то время это отрезвляло остальных.

Кроме постоянной возни с бандами, имелись проблемы и посерьёзнее. И самая угрожающая — это продуктовый дефицит. Полковнику, чтобы покормить своих людей, приходилось в буквальном смысле грабить местных жителей, разоряя их погреба, но и те запасы подходили к концу, тем более что окрестные банды занимались тем же самым.

Кроме еды, были проблемы с питьевой водой и лекарствами: многие миньоны получили раны после столкновений с бандитами. Всё плохо было и с боеприпасами — последних осталось едва ли на один серьёзный бой.

— Если не решим проблему с питанием и патронами, нам конец, — бормотал полковник, обходя наблюдательные посты, выставленные на границах контролируемой территории.

В этот момент впереди сухо треснул одиночный выстрел — как раз с той стороны, где полковник поставил блокпост, перекрыв улицу бетонными плитами.

Сдёрнув автомат со спины и сделав знак приготовиться двум сопровождавшим его бойцам, он короткими перебежками направился в сторону блокпоста.

К удивлению Поспелова, никто больше не стрелял, хотя обычно с этой стороны их донимала этническая банда, состоящая в основном из гостей из солнечного Таджикистана.

Рабочих раций у полковника не было, поэтому пришлось бежать в неизвестность. Но ничего страшного не случилось: его люди, укрывшись в самодельном дзоте, угрожали стволами автоматов грязному «Гелендвагену» с мятыми дверями и несколькими пулевыми отверстиями в лобовом стекле.

Рядом с машиной, в гордом одиночестве, играя в бесстрашие, стоял Рустем — один из лидеров банды.

Заметив Поспелова, бандит обнажил белые зубы в улыбке и крикнул:

— Полковник! Выходи, разговор есть.

Поспелов на секунду задумался, не застрелить ли Рустема, но в итоге отказался от этой мысли, так как бандиты непременно захотели бы отомстить за своего лидера, а у полковника не было ни людей, ни материальных ресурсов для войны с пусть и плохо вооружённой, но многочисленной бандой.

— Уходи, Рустем, не искушай меня, — крикнул Поспелов, прицелившись в голову бандита.

— Вах, зачем так говоришь! — специально коверкая язык, крикнул Рустем.

— Я с выгодным предложением пришёл.

Поспелов достал бинокль и стал внимательно изучать окрестности, особое внимание уделил машине гангстера из Средней Азии. Но, похоже, он и правда приехал один и, кажется, даже без оружия.

— Похоже, серьёзно, приехал поговорить, — прошептал полковник, так и не обнаружив засады.

— Хорошо, Рустем, мы поговорим. Иди сюда и давай без фокусов!

Мужчина, насмешливо улыбаясь, поднял руки вверх на уровень плеч и пошёл к блокпосту. Один из бойцов вышел ему навстречу, споро обхлопал его одежду, но ничего, кроме ключей и почему‑то телефона (которые сейчас мало у кого в Москве полноценно работали), не нашёл.

Разговаривали в бетонной коробке дота, сидя на пустых ящиках. Как Рустем ни храбрился, сохранить непринуждённый вид под прицелом трёх автоматов, особенно когда они в руках дилетантов, ему было очень непросто. Полковник это ясно увидел по нервно подрагивающим пальцам.

— Ну, что ты хотел нам предложить, Рустем? — незаинтересованным тоном, словно нехотя, спросил Поспелов.

Долго растекаться мыслью по древу мужчина не стал, сразу перейдя к делу.

— Короче, полковник, есть одна темка. Один мой человечек, ещё когда весь пиздец только начинался, работал на одного очень богатого дядю. Ну так вот, этот дядя на Очаково откупил хренову тучу складов, а потом несколько месяцев забивал их продуктами. Смекаешь? Там жрачки всей Москве на год хватит!

Поспелов нахмурился.

— Думаешь, их ещё не разграбили?

— Ха! Там такая охрана! У презика хуже.

— Короче, нам нужны твои кексы с калашами и этот отбитый «супер».

Несмотря на то что Поспелов понимал, что без этих складов им не выжить, соглашаться на авантюру Рустема он не торопился.

— Раз там такая серьёзная охрана, то и склады принадлежат серьёзным людям.

Рустем заколебался: уж очень ему хотелось получить такого мощного союзника, как Поспелов, но в то же время он понимал, что тот ему не доверяет. Поэтому скрывать информацию, которую полковник может узнать где‑нибудь ещё, было глупо.

— Да, эти склады — одного козырного ферзя. Он в центре пару кварталов под себя взял с гостиницей. Там его даже вояки стороной обходят. Местные его ещё Оружейником кличут — уж больно у его стволов до хрена, поговаривают, может достать что угодно.

— Погоди! Ты сейчас про Иванова?! — встревожился полковник.

— Да я в душе не ебу, как этого козла зовут.

— Это очень опасный человек! С ним лучше не связываться.

Всё напускное веселье со смуглого лица Рустема исчезло как по волшебству, оставив усталость и отчаяние.

— Я знаю, полковник, и побольше твоего. Мы уже пробовали захватить