Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

class="p1">Результат, вне всякого сомнения, ужаснет и тебя: эти Темниковы возжаждали выяснить, что ты из себя представляешь, и уже подняли все свои связи. В общем, бойся! А если серьезно, то их реакция на «самый обычный вопрос» настолько вывела Дашу из себя, что она свалила из дому, вырубила комм и ушла в тину. Задурить — не задурит: в худшем случае заглянет в спортклуб «Олимпиец» на Третьяковке, в котором срывают плохое настроение другие такие же отморозки, набьет пару-тройку морд и успокоится. А потом наверняка захочет вкусно поесть. Но я, увы, на курсах и освобожусь не раньше девяти вечера, а друзей и подруг у Даши раз два и обчелся. В общем, если вдруг она постучится к тебе, то не отталкивай, ладно? Заранее большое спасибо за понимание. Вечером наберу обязательно. Пока-пока…'

В то, что Даша может срывать плохое настроение на других любителях подраться, я поверил с полпинка. А в то, что захочет «постучаться» ко мне — нет. Ибо был уверен, что энтузиазм ее родственниц автоматически уничтожит всякое желание даже вспоминать обо мне. Как выяснилось эдак через полчаса, я просто слишком плохо знал эту личность: Темникова позвонила, совершенно спокойным голосом пожелала мне доброго вечера и задвинула убийственный монолог:

— Тор, я считаю должным предупредить, что ненароком вызвала к тебе крайне нездоровый интерес моих родичей. Связей у них намного больше, чем хотелось бы, поэтому будь готов ко всему на свете, начиная от недовольства своего начальства и заканчивая звонками с требованиями немедленно явиться в наше поместье. На этом все. Извини, если от чего-нибудь отвле— …

— Даш, тормози! — воскликнул я, почувствовав, что она вот-вот сбросит вызов и снова «уйдет в тину». — Что у тебя с настроением?

— Я в бешенстве… — так же спокойно ответила она.

— Ко мне претензии есть?

— А к тебе-то с чего? Это я виновата…

— Тогда слушай внимательно: я последний раз ел вчера вечером, изрядно одурел от очередных ценных указаний непосредственного начальства и жажду хоть немного отвлечься… на что-нибудь вкусное и сытное. Далее, могу… и собираюсь выключить комм. После того, как дорвусь до еды. И точно знаю, что Матвей — на тренировке, Оля с Машей — на дежурстве, Рита — на курсах, а Настя возится с новорожденной племянницей. Дальше объяснять, или как?

— Ужинать в моей компании — дело неблагодарное… — предупредила она. — Согласиться на трапезу в отдельном кабинете только с тобой я не смогу, так как потеряю лицо. А в общем зале нас гарантированно задолбают мои… хм… знакомые.

— Решаемо… — уверенно заявил я, мысленно заменив слово «знакомые» на «фанаты». И объяснил, как именно: — Ты выбираешь ресторан и сообщаешь, где тебя подобрать. А я выделяю морф-маску из своих запасов…

— Так, стоп: морф-маска — это спецсредство, а я — гражданское лицо! — напомнила она.

— Так и есть! — ухмыльнулся я, вспомнил совет Цесаревича и добавил: — Но к разносам мне не привыкать…

Глава 23

25 ноября 2469 по ЕГК.

…Я загнал «Волну» в летный ангар салона красоты «Идеал», оглядел флаера-«пудреницы», обнаружившиеся в поле зрения, и почувствовал себя не в своей тарелке: в подобные места меня еще не заносило. Тормозить, конечно же, не стал — заглушил движки, выбрался из салона, закрыл машину и уверенно двинулся к лифтовому холлу. А от силы через минуту, наконец, сообразил, чем руководствовалась Даша, назначая встречу на первом этаже этого заведения — молоденькая «светская львица», дожидавшаяся чьего-то приезда, посмотрела на меня сверху вниз, сочла не стоящим ЕЕ Внимания и даже сделала два шага в сторону. Видимо, чтобы ненароком не вдохнуть тот же воздух, что и столь низменное создание, как я.

«Ей наверняка нет дела ни до войны, ни до боев без правил, а фанатеть она может разве что от самой себя…» — мысленно хохотнул я, выпуская из кабинки еще одну такую же аристократку, затем шагнул в лифт и затаил дыхание. Ибо дышать шлейфом духов убийственной концентрации не получилось.

Пока обретался в продвинутом варианте газовой камеры, представлял реакцию этой парочки на спортивные заслуги Темниковой и мысленно угорал. А после того, как вышел в фойе, больше похожее на будуар, и оказался в перекрестии взглядов нескольких молодящихся красоток, ощутил себя куском свежего мяса, брошенного в клетку с голодными тиграми. Но все обошлось — буквально через пару мгновений дверь, ведущая на улицу, сдвинулась в стену, и рука Дарьи поманила меня к себе. Вот я и ускорился. Самую малость — чтобы не потерять лицо. И очень быстро оказался под открытым небом, успевшим и потемнеть, и вызвездиться. Пялиться на орбитальную крепость, часть которой была видна между небоскребами, естественно, не стал — оглядел Темникову с головы до ног, сделал более-менее оригинальный комплимент и… был послан лесом:

— Не смеши: я сбежала из дому, набросив первое, что попалось под руку!

— А разве я восхитился твоей одеждой или макияжем? — парировал я, отставил в сторону локоть, подождал, пока девушка на него обопрется, и повел ее куда глаза глядят. Ибо по Новомосковску пешком еще не шарахался.

— Хм… Нет… И это, пожалуй, радует… — с небольшими паузами между фразами заявила она, а потом сменила тему на более актуальную: — Я не хочу, чтобы тебе досталось из-за меня. Поэтому и пригласила пройтись по кварталу высокой моды, в котором такие клуши, как я, ощущаются серыми мышками, по улицам никто не ходит, а парки разбиты для антуража, а не для прогулок.

— Я уже догадался… — ухмыльнулся я. — В тот момент, когда заметил, как на меня посмотрела клиентка «Идеала».

Девчонка презрительно фыркнула и явно кого-то процитировала:

— «Милы-ый, я уже надевала это пла-атье. Ты ведь не хочешь, чтобы меня сочли побирушкой?»

— А ты, небось, таскаешь эту куртку пару лет и нисколько из-за этого не страдаешь? — с улыбкой спросил я.

Даша кивнула, заявила, что я не ошибся даже с временным промежутком и посерьезнела:

— Бог с ними, с этими самовлюбленными курицами. Я хотела объяснить, чем и почему тебя подставила. Дело в том, что я с детства на дух не выношу маменькиных сынков. А в шестнадцать лет поломала мальчика, которого моя бабушка прочила мне в женихи, и заявила ей, что ни за что на свете не выйду замуж за парня слабее меня. Это утверждение поставило на