"Фантастика 2026-103". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Олегович Баженов

где стайками собирались весёлые девчонки, готовые, судя по лёгким платьицам и блестящим глазам, на многое… Там он просидел несколько часов, вяло придумывая бесконечные объяснения, почему он не может потанцевать с одной, не хочет перекинуться словечком с другой… В конце концов его разочарованно оставили в покое.

Ни одна из девушек – пышных, стройных, весёлых, задумчивых – не была Омилией.

Голос разума твердил, что нужно время, чтобы смириться с разрывом… голос сердца – что он никогда не сможет забыть её.

До сих пор он не бывал влюблён по-настоящему и теперь не знал, что делать, куда деваться от этой боли, навязчивой и непроходящей, как зубная.

В своих мечтах он врывался в дворцовый парк, преодолевая сотни препонов и опасностей и вырывал Омилию из рук Химмельнов. Она падала в его объятья, лепетала, что передумала – и садилась вместе с ним на паритель, летевший в Рамаш, Авденалию, Рагадку…

В этих смелых фантазиях, которым раньше, ещё не потеряв её, он даже наедине с собой стыдился отдаться полностью, было возможно всё – поэтому Омилия Химмельн становилась его женой, спутницей, соратницей, любовницей… После этих горячечных выдумок, похожих на сны, ему было только хуже.

– Что, поссорился со своей девчонкой? – спросила Лудела с неприятной проницательностью, и он застонал, уронив лоб на руки.

– Просто расскажи, как дела, Лу. Мне и так тошно.

– Значит, поссорился, – заключила Лу беспощадно, а потом он почувствовал, как её пальцы ласково перебирают его волосы. – Не вешай нос, красавчик из Ильмора. Она к тебе вернётся.

– Не вернётся.

– Да ладно тебе. Ты себя в зеркале видел? Ну, не сейчас… сейчас, по правде сказать, выглядишь неважно.

– Это не поможет. Я всё испортил. Я дурак.

– Повтори это, пожалуйста, ещё разок. Тебе не трудно – а мне приятно слышать.

Ульм не выдержал – улыбнулся.

– Ты ведь позвала меня, не чтобы ободрять шуточками, так, красавица из Химмельборга?

– Увы, нет. Но новости хорошие. – Она достала из сумки и подтолкнула к Унельму пухлый конверт. – Вот. Здесь результаты моей… независимой экспертизы. Разумеется, она должна остаться анонимной – и я не шучу. Мне кажется, твой наставник и сам не захочет шума поднимать… всё подтвердилось, Улли. В организме Рорри Курта столько дряни из Стужи, сколько быть никак не могло. Он должен был взаимодействовать с ненейтрализованными препаратами, причём не раз.

– Значит, я был прав, – выдохнул Ульм. – И, значит, Рорри…

«Не только Рорри. Магнус. Каким-то неведомым, невообразимым образом… Магнус».

Но об этом с Луделой говорить не следовало.

– Спасибо, Лу. Я этого не забуду.

– Не сомневаюсь, – фыркнула Лудела. – Но не переживай. Если всё же забудешь – я сразу напомню.

* * *

Олке долго молчал, изучив содержимое конверта, а потом молча закрыл двери в свой кабинет – и это при том, что, кроме Вэла и Мем, их некому было подслушивать.

– Что ж, Гарт… рассказывай. С самого начала. И не стесняйся повторить то, что я уже слышал.

Они сидели бок о бок, пока не замигали валовые лампы, и только тогда Олке потёр переносицу и сказал:

– Подытожим. Убийца – Рорри Курт, но сейчас у нас нет доказательств, кроме повышенного воздействия ненейтрализованных препаратов на состав его крови… и загадочной смерти сразу после того, как Эрик Стром был арестован… Замечу, «неправильной» смерти. Здесь нам приходится верить тебе на слово, потому что Вирна не нашла в ней ничего подозрительного. Всё это по-прежнему не объясняет Эрика Строма над телом последней жертвы и того, как, Мир и Душа, этот твой Магнус мог провернуть что-то подобное?!

– Я не знаю, – пробормотал Унельм. – Звучит безумно, но всё выглядит так, как будто он… каким-то образом воздействовал на Рорри. Может быть, шантажировал?

Олке приподнял брови, но промолчал, и Унельм продолжил.

– Рорри и без того имел мотив, не так ли? Магнус мог убедить его пойти на убийство… А потом, например, вынуждал его продолжать убивать…

– Грозя разоблачением?

– Вроде того. А потом, когда он подставил Эрика Строма, Рорри стал ему не нужен, и вот тут… – Унельм запнулся.

– Не сходится, Гарт. Ты и сам это видишь. Судя по тому, что ты говоришь… судя по всему, что мы знаем, объяснение лежит в плоскости, где одним только разумом не обойтись.

Ближайший к ним валовый светильник дрогнул и погас – Унельм поёжился. В комнате будто стало ощутимо холоднее.

– Что вы имеете в виду?

– Ты и сам знаешь, не так ли? – Олке вздохнул. – «Неправильные» смерти. Технологии этого твоего Магнуса… То, что убийства совершались с таким искусством, какого явно не приходится ждать от несчастного мальчика. Я ещё мог поверить в то, что Эрик Стром, с его способностями и опытом, совершал убийства, не оставляя следов, водя нас за нос, ускользая… Но парень-первогодок, судя по отзывам наставников, ничем не примечательный? Невозможно. Кроме того… ты ведь помнишь, что сказала Вирна. Он сам завязал тот узел, сам спрыгнул… в крайне удобное для Магнуса время. Если Магнус и вправду руководил его действиями… а пока выглядит очень похоже на то… он должен был использовать что-то посильнее простого шантажа. Каким-то образом он влез парню в голову… Хозяйничал там, пока ему было нужно… А потом избавился от бедолаги за ненадобностью.

– Вы и в самом деле в это ве…

– Более того. – Когда наставник увлекался, остановить его было невозможно. – Это объясняет, как Стром мог оказаться там, над телом Аллеми.

– Магнус и ему влез в голову? – Унельм нахмурился. – Почему тогда он не заставил Строма совершать все эти убийства? Зачем нужен был Рорри?

– Кто знает. Возможно, Эрик Стром не поддаётся воздействию так просто, как неопытный мальчик. Возможно, дело в том, что у Курта, как ты сказал, и в самом деле был мотив… и его проще было вынудить встать на путь преступления.

– Я не думал, что вы верите в такие… штуки.

– «Штуки»? – Олке приподнял бровь. – Гарт, в юности мне посчастливилось побывать в Вуан-Фо, Авденалии. Я видел людей, которые могли призвать ветер, создать хлеб из ничего, разговорить мёртвого… Впрочем, этим последним, тебя точно не удивишь. В мире куда больше невероятного, чем принято считать. И это приходится учитывать – если хочешь быть хорошим сыщиком.

– Это мне, кажется, больше не светит, – пробормотал Унельм. – Я не знаю, как О… в смысле, я не знаю, почему они решили, что Стром может быть невиновен, но теперь, когда они точно убедятся, что я ошибся… – он осёкся. – И Магнус узнает, что…

– Не говори глупостей, Гарт, – небрежно бросил Олке. – Магнус ничего не узнает. Если мы