"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

— Я даже не знаю, как реагировать на такое вопиющее неуважение, — проревел небожитель. — Сразу испепелить тебя или же дать шанс перед смертью показать, из какого теста ты слеплен?

Видно, из-за разницы магической природы между демонами из христианства и богами из синтоизма, он не понимал, что в теле этого паренька жили целых две личности. И на самом деле думал сейчас, что его враг просто издевается над ним.

Я снова взял управление на себя, и резко встал, заставив своего противника усмехнуться:

— Вижу, ты всё-таки решил продлить агонию. Славно. Мне будет забавно поиграть с тобой.

Только сейчас я осознал, что потерял всю сверхсилу и сверхвыносливость демона, после того, как он исчез. Этот трусливый гад сбежал, оставив меня одного разбираться со всеми проблемами! Видимо понял, что может навсегда погибнуть в схватке с Райдзином. Теперь же мне одному предстояло выяснить, умру ли я вместе с этим ни в чём не повинным парнем, которого выбрали сосудом для демона, или же останусь бесплотным призраком с грузом вины на плечах от его смерти.

«В бою силёнок не хватает — стань хитрым, как лиса. А если и этого нет, то сражайся, как в последний раз. Как загнанная крыса!» — Дедушка ©

Мудрые мысли моего деда как нельзя кстати выплыли из памяти. Стоит попробовать задействовать на максимум свою харизму и убеждение, а так же великолепную актёрскую игру, которую я раз за разом шлифовал, часто попадая в смертельную опасность.

— О, великий и могучий, — преклонив колени и опустив голову, сказал я в отчаянной попытке выторговать себе драгоценные минуты жизни. — Я счастлив видеть тебя, снизошедшего с небес в наш бренный мир, и всецело готов служить тебе. Прости раба твоего, ибо не по своей воле я стал сосудом для скверны демона. Но сейчас он просто сбежал от страха быть раздавленным твоей великой силой! Смилуйся, о, владыка грома, над моей жалкой жизнью, чтобы я весь её остаток восхвалял тебя молитвами и подношениями!

И ведь правда, такими темпами я могу поступить в театральное училище по завету Стигматы!

— И ради этого ничтожества ты потревожил мой покой? А, Ясуо⁈

Неожиданно из головы демона отпочковалась другая, человеческая, принадлежащая главе Ордена:

— Он лжёт! Этот парень выпускал демонов на нашу землю, а потом заключил с ними союз ради осквернения твоего храма в этом месте! Мы должны покарать его за это!

Райдзин только хмыкнул, когда голова Ясуо снова слилась с его:

— В любом случае, я не намерен уходить, не забрав чью-то жизнь. Да будет так.

Дело плохо. Мне удалось выгадать себе лишь пару минут, и оставшиеся три придётся биться с этим амбалом-барабанщиком. И то, если Барбатос не солгал.

— Ты! — указал он на меня пальцем с длинным когтем. — Можешь нанести первый удар. Я хочу посмотреть на это.

Я вздрогнул, не ожидая такого предложения.

— Или сейчас в тебя ударит молния, мгновенно обратив в пепел. Не испытывай моё терпение, смертный. Начинай!

Ситуация патовая. У меня не было никакого желания воевать против богов, которым я каждодневно молился, в надежде спасти свою жизнь во время всех перипетий, которые мне довелось пройти. Тем более, в свете последних событий, я уже начал верить, что дар владения мечом внедрил в меня один из синтоистских богов, наблюдавших с неба за моими страданиями. И я не мог использовать этот дар против одного из них! Это святотатство!

— Ну же! Нападай! — всё не унимался Райдзин, размахивая своими дубинами.

— Я не могу этого сделать, мой владыка, — покорно произнёс я. — И для этого есть как минимум несколько причин.

— Назови хотя бы одну, чтобы я не сжёг тебя сию минуту!

Ощущая дрожь во всём теле, я глубоко вздохнул и начал говорить свою импровизированную речь:

— Первая причина — я чту богов, которым издревле поклонялись мои предки на японских островах, и не имею права посрамить их память. Вторая причина — как я могу помыслить даже о том, чтобы встать рядом с великим Райдзином, не то что поднять эти бесполезные железяки против тебя, мой господин? — сказал я, кивнув на мечи на полу.

— И наконец, третья причина — я сражался с демоном, чтобы спасти свою любимую. И боги улыбнулись мне, дав возможность управляться с мечом, словно я всегда был великим самураем. Благодаря их вере в меня, я сейчас стою перед тобой. И я никогда не воспользуюсь даром богов против одного из них!

Во рту пересохло. Впервые со дня последних деловых переговоров я выдал такую длинную речь, испытывая внутри всепоглощающий трепет и ужас. И сейчас мне горозила не потеря премии, а самой жизни. Может даже не моей, но жизни того человека, в котором моё сознание нашло свой приют. Я не имел морального права решать его судьбу. Только боги вольны делать это.

Поэтому мне оставалось безропотно ждать его решения, в надежде на то, что моя проникновенная речь тронула яростное сердце небожителя.

— Мне стало ещё интереснее, смертный. Кто же это из моих братьев и сестёр одарил тебя своим благословением? Откуда такая щедрость? Н-да… Наверное, мне не стоит давить тебя, как муху…

Я с облегчением вздохнул. Неужели получилось? Моя искренность возымела эффект? Правда?

— … лучше я изучу тебя и препарирую, как насекомое, — с хитрецой в огненных глазах, произнёс он. — Что в тебе такого, что заинтересовало их? Может быть, мне это будет полезно?

Расплывшись в довольной ухмылке, громобог за несколько гигантских шагов преодолел разделявшее нас расстояние, и схватил меня за шкирку, как какого-нибудь нашкодившего мальчишку.

Ощущая сокровенный ужас, я поднимался выше и выше по велению его крепких рук, пока мои глаза не встретились с его глазами.

— Может быть «это» сокрыто внутри твоего тела?

Он бесцеремонно подёргал меня за руки и ноги, как игрушку.

— А-а! — вскрикнул я, когда во мне что-то хрустнуло.

— Или это спрятано в твоей душе?

Он бросил меня на пол, как надоевшую куклу. Я больно ударился о мраморный пол, с сожалением понимая, что это конец. Всё тело ломило, а голову застилал туман боли, граничащей с потерей сознания. Но это было ещё не всё…

Райдзин присел на корточки рядом со мной и схватился за мою голову! Его лапища раскрыли мой рот, а пронзительные светящиеся глаза устремил свой взор внутрь. Так прошло несколько секунд, пока он пытался что-то разглядеть в моей гортани. Наконец, пытка