Сохрани. Уничтожь - Мария Хронос

— Я… Я беспокоюсь о тебе, Киран. Если все это не просто паранойя… Если он и в самом деле тот… Знаешь, его предыдущий подопечный погиб. Через день после того, как ты подал заявление.

Киран промолчал, наблюдая, как Крис тихонько ворочается во сне. Прижал телефон плечом, освобождая руку, и подтянул одеяло, накидывая на её плечо.

— На месте сработал маячок, и официально это несчастный случай. Неудачно отражённый крос. Но… Я уже не знаю, верить ли в такие совпадения, — Эйла тяжело вздохнула. — Киран? Ты еще здесь?

— М-ммм.

— Я боюсь… Мне кажется, ты в опасности.

— Я всегда в опасности, Эл, — отозвался Киран. — Это моя работа.

Она помолчала, прежде чем снова щёлкнуть ручкой и сказать:

— Удачи, Кин.

Киран ничего не ответил. Связь разорвалась.

Он сунул телефон под подушку, заблокировав, и торопливо заполз под одеяло к Крис. Прижал ее крепче к себе, облегчённо выдыхая от своей тихой и странной радости. Она все ещё не проснулась. Он все ещё может понежиться вот так, обнимая её, делая вид, что мир за границами этой комнаты просто не существует. Ни Эйла, ни Ярсег, ни Рэд, ни СКБН и полиция — ничего не волновало, ничто не казалось важным, пока Крис была здесь. Тёплая, сонная и живая.

От чувства, захватившего сердце, стало почти что больно. Киран нежно провел ладонью по животу Крис и утонул носом в ее волосах.

День был в самом разгаре. В их графике по расписанию была тренировка. Киран сам выставил её накануне.

Да. Тренировка в обнимку в его постели.

Лучшая тренировка на свете.

***

Крис проснулась, с трудом соображая, где находится. Комната будто была её, но пахло здесь по-особенному. Теплым деревом. Апельсином. Горьковатым, немного терпким, не находящим названия запахом.

И теплом.

Его теплом.

Крис развернулась в объятиях Кирана. Сонное сознание по кусочкам собирало минувшую ночь. Его всплеск. Его боль. Ванная. Его обнаженное тело и шрам на плече.

Она осторожно провела пальцами по его щеке, убирая упавшие на лицо пряди. Ресницы Кирана тихо дрогнули, но глаза не открылись.

Он спал.

Такой беззащитный, такой невинный во сне! Крис не отнимала руки, не в силах перестать касаться его. Медленно провела вниз по щеке, коснулась подбородка, чуть колкого от пробивающейся щетины. Палец поднялся и замер в каком-то миллиметре от его губ. Проснется? Почувствует? Конечно, почувствует. Крис задержала дыхание, двигаясь ближе. Киран сонно заворочался, сжимая руку на ее спине, притягивая Крис к себе — властно, как будто всегда имел на это право. И Крис уткнулась в его шею, сбивчиво дыша от нахлынувшего жара, чувствуя, как пульсирует кожа, как внизу живота становится влажно и горячо. Киран дышал ровно и глубоко. Её нечаянные движения не могли потревожить его сна.

Наоборот. С ней он был спокоен.

Крис улыбнулась, с торжеством признавая это открытие. Она не знала, почему такой силой обладает для него, не знала, в чем именно таится этот секрет — но отчётливо видела связь. Её объятия заставляли его забыть обо всём. Что бы с ним ни происходило, она могла его успокоить.

И что бы ни говорил Киран, как бы ни кусался, как бы не пытался вывернуть все наизнанку — его действия шли вразрез с любыми его колкостями. Его тело говорило красноречивее его похабного языка. Оно говорило о нежности.

Говорило так честно, что Крис хотелось общаться с ним только на этом немом языке.

Где-то под подушкой завибрировало, и Крис, вздрогнув, приподнялась на локте. Чуть отодвинулась от Кирана, вытащила его телефон и с недоумением уставилась на экран.

Номер неизвестен.

Три новых сообщения, но без разблокировки Крис могла прочитать только последнее, что высвечивалось в шторке уведомлений.

15:22

Пиши на этот номер, ладно? Его больше никто не знает. Это только для нас двоих.

Крис замерла. Дыхание сперло. Сердце застучало в ушах, но теперь этот стук был вовсе не радостным. Ей не пришлось гадать, кто был отправителем: Киран рассказал, что недавно уничтожил личный телефон Эйлы. Конечно же, теперь она завела новый.

Только для нас двоих.

Киран зашевелился, зажмурился, поднял руку, чтобы протереть глаза — и Крис воспользовалась этой секундой, чтобы быстро спрятать телефон обратно под подушку.

— Доброе утро, — хрипло пробормотал он и улыбнулся. — Инри.

— Мы проспали, — дрожащим голосом ответила Крис. — Вставай.

— Мммммф. По графику только тренировка, Крис, — он потянул ее за край пижамы, вынуждая снова упасть на подушки рядом с ним. — Я устанавливаю правила, забыла? Сегодня тренировка прямо здесь.

— Иди к черту! — вспылила она, гневно скидывая с себя его руку, которая уже было обвила её талию.

Киран недоуменно заморгал, приподнимаясь на локтях. Её реакция живо вывела его из сонного, блаженного полузабытья.

— Да что с тобой? — он нахмурился, наблюдая за тем, как Крис поднимается с кровати и яростно стаскивает подушку.

— Вторая тоже моя, — процедила она. — Отдавай.

Киран не шелохнулся. Только приподнял бровь, выжидая объяснений.

— Я что-то сделал? Я… Крис, я что-то сделал во сне?

Крис злобно дернула подушку из-под его локтя.

— Крис?

— Ничего ты не сделал! — дернула ещё раз, с такой силой и отчаянием, что Кирану все же пришлось отступить, чтобы подушка не порвалась — ткань слишком жалобно скрипела под ее напором.

— Так какого черта происходит?!

— Никакого черта! — она сжала трясущиеся руки, обнимая подушки. — Про субординацию что-нибудь слышал? Тренировки в постели!

— Да я же пошутил, святые, — Киран нервно рассмеялся, словно все ещё не верил в происходящее. — Крис, я не собирался…

— Достали твои намеки, — Крис попятилась, чувствуя, как все лицо заливается краской. — Достало твое лицемерие! Достало твое… Иди к черту, Кин, ясно? Просто иди к черту!

Она понеслась к двери. Слышала, как он зовёт её, как причитает, возмущаясь: “Если бы хотел нарушить субординацию, ты бы проснулась с моим языком между ног”. Но к счастью, он не поднялся с кровати. Не побежал, чтобы ее остановить. Крис вылетела в коридор, и, войдя в свою комнату, прислонилась к двери и уткнулась лицом в подушки, душа подступающие к горлу рыдания.

Все его отговорки не имели значения. Потому что он оправдывался вовсе не в том, в чем она на самом деле хотела бы его обвинить.

Только для нас