Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

тонкий, как от чешского стекла, когда потрешь его. Затем звон нарастает, становится беспокойным, точно набат. А в конце он настолько невыносим, что лопаются барабанные перепонки. И вот тут-то все стихает. Но почему-то тишина напоминает о затишье перед бурей, и от этого холодеет между лопатками.

Вздыбливается новая волна, состоящая из дерна, хвои, мха. Она наваливается на Ладу и Морену и утаскивает за собой. Девушек тащит по земле, песок набивается в глаза, нос и уши, лезет в рот. Лада пытается закричать, но не может – ее парализовало. Кажется, сам мир решил избавиться от нее и стереть даже воспоминания. А потом наступает черное нечто.

Глава 8

Слои реальности

Лада открыла глаза: вокруг разлился туман. Сквозь него виднелось небо, похожее на серый войлок, и смутные силуэты деревьев. Лада повернула голову: рядом лежала Морена. Ее глаза были закрыты, грудь поднималась и опускалась со свистом – жива. Лада с трудом села, на что голова тотчас же отозвалась болью, перед глазами поплыло. Лада оперлась на руки, чтобы не завалиться. Перед глазами туман, никак не сосредоточиться… Лада никак не могла понять: где они находятся с Мореной? И где все остальные? Воспоминания ускользали, точно песок между пальцев.

Морена что-то хрипло пробормотала. Лада встала на четвереньки и склонилась над ней. Под глазами богини залегли тени, нос обострился, лоб покрылся испариной – Морена больше походила на призрак, чем на живого человека. Лада слегка потрясла ее, темная богиня никак не отреагировала. Лада отняла руку и уставилась на пальцы: они были в чем-то красном. Лада непонимающе посмотрела на Морену: так и есть, на плече той темнело пятно – кровь. Видимо, темная богиня получила ранение. Но где и когда? Если бы вспомнить…

Лада принялась массировать виски, боль немного отступила. В это время Морена зашевелилась и прошептала: «Пить». Лада потянулась к рюкзаку: где-то валялась фляжка. Она открутила крышку и осторожно приподняла голову Морены, та сделала два глотка.

– Ты меня слышишь? – спросила Лада.

Темная богиня моргнула.

– Мы с тобой где-то находимся, но я не пойму, где именно и как мы сюда попали. Да и ребят не видно. Ты не помнишь?

Морена качнула головой: нет.

– У тебя рана на плече, надо перевязать.

Морена пошевелила рукой, Лада поняла, что она указывает на свой мешок.

Лада порылась: о-о-о, у Морены тут целая аптечка. Бинты, пластырь, какие-то пузырьки.

– Надо полить рану из склянки?

Морена моргнула.

– Из какой? Желтой, синей…

Темная богиня слегка кивнула. Лада осторожно освободила ее плечо, хорошо, что платье не прилипло – рана совсем свежая. И глубокая. Ох, неужели придется снова ее сшивать? После случая с Хладом Лада надеялась, что подобное не повторится. И какая же Лада дура, что не взяла с собой запас мертвой воды, сейчас бы пригодилась. Но придется обойтись тем, что есть. Она оторвала кусок бинта, смочила водой и вытерла кожу вокруг раны. Та выглядела воспаленной: по краям разлилась краснота.

– Сейчас полью, – на всякий случай предупредила Лада: вдруг сильно щипать будет.

Но Морена вытерпела, даже не пикнула. Кровь перестала течь, кожа порозовела. Лада осторожно перебинтовала плечо.

Затем Лада приподняла ее, подсунув под спину рюкзак, Морена открыла глаза.

– Как же фигово, – язык у темной богини заплетался.

– Угу, – Ладе самой речь давалась с трудом. – Такое ощущение, что под каток попали.

– Там красный пузырек должен быть, – попросила Морена.

Она капнула темную, по запаху похожую на травяной бальзам, жидкость себе на ладонь и слизнула. Затем протянула Ладе:

– Одну каплю, не переборщи.

В голове шуметь прекратило, а перед глазами прояснилось.

– Легче?

– Угу.

Только понятней, где они и как здесь очутились, не стало.

– Будем рассуждать логично… логически, – Лада попыталась вспомнить, как правильнее, но от напряжения вновь заныли виски, поэтому она плюнула на это. – У тебя рана, значит, лихоманка зацепила серпом. Так?

– Похоже.

– Значит, мы сражались с ними перед тем, как попасть сюда.

– Ну да.

А дальше глухая стена, и от Морены толка никакого.

Лада сделала глоток из фляжки. Сейчас бы перекусить, но скатерть-самобранка осталась у Яровита, а тот неизвестно где.

– Слушай, а расскажи мне про лихоманок.

– Их двенадцать сестер, – начала Морена.

– Двенадцать? Мне показалось, что больше.

Морена пожала плечами:

– Может, Мара новых вывела, она способна. Посмотри в моем мешке, там печенье и шоколадка, я на всякий случай взяла, – безо всякого перехода сказала она.

Лада обрадовалась: хоть кто-то из них оказался запасливым.

Она залезла в боковой карман, там обнаружились две пачки галет и плитка темного шоколада.

– Живем! – Морена вскрыла упаковку и взяла несколько печений.

Лишь прожевав, она продолжила:

– Их создал Чернобог. Взял болотную жижу, грязь и репейник, смешал и вылепил трясовиц.

– А для чего он их создал?

– В качестве помощниц Мары, чтобы насылали болезни на людей. Кто лихорадку, кто корчи, кто грудную жабу… Ну а сейчас болезней прибавилось, вот и лихоманок уже не двенадцать.

– Это понятно. А для чего им надо, чтобы люди болели?

Морена достала еще несколько галет:

– Может, не будем сейчас об этом? У меня головная боль только-только прошла.

– Нет, я догадываюсь: войны делают сильнее Чернобога, болезни – Мару. Но людям же от этого плохо.

– А они считают, что болезни выбраковывают самых хилых, войны – тех, кто слаб, как народ. Делают благое дело. Давай не будем об этом! – Морена повысила голос, и Лада опомнилась: Мара все же ее мать. Наверное, Морене неприятно говорить об этом.

Но как же у темно-богов все вывернуто наизнанку: мол, войны, болезни и смерть – это хорошо для людей, останутся самые сильные. А что будет с умными, талантливыми, добрыми? Разве это не важнее силы? Лада представила Спарту: могучие люди, что мужчины, что женщины. Детей с физическими недостатками там сразу со скалы сбрасывали, а в семь лет мальчиков отправляли в лагеря, где учили выживанию. Не справившихся ждало одно – смерть. И да, спартанцы считались лучшими воинами, но это им не помогло, когда другие научились убивать их на расстоянии – копьем, стрелами, метательными машинами.

Лада вздохнула: если вспомнить историю, то очень много смертей – люди гибли от эпидемий, войн, всяких катаклизмов типа извержения вулкана или наводнения. Интересно, было ли хоть когда-то такое время, которое можно назвать золотым веком? Чтобы люди жили без опаски, занимались любимым делом, встречались с друзьями – ну вот как она до всей этой истории? Эх, если бы вернуть все назад… Не нужна ей божественность, и от Диви