"Фантастика 2026-75". Компиляция. Книги 1-24 - Валерий Кобозев

Глава 8

Акко и Нертомарос мрачно молчали, покачиваясь на спинах коней. Самая удобная дорога из Массилии на север идет вдоль реки Рона, через земли сегусиавов, небольшого племени, дружественного эдуям. Еще одна дорога, чуть более длинная, пролегает по владениям аллоброгов, которые больше тяготеют к арвернам. Собственно, сегусиавы и живут прямо между этими двумя племенами. И вроде бы тот путь, что выбрал купец-караванщик, верен, но на душе у всех неспокойно. Не за горами большая война. Причем в прямом смысле не за горами. Арверны живут там. Вся их страна — это высоченные склоны, поросшие лесом, и небольшие долины, которыми владеют рода знатных всадников. И они уже давно точат зуб на роскошные земли эдуев, цветущие, как сады Элизия(1).

Небольшие деревушки сегусиавов точно такие же, как и везде в Кельтике, от Дуная до Британии. И у знати, и простых клейтов они построены одинаково, различаются лишь размером. Деревянные столбы вкапывают в землю, оплетают ветками и обмазывают глиной, смешанной с навозом. Вверх поднимаются высоченные соломенные крыши, достающие свесами почти до самой земли. Так теплее. Внутри — земляной пол, скамьи и лежанки, стоящие у стен. В центре — сложенный из камней очаг, дым которого уходит в дыру под крышей, раскрашивая стропила несмываемыми узорами из сажи. Оттуда, из самой выси, сажу не достать нипочем, и она растет вольно, как борода знатного всадника. Ее не тронет никто, пока дом не сгниет. Или не сгорит, прямо как сейчас…

— Огонь! — страшно заорали впереди, и парни в расстройстве сплюнули на землю. Под набег попали, не иначе. Прямо на их пути небо полыхает багровым заревом. Прямо там, где они рассчитывали заночевать.

— Дротики есть? — Нерт встряхнул купца за грудки, приподняв его как ребенка.

Тот кивнул и показал за спину. Всадников в обозе было всего два, и оба — бывшие школяры. Нертомарос схватил дюжину тонких копий и пошел к коню. Там Акко уже надел короткую кольчугу.

— Давай! — протянул он руку, и товарищ отдал ему половину. — Тут пешая стража, толку от нее немного. Им бы самим отбиться.

— Ладно, — оскалился Нертомарос, который уже напялил куртку из воловьей кожи. — Погоняем босяков. Там ведь дыра дырой. Кто туда войско пошлет.

— Посмотрим сначала, — Акко отличался разумным отношением к жизни. Он повернулся к купцу и прокричал. — Эй, почтенный! Ты караван кругом ставь пока. А мы посмотрим, что там и как.

— Серапис, спаси вас, добрые господа, — обрадовался купец, который, хоть и был мужиком тертым, биться с больными на голову кельтами не хотел.

— Давай как прошлым летом? У сенонов? — Нертомарос мечтательно улыбнулся.

— Ага, — ответил Акко и тронул пятками коня. — Только я тебя прошу, брат, не лезь в гущу, как дурак. То есть, не делай того, что ты всегда делаешь. Я твою тушу один не утащу. Сначала смотрим. Запомнил, медведь?

Они тронули пятками коней и поднялись на пригорок, за которым и располагалась деревушка союзников, полыхавшая жарким огнем. Пламя, жадно пожиравшее соломенные кровли и стены из прутьев, ярким факелом било в закатное небо, а вокруг бегали люди, перекрикиваясь веселыми голосами.

— Босяки-клейты грабить пришли! — обрадовался Нерт и пришпорил коня.

— Х-ха! — крикнул Акко и пустил дротик в полет.

Воин, который только что тащил за повод чужую корову, взмахнул руками и упал навзничь. Их заметили, и грабители начали собираться в кучу, ощетинившись копьями. Их три десятка, луков у них было два, и пока они строились, потеряли еще двоих, поймавших жало спиной.

— Уходим, — процедил Акко, который достал мечом какого-то парнишку, который уж слишком увлекся женскими прелестями. Он не успел завязать штаны, да так и умер, пытаясь ударить копьем, которое держал в одной руке. Акко равнодушно взглянул на бабу и отвернулся. Она скулила, сидя на земле, и сплевывала тягучую кровяную слюну. Губы ее разбиты в кровь. Видно, не хотела добром ублажить победителя. А муж не хотел отдавать корову. Вот он лежит, в двух шагах, зажимая рану в животе. Плохая рана. Не жилец он.

— Уходим, — Акко потянул товарища, у которого осталось еще три дротика. — Это не наша драка. Пошли к каравану.

— Пошли отсюда, — позвал Нертомарос. — Но коров-то прихватим, которых у этих олухов отбили? Я их уже отогнал на сотню шагов.

— Коров прихватим, — кивнул Акко. — Но если за нами погонятся, оставим.

— Ага, — согласился Нертомарос. — Нам еще два дня до родных земель идти. Как бы не пришлось сундуки с одеждой бросить и верхами уходить.

— Да, — мрачно ответил Акко. — Веселое время наступает, брат. Вот нам тут математика с географией пригодятся. Скажи?

* * *

Легкий обед из десятка блюд меня уже не поразил. Меня теперь ничего не может поразить после того, как я вошел в здешнюю айтусу, то есть парадный зал. Мраморные колонны, мозаичные полы, изображавшие каких-то ярких птиц, и ажурный потолок-купол, из отверстия в котором льется солнечный свет. В центре зала стоит длиннейший стол, вокруг которого расставлены резные кресла с высоченными спинками. Да, лежа у нас принимают пищу только афиняне и этруски. В Сиракузах едят за столом, как все нормальные люди.

В Древней Греции жены с мужьями не пировали. Это я точно помню. Именно поэтому пиршественный зал назывался «андрон», то есть мужской. Но тут порядки совершенно иные. Женщина в Вечной Автократории тоже человек, и обладает полным набором прав. Именно поэтому, когда в зал вплыла мать Клеона, и он поспешно вскочил из-за стола и поклонился, мы с Эпоной сделали то же самое.

Госпожа Эрано, так ее звали, в одном была неуловимо похожа на мою мать. Это женщина лет тридцати пяти, никогда не знавшая труда, все еще ярко-красивая. В ее возрасте уже нянчат внуков и превращаются в старух, но у нее-то нет причин стареть. У Эрано всего один сын, а значит, здоровье не подорвано родами. Когда она улыбается, то появляется ровная ниточка белоснежных зубов. И они все на месте, что интересно. Наверное, она вдова. Это я так думаю, потому что Клеон никогда не говорил о своем отце. Кстати, в мать он не пошел. Он не урод, но весьма зауряден.

Платье из тусклого, скромно блестящего