Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Первый удар нанес психокинетик Хион. Металлический диск я смог засечь лишь по хлопку перехода на сверхзвуковую скорость, который возмутил пространство, благодаря чему я смог отследить, куда пошло движение диска с помощью внутреннего зрения. Перехват контроля не сработал, три из четырех плетей диск перерезал словно не заметив сопротивления. Лишь четвертой плетью я смог остановить диск и, мгновенно перехватив контроль, пустил его в уже мчавшееся ко мне воплощение стихии силы тела, Эшо Идэко. Но диск так и не достиг своей цели, владеющие работали слаженной двойкой и психокинетик играючи отклонил диск от спешащего прикончить меня напарника. Вести бой на расстояние было практически бессмысленно, Хион сильнее меня как психокинетик, бежать так же не было смысла, эти владеющие не будут за мной гнаться, а просто повернут к моим товарищам, что вот-вот должны начать бой. Нельзя отступать, я должен задержать этих владеющих и по возможности ослабить, а я… А что я, будь что будет.

Рывок вперед и вот физик уже в радиусе поражения плетями. Раскрученный до предела роторный пулемет выпустил рой смертоносных пуль, а плети потянулись к физику, неся на своих концах мои кумулятивные жала. В моей броне появились прорехи, я отбивался от дисков и шаров как мог, но вот уже два стальных шара засели в моем животе, а из шеи, пробитой насквозь, хлестала кровь. Но я не замедлился ни на мгновение, а стремительно пер на врага в лоб. Про Хиона я также не забыл, удлинённые плети понесли к нему кумулятивную смерть, к счастью он не смог перехватить контроль плетей, а как только пытался их перерезать своими снарядами кумулятивные жала тут же детонировали, разнося вокруг осколки, которые психокинетику также приходилось ликвидировать. Так монструозный физик лишился своего огнестрельного оружия, а его бок был оплавлен от взрыва из-за опрометчивых действий психованного психокинетика, что готов был сейчас расплакаться. Я постоянно сканировал силой манипулятора состояние моих противников: в голове психованного психокинетика сейчас творилось непонятное нечто. Он хотел вырвать свои глаза чтобы не видеть того, что я ещё жив. Монструозный же физик отломил штык и жаждал схлестнуться в рукопашном бою, и только старик ядовик сохранял ледяное спокойствие. Он как будто находился не с нами, а в другом мире, и постоянно что-то бормотал.

Шаг. Ещё шаг, и вот я рядом с Хионом, а его рука уже занесена для удара в прореху моего бронекостюма лезвием штык-ножа.

Я никогда не был силен в ментальных атаках, но когда у тебя в женах есть гениальнейший кукловод, а дочка, возможно, в будущем станет воплощением стихии манипуляторов выбора просто нет. Хочешь или не хочешь, можешь или не можешь, но кое-чему обучат через не могу.

На мгновение дрогнула рука Ишо, огромный физик растерялся, ведь перед ним вновь стояла его жена. Не имело значения, почему он убил ее тогда, но Ишо вновь занес на нее руку и окунулся в тот кошмар, что вынудил его на десятилетия уйти в горы. Она была также красива, как и тогда, и сердце воина, не знавшего жалости, сжалось. Миг, всего лишь миг позволил мне перехватить инициативу, штык вырывается из руки Хиона и моя рука, разогнанная психокинетикой, летит в сочленения брони физика, что уже была облеплена моими плетями. Плети смогли чуть-чуть разогнуть сочленения брони, всего лишь на считанные миллиметры, но мне хватило и этого. Заточенный штык-нож, изготовленный искусным оружейником, с легкостью разгибал пластины брони и не чувствуя сопротивления плоти лишь слегка вонзился между мощными позвонками. Десятые доли миллиметров были преодолены, и самое острие ножа воткнулось в нерв.

Ишо всё также стоял, а его мысли никак не хотели возвращаться к бою. Ишо уже знал, что его путь окончен, и он желал только одного, встретиться с ней, ему надо было так много ей рассказать, между ними было столько недосказанного. А я сделал еще один шаг, огибая начавшего опускаться на колени железного гиганта, что больше не хотел убивать.

Психокинетик Хион, не скрытый броней, также попал под мой удар силы кукловода, его блаженное лицо и рука у паха вызвали у меня омерзение от того, что мне пришлось сформировать образ, подходящий именно ему. Но к счастью мои глаза уже отказали и я стал видеть только внутренним зрением. Яфа предупреждала, что такая техника мне не подходит, так как мой мозг и без того перегружен и постоянно на пределе. Вот и первое последствие: зрение дало сбой, а из-за ранений в теле уже начала заканчиваться кровь и наступало кислородное голодание. Но я должен довершить начатое.

Двадцать плетей понесли свои заряды к психокинетику, а на пулемете вновь была нажата гашетка и вперед полетели остатки боезапаса. Что видел Хион, я мог только догадываться, и все равно, несмотря на все мои ухищрения, он не был поглощён полностью наваждением. Он с легкостью отклонял мои пули, а плети детонировали, не нанося никакого вреда, вокруг психокинетика бушевала буря из кумулятивных струй и миллионов осколков и пуль. В таком хаосе сложно уследить за всем, и это именно то, чего я добивался.

Маленькая металлическая пылинка вонзилась в глаз психокинетика, она была так мала, что Хион проигнорировал ее, или и вовсе не заметил, что, в принципе, без разницы. Хион видел меня, ему уже не надо было кого-либо защищать и он начал меня убивать.

Стальной диск, не замечая брони, отсек мне руку, а два стальных шара превратили в кровавое месиво содержимое моего живота.

Последний удар сердца принес мысль — я почти смог. Пылинка всё-таки добралась до мозга Хиона и начала метаться внутри, психокинетик мгновенно упал на землю, а я уже сидел на коленях и внутренним зрением видел, как сзади меня падает мертвый Ишо. Ко мне резво подбежал так и не вступивший в схватку старичок ядовик. Он понюхал пустой баллон, в котором был яд и, улыбнувшись, произнес:

— Молодость глупа, но не бойся, Шосе, она быстро проходит.

Чувствуя, что я теряю сознание, в моей голове пронеслась последняя мысль: Чихеро найдет меня и на том свете, и прикончит еще множество раз за то, что я оставил её одной. И за то, что наш ребенок так и не увидит своего отца.

Рывок сознания и я вновь и вновь начинаю с того места, с которого началась схватка. А именно с того возмущения пространства, что возникло от перехода стального диска на сверхзвуковую скорость. И с этого момента каждый раз я вновь и вновь умирал. Умирал я по