Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

Лада смахнула непрошеную слезу: какая же печальная история. Ну почему Посвист не настоял на своем? Разве за любовь не стоило побороться?

– А с ней что случилось? – любопытство не успокаивалось. – Вышла замуж, родила детей?

– Нет, – ответила Морена. – Настасья так и осталась одна. Посвист навестил ее перед смертью, она приняла его за его же внука. Мне кажется, он жалеет, что не ослушался Перуна. Так бы он был женат и счастлив, дети бы были, пусть и полубоги. Тем более что, если провести их через Правь, они станут полноценными богами, если, конечно, не погибнут.

– Да и мы сейчас на пороге войны с темно-богами, – добавила Лада. – Все к этому и пришло.

– Да, такие ошибки не прощаются. И потому Посвист не может примириться, что у Леля все складывается по-другому.

Лада была не согласна с Мореной: Посвист не завидовал брату, он за него переживал. Если бы бог ветра доверял темной богине, он с чистым сердцем благословил бы Леля на союз с Мореной. Но Посвист подозревал темную богиню в неискренности, потому и хотел, чтобы Лель с нею расстался. Да-а, Перун, наверное, тоже желал Посвисту только самое лучшее. А вышло, как всегда, не очень.

Интересно: а если бы на месте Настасьи была она, а на месте Посвиста – Хлад, что бы у них получилось? Стал бы Хлад добывать яблоки или отказался бы от Лады? Все же развязать войну ради любимой не каждый решится. Да и стоит ли любовь несчастий? Ведь страсть Париса к Елене Прекрасной не принесла ничего хорошего ни ему, ни его стране. Но вот помечтать об этом… Лада почувствовала, как ее окатывает холодом – сработала броня, и тут же мысли о Хладе сменило равнодушие: он далеко, и нечего о нем вспоминать.

Морена думала о своем.

– Знаешь, я впервые ощутила, каково это – быть простым человеком. Когда зависишь от других, когда сам во многом беспомощен. Когда можешь заболеть, когда голоден. Быть богом намного лучше.

– А мне нравится быть человеком, – ответила Лада. – Всего боишься, с одной стороны, а с другой – все интересно и любопытно. И да, мы болеем, можем умереть в любой миг, но это не мешает нам радоваться жизни. И любить, и страдать, и плакать. Разве это не замечательно?

– Ага, – Морена усмехнулась. – Только ты забыла одну вещь: ты не человек, ты богиня.

Глава 12

Моровая язва

Деревня была похожа на предыдущую. Лишь дома поновее да понаряднее, выкрашенные в яркие цвета: синий, зеленый и желтый. Но снова не понять, какой сейчас год – деревни будто законсервировались во времени, в отличие от городов. Ну нет электричества, так, может, из-за урагана, или просто кто-то срезал провода на металлоломом, и плевать, какой век: двадцатый или двадцать первый. Нет газа – так его никогда там и не водилось.

Людей тоже не было. Никто не караулил возле единственной дороги в деревню, ни в поле – если бы путешествующий постарался пробраться в село огородами. Не лаяли собаки, не подавал голос скот. От этой тишины Ладе сделалось не по себе: вымерли все, что ли? Она хотела побыстрее уйти отсюда, но Морена остановила:

– Нам надо узнать, что здесь происходит.

Темная богиня решительно направилась к одному из домов. Она громко постучала, но ей никто не ответил. Толкнула дверь, та оказалась запертой.

Тогда Морена встала под окно и забарабанила в ставни:

– Откройте! А иначе сломаем замок и все равно войдем.

В окне показалась молодая женщина, она посмотрела на них и махнула рукой. Девушки вернулись к двери. Скрежетнул засов, в проеме появилась хозяйка.

– Вы что здесь забыли?! Бегите из деревни, пока не поздно.

Лада хотела прислушаться к ее совету, но Морена выставила ногу вперед, не давая захлопнуть дверь.

– Никуда мы не пойдем. Что у вас случилось?

Женщина посторонилась:

– Если что, меня не вините. Сами напросились.

В избе все сверкало чистотой. Даже пол оказался отскребен до белизны. Сияли окна, искрилась посуда в буфете, глаз резало от чистоты вокруг. Сама хозяйка была в серой блузке с кружевами, черной юбке до колена и туфлях-лодочках. Две ее мелкие дочери нарядились в платья в белый горох, на головах были повязаны огромные банты. Во главе стола сидел муж хозяйки в сером костюме, белой рубашке и тесном галстуке.

Оливье, селедка под шубой, бутерброды с икрой, торт, залитый сметанным кремом… Видимо, тут что-то праздновали. Ладе стало стыдно: они с Мореной ворвались к чужим людям, мешают. Только почему те закрылись и не отвечали на стук? Может, от незваных гостей, чтобы ни с кем не делиться? Ведь раньше с продуктами плохо было – дефицит. Лада посмотрела на календарь: 24 мая 1987 года. Ой, год поменялся! Лада незаметно толкнула Морену – смотри! Но та отмахнулась.

– Что у вас происходит? – повторила вопрос темная богиня.

И тут до Лады дошло. То, что выглядело праздником, больше походило на поминки. Испуганные лица девочек, потерянный вид хозяина дома… Словно Лада с Мореной попали на проводы покойника. Ох… Как же до Лады туго доходит, Морена вот сразу сообразила. Женщина отослала дочерей в комнату.

– Мара на нас прогневалась, – ответил хозяин дома. – Сегодняшний вечер последний, до утра никто не доживет. Так что уходите.

– А вы почему не уходите? – спросила Лада.

– Некуда идти, – женщина села рядом с мужем. – Да и смысла нет, богиня везде дотянется до нас.

– Вы знаете, что вас ждет? – Морена, казалось, взглядом прожжет дыру в каждом.

– Моровая дева, – прошептала хозяйка дома и через мгновение разрыдалась.

Сквозь ее всхлипывания можно было различить лишь: «Детей-то за что?»

– Мы сейчас вернемся, – Морена потянула Ладу за собой в сени.

Несмотря на почти летнюю жару, Ладу бил озноб: ее проняло. Люди решили провести вечер вместе, с близкими, побаловать себя вкусным – ведь завтра никогда не наступит.

– Ты что-то понимаешь? – Ладу распирало от вопросов.

– Немного, – Морена собиралась с мыслями. – Этот мир принадлежит Маре, и она это особо не скрывает. Видимо, устроила что-то вроде культа. Награждает ярых приверженцев, наказывает за ошибки.

– Если эти люди погибнут, кто же станет ей служить? – Ладе казалось, что она видит дурной сон.

Неужели это может происходить по-настоящему? И даже в ее родном мире?

– Так время здесь закольцовано. На следующий день все оживут. Очень удобно, – Морена побарабанила по жестяному ведру. Звук пугающим эхом разнесся по помещению. –