Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

– Скучаешь? – поинтересовался Лель.

Она кивнула. Что тут говорить, все ясно без слов. Бог любви встрепал ее волосы и тоже ничего не ответил. Иногда слова пусты и не несут за собой ничего. Гораздо важнее дружеская поддержка, вот как сейчас.

– Я справлюсь, – все же выдавила из себя Лада.

– Даже не сомневаюсь, – улыбнулся Лель, только улыбка у него вышла грустная, точно бог любви понимал, о чем размышляет девушка. – Я тоже скучаю по родителям. Хотя я отца особо и не знал, нас быстро передали на воспитание Яровиту.

– Какой была твоя мама? – спросила Лада.

– Могущественной и очень мягкой. Я купался в ее любви. Знаешь, это ощущение, что тебя любят таким, какой ты есть, со всеми недостатками. Я очень скучаю по ней.

– А Перун?

Лель выдержал паузу.

– Он был холодным отцом. Отстраненным, весь в заботах. Мне казалось, он все время сравнивает меня с Посвистом, и это сравнение не в мою пользу. Думал, что отцу хотелось, чтобы его сыном был Посвист, а не я.

– Мне жаль.

– Мне тоже жаль, что Перун не подпускал меня к себе, не позволил узнать получше.

Вернулся бог воинов, он отходил на время.

– Пора собираться, – Яровит подвел черту под воспоминаниями. – И насчет Перуна, Лель, ты не прав – он тебя любил и гордился тобой. Я знаю.

– Подожди! – спохватилась Лада. – Я же хотела спросить: вдруг Чернобога нет в Золотом дворце?

На мгновение повисла пауза, затем Яровит ответил, странно усмехнувшись.

– Не беспокойся. Чернобог никуда не денется. Уж он-то точно нас дождется. Потому что война – то, ради чего он живет.

Лада вернулась в спальню и забрала рюкзак. Вот и снова в путь. Что ждет ее с друзьями в Золотом царстве, какие ловушки и опасности подстерегают? Ей казалось, что это будет самый трудный отрезок дороги. Бог войны устроит для соперников достойные испытания, судя по всему. Ну ничего. Прошли они Медное и Серебряное царства, одолеют и Золотое. Лада закинула рюкзак за спину. За последний месяц он сильно обтерся и потерял вид. Надолго ли его хватит? А надолго ли хватит самой Лады? Никто не знает. Но делать нечего – в Берендеевом царстве надеются на них.

Лада вернулась к друзьям, все уже собрались у двери. Она бросила прощальный взгляд на дворец: жаль, что не удалось погостить здесь хотя бы несколько дней. Но ничего, потом Лада возвратится сюда, если все у них получится. Посвист шагнул к выходу, и в этот момент раздался звон: разбилось одно из хрустальных окон. Осколки градом рассыпались по полу. Все повернули голову: на белой плитке, как розы на снегу, лежал ярко-красный коршун, он тяжело дышал. Лада взяла его на руки и подняла. Птица умирала, ее глаза постепенно стекленели. На последнем издыхании коршун встретился взглядом с Ладой и произнес голосом Берендея:

«Они подступили к городу. Долго мы не продержимся».

Глава 2

Ярилина роща

Вышли в полном молчании. Ладу раздирали противоречия: может, бросить все и вернуться в Берендеево царство? Только как потом сражаться с Чернобогом, если для него война вроде топлива? Да и лучше не затягивать, если не желаешь, чтобы Чернобог набрал полную силу. Но все равно, Лада бы наплевала на умные мысли, если бы не одно: они все равно уже не успеют, слишком далеко забрались. Потому их задача – ослабить бога войны.

Путники отошли от дворца, и Посвист сделал хватательное движение рукой. Тотчас же дворец обернулся серебряным шаром и покатился по земле, указывая дорогу. Лада шагала за ним, не поднимая головы: сейчас ей ни с кем не хотелось встретиться взглядом, потому что ощущение предательства не покидало ее. И поговорить не с кем, ведь и Яровит, и ребята начнут убеждать, что они все делают верно. А Ладе не нужны правильные слова, ей надо, чтобы ее просто выслушали и пожалели. Хлад бы, наверное, смог. А еще бы предложил свою помощь, пусть даже Лада все делала не так.

При мысли о Хладе сердце учащенно забилось. Лада грустно улыбнулась: лучше так, чем холодная броня и мечты о власти над миром. Видимо, так и происходит переход со светлой стороны на темную: исподволь, незаметно, когда сам не понимаешь, что одной ногой уже перешагнул рубеж. А потом поздно: ты настолько изменился, что тебя все устраивает в новом состоянии.

Седой лес точно ожил. Сперва Лада заметила красную шапочку дятла, затем над головой бесшумно пролетела сова, вызвав возмущение ворона. Крак долго грозил ей вслед, снова перейдя на карканье.

– Слушай, а как он начал на человеческом говорить? – спросила Лада.

Лель смутился:

– Он с утра орал – проголодался, а я никак проснуться не мог, после вчерашнего без ног свалился. Ну, видимо, Крак решил, что я тупой и надо срочно переходить на понятный мне язык.

Посвист тут же ввернул:

– Тупой – какая подозрительно точная самооценка! Даже удивительно.

Крак изловчился и клюнул бога ветра в плечо: мол, нечего обижать моего любимчика. Лада невольно рассмеялась: до чего же вороненок забавный.

До границы Серебряного царства добрались лишь к концу следующего дня.

– За теми деревьями начинается Золотое царство, – сказал Яровит. – Поэтому переночуем здесь, чтобы обошлось без сюрпризов.

Лада бросила на траву куртку и задумалась: наступит ли в ее жизни пора, когда ей не придется спать под открытым небом? На нормальной кровати с мягкой подушкой вместо рюкзака? А еще обычные удобства в виде туалета… Лада уже притерпелась уединяться в кустах, при том что неподалеку на страже маячили Лель или Посвист: вдруг откуда выскочит зверь невиданный и попытается сожрать Ладу? Да, человек ко всему привыкает, но хочется уже домашнего уюта, как раньше.

Яровит разложил скатерть, и Лада подсела к импровизированному столу. На ужин у них была жареная картошка с мясом и омлет, к чаю полагались пироги с брусникой. Но Ладе кусок в горло не лез: ее охватила неясная тревога. Что их ждет в Золотом царстве? Новые смерти и потери? Что сейчас творится в Берендеевом? Удерживает ли войско царя столицу?

– Осада города может длиться долго, – произнесла она, – иногда целыми месяцами.

– Да, – охотно ответил Лель. – Даже годами.

– Если в городе есть продовольствие, – перечислил Посвист, – вода и люди в нужном количестве, чтобы отбивать атаки.

– И если противник не перережет водоснабжение или не подсыплет в него отраву, – добавил Яровит. – Или не забросит в город покойника, умершего от моровой