Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Вечерело. Но на лирику не тянуло. Небо наполнилось загустевшей серостью, а лучи Оси подтянулись к источнику, скрадывая расцветку неба. Почти красиво, если брать говнецо за мерило. Хотя не будем о грустном, так?

Перепаханный парк полнился тенями и на удивление не чувствовался мертвым. Я задержался на втором витке вокруг убежища, оценивая мысль. Странная реакция на привычные развалы. Возможно, дело в отдаленных пострелушках, что с завидным постоянством радовали звуком, просачивающемся меж развалин.

В ближнем радиусе царило относительное спокойствие. Из примечательного упомяну сухого, встреченного в небольшом овражке — доходяга поскрипывал, застряв меж обломков и слепо пялился на прибывшее био.

А мне не вы падлу — могу и спуститься. Секунду постояли, как, сука, инь и янь — глаза в глаза, а потом нож прервал квазижизнь. Упырь осел, затухая, и приключение закончилось. А вот био тварь не накинула. Не видать местному сухостою вершин упыриного рейтинга. С крабе было хоть и сложнее, но верный способ получить адхару перекрывал неудобства.

Я выбрался на тропку, с минуту философски провтыкал, глядючи на тело, и убыл. Еще полчаса на обзорной точке с прицелом, холодящим кожу у глаз, и можно сделать вывод, что мы, включая сипая, никому не интересны. Но это пока — отметил я мимоходом. Честность важна даже во внутреннем диалоге.

Город, наполнявшийся тьмой, необъяснимо притягивал взгляд. Чернота оконных провалов — словно завеса, скрывающая главную тайну — присмотришься и поймешь, кого, куда и нахера. И погоня за ответами прервется.

Функция дернула шрамированную руку. Не забывайся, оператор — ты всегда не один, ты, сука, в дружной электронной компании.

Я отставил винтовку и перетек в сидячее положение. Пора вернуться и нагрянуть.

В лагере отчего-то царило приподнятое настроение. Пахло близким ужином и дымом. Легкий треп подопечных прервался, и шесть пар глаз выжидательно посмотрели на прибывшего командира. Я отрицательно мотнул головой:

— Ни одного приличного засранца.

— Так хорошо же, — не слишком уверенно сказал Краш. Затем поправил поясную разгрузку и добавил: — Тоже почистил, если что.

Я присмотрелся к наспех залатанной экипировке и одобрительно кивнул. Тощий демонстративно протянул мне шмалабой:

— Идеально.

На красноречивый взгляд костлявый не среагировал. Лады, могу и разнообразить вечерю:

— Смена! В строй! — Холодный скрежет голоса подействовал мгновенно. Последней подтянулась Фрау, оторвавшись от печурки и на подходе треснув Шеста половником. Кости виновато посопели.

Легионер, вытянувшийся по флангу, лупил в стену бессмысленным взглядом. Я остановился напротив, качнулся с носка на пятку и сказал:

— Ты не в смене. Вольно.

— Постою, — откликнулся местный. — Голос у тебя неприятный, пилигрим.

— Сел к херам.

— Служу… — Краш вздрогнул, помотал сальной башкой и выпал из строя. А сильно его строевой загрузили, прям захотелось взглянуть на местных отцов командиров. Поручкаться, а может и сойтись в дружеском рукоприкладстве.

Прошелся вдоль строя. И еще разок. У Ивы одернул куртку, у Замеса поправил перевязь и замер. Пять инструкторских минут — когда тупо молчишь, смотришь в пупок произвольного бойца и нагнетаешь. Чтобы прониклись и всегда помнили — каждая секунда может обернуться тревогой.

— На стволе грязь, — повернулся я к тощему.

— Да как…

— Грязь. На. Стволе.

— Не доглядел, — подтянулся Шест. — Устраню.

— А теперь поедим, — кивнул я.

Крыса тихо выдохнула — вроде как поставила точку в бесплатном спектакле. Мне не трудно — бойцы расслабят булки только, когда скажу, и не мгновением раньше. Безопасность, сдобренная теплом очага и потрескиванием дров, лишь фикция. Обманка для слабого разума.

Ночь прошла тихо — в легких похрапываниях и сопении. Можно сказать, отдежурили мирно. А утро встретили на позитиве — животворящий отдых, пусть и короткий, сказался положительно. Краш смог присесть 14 раз и объявил, что готов.

— Дебил, — поставила диагноз Крыса, но рюкзачок для загрузки подтянула.

Все верно — после завтрака выходим. Время — ресурс, которым должно распорядиться с умом. Забавные мысли, Джимми — прям ответственные. Хоть бери и ламинируй для будущих поколений. А вот настроение средненькое, чему опять же нет объяснения.

Поели в молчании. Груз проверен, личные вещи приведены в походную готовность, Марта обласкана заботливым Шестом.

На подъеме из тоннеля колесница тревожно скрипнула, задав немного минорную тему. Вновь дорога, вновь шорох шагов, да потрескивание мусора. Напряжно? Есть чутка, не скрою — врываемся резковато, но когда было по-другому?

У выхода постояли, отдавая дань убежищу. Местечко справное и послужило нуждам смены отменно. И бойцы не прочь продлить удовольствие — на лицах читаются незамысловатые мысли. Но понимают — нас кормят ноги, а жопы тянутся к приключениям. Такова планида, сука.

— Веди, — оглянулся я на бледного Краша. Легионер держался бодрячком, чем заслужил мой одобрительный кивок. Отоспимся после смерти, да.

— Туда, — Скупая отмашка указала на провал улочки, уводящей из парка. Направление — градусов 15 от Оси. Обманка чувств, конечно, но кажется, что дорога ведет к центру мироздания.

— Долго идти? — затесался в содержательный диалог Замес.

— Думаю, пройдем мимо девятого форпоста. Два цикла с небольшим, — прикинул боец.

— Как близко пройдем от девятки? — Я придержал шаг. Возможны нюансы, как говаривал инструктор №11, давая вводную.

— Намекаешь, что близко лучше не лезть? — насупился легионер. — Я понимаю, не дурак. В Грозовом-9 расквартирована когорта Валькирии. Говорят, не баба — зверь. Но кодекс вроде чтит…

— Вроде?

— Да хрен ли ты от меня хочешь? — махнул рукой сипай. — Не знаю, я, понял. Не знаю.

— Шире шаг, — подбодрил я любопытствующих бойцов. — Дорога сама себя не пройдет.

— Пробегусь? — привычно спросила мелкая. Наш разведчик на полставки. Но признаю — ее польза неоценима.

— Метров 50, максимум, — обозначил я абрис и Крыса мгновенно юркнула в ближний разлом стены.

А дальше лишь шорохи и скрип колес. Проходимость трассы приличная — гео-тяге лишь пару раз пришлось поднапрячься, перенося колесницу через отвалы. Тянулись мимо клети жилых домов, серели груды офисного непотребства. Развалины магазинчиков выделялись обилием следов людского присутствия — в третьем, расположенном за открытой парковочной площадью, я ощутил токи чужого внимания.

— На девять часов, — сказал подопечным, и смена чутка сбилась с ритма.

Краш перекинул шмалабой под руку, начиная по-любительски вертеть башкой. Застопорил взгляд на