Фантастика 2025-150 - Иван Катиш

щадя себя и выгорают быстро, но Германию много лет, и если бы не архидемон, сдерживая которого он почти выгорел, то его можно было бы отнести к весьма расчётливым целителям. Он молодец, это правильно, разумность - это хорошо, но почему-то сердце болит за тех, кто отдаёт всего себя, а Германий стал безразличен и неприятен. И может быть, сейчас Вера уже не сказала бы ему о чародейских деревцах в академии, ведь в принципе её никто не спрашивал тогда, она сама полезла помогать советами. Она поёжилась. Боже, в кого она превращается? Так нельзя!

Добравшись до дома, Вера с облегчением выдохнула. Всё-таки хорошо, когда в квартире уютно, светло, тепло. По пути она встретила нескольких лэров, которые приветливо поинтересовались, как она себя чувствует, не нужна ли какая-то помощь? Предложили от души, без всякого подвоха и Вера открыто улыбнулась, благодаря и пока отказываясь. Больше всего ей помогали семейные лэры или в возрасте, а вот Киран до сих пор избегал её. Хотелось думать, что Варг повлиял, но скорее всего, причиной стало обиженное самолюбие и надуманные поводы. Вот и о нём она подумала плохо. Вера укорила себя, что сама тоже не идеал, а потом плюнула на все мысли и решила, что попробует радоваться солнечному дню, тому, что она одна и никуда спешить не надо, что можно посидеть и ничего не делать.

Остаток дня она пробездельничала и поняла, что чувствует себя значительно лучше.

- Вера, извини, что раньше не смог освободиться, - с порога начал говорить Варг. – Вот, это тебе!

Очень красивая пряжка для ремня с множеством камней. Пестроватая, роскошная. На форме она будет смотреться неуместно и чрезмерно аляповатой, но тут никто не обращает внимания на красоту. Артефакты часто смотрятся вычурно, но главное – в них заложенная сила.

- Мне? – Вера улыбнулась. – Здесь вставлены все цвета, ты решил сделать из меня супербойца?

- Это защита от всех стихий, причём самая мощная. Ты теперь даже против архидемона выстоишь, если только он тебя на вилы не подцепит.

- Что, даже волна ужаса теперь меня не захватит?

- Ну, я не экспериментировал бы, но изумруд тут вставлен крупный, так что должен защитить.

- Спасибо Варг, мне очень приятно, - она подошла, поцеловала его.

- Вера, если хочешь, я могу отменить твоё патрулирование.

- Не надо, иногда неплохо вылететь куда-то, размяться.

- Ты ладишь с Есень?

Вера решила быть доброжелательной до конца и всякие «что же ты раньше не спрашивал», подавила в себе.

- Да, мы с ней ладим.

- Отлично. Ты меня покормишь? – прижимая жену к себе, спросил лэр-в и совсем тихо на ушко добавил: - Без тебя здесь был пусто. Германий забрал тебя всего на сутки, а я заснуть не смог, всё искал тебя в постели.

- Скатал бы одеяло и на него положил руку, - буркнула Вера.

Может, Варг спросил у Германия, что с ней произошло, но сейчас он опять только о своих удобствах. Она даже остановилась, откуда в ней столько злого. Только что получила баснословно дорогой подарок – и ворчит, брюзжит...

«Потому что не угодил!»

Тут же ответила она себе. Вот удовольствие на рабочую униформу напяливать эту бляшку!.. Защитные артефакты надо всегда носить на себе, а тут рубины, изумруды, сапфиры, ещё какой-то чёрный камень, и все они крупные, заряжены до предела.

Вера покормила мужа, вела себя приветливо, а вот от ночных забав отказалась. Варг принял спокойно её сопротивление, только прижал поближе к себе и сразу уснул. Он хотел утром получить своё, но проспал, жена уже ушла, оставив на столе завтрак.

Что-то поменялось в их отношениях. Казалось бы, всё так хорошо наладилось, всё, о чём он беспокоился, решаясь жениться, не случилось. Он позволил ей устраивать их жильё по-своему, несмотря на то, что она меняет его привычки. Вера сумела вписаться в его жизнь, привнеся в неё много нового, интересного, и он это признаёт. Он спешит вернуться пораньше, ему нравится наблюдать за ней, когда она хлопочет. Он даже с нетерпением ждёт её выдумок, особенно, когда это касается постели. Её желание сбить его с толку, перехватить инициативу в любовных утехах не только забавляет, оно ему почти нравится. Быть может, когда-нибудь он доверится ей, но пока она слишком молода, нельзя ей давать власть над собой. Вот только что-то давно она ничего не пыталась больше придумать...  

Такое чувство, что она выскальзывает из-под его влияния, что она становится сама по себе. В принципе, все лэры сами по себе, но когда он думает о ней, то его словно заклинивает. Она принадлежит ему! Она сама вложила свою маленькую ладошку ему в руку ещё тогда, в отремонтированном замке. Она вверила себя ему, и он принял её.

Быть может, Есень ей что-то наговаривает про него? Та слишком свободолюбива и зря он свёл их. Если она отвадит от него Веру, то пожалеет об этом!

Сила внутри всколыхнулась, заворочалась, и пришлось отпустить мысли о жене. Ещё пару раз всплыли вопросы о том, что ей надо, чем она может быть недовольна, но каждый раз   дар реагировал остро, болезненно, и пришлось переключить себя на спокойные дела. Неприятно было осознавать, что Вера как положительно влияет на его силу, утихомиривая её, так и отрицательно, когда от одной мысли о том, что она может куда-то деться, внутри поднимается шторм.

А Вера погрузилась в работу. Она оставляла завтрак на столе и исчезала. Вечером приходила так поздно, что оставалось только ложиться спать. Варг злился, но она объясняла ему, что иногда невозможно в работе прерваться, и это временно.

Будучи командующим, он понимал, что всякое бывает, но что там у неё такое сложное может происходить, что она лишь на несколько часов возвращается домой, он не мог принять.

А Вера, следуя инстинктам самосохранения, начала хитрить. Её проект лечебницы застопорился, ей нужны были отдых и хорошее настроение. Тогда она, поговорив со знакомым кузнецом, приноровилась отсыпаться днём на чердаке его кузницы. Она могла поспать там пару часиков, потом перекусить и проваляться ещё час-другой, ловя ушедшее состояние вдохновения.

Иногда было стыдно за враньё, но иначе она не могла. Вера очень испугалась того, что она даже не помнила, когда и где упала, прежде чем попасть к целителю. Говорили, что она просто шла, как будто задумавшись, а потом упала. Германий подтвердил, что сначала выключилась от усталости голова, а