Академия Арканов - Элис Кова

То есть это конец? Здесь слишком много людей, чтобы забрасывать его вопросами. Неужели теперь, раз мы получили благословение короля, между нами все кончено?

Как бы мне ни хотелось общаться с ним только мысленно, мы не можем. Я смотрю на него снизу вверх, он выдерживает мой взгляд, но это ни к чему не приводит.

– Ты абсолютно прав. – Я заставляю себя улыбнуться и сжимаю его руку. – Конечно, скоро увидимся.

Кэйлис кивает, и я покидаю главный зал. По пути в общежитие у меня внутри все сжимается.

Мне удается догнать группу других студентов с факультета Мечей, и я поднимаюсь по лестнице вслед за ними. Как только ступаю в гостиную общежития Блейдхейвен, мне кажется, что я покинула Академию Арканов.

Помещение просторное, с высокими сводчатыми потолками, поддерживаемыми колоннами в форме мечей. В канделябрах, выполненных в виде изогнутого оружия, трепещут языки белого пламени. При таком скромном освещении каждый предмет величественной черно-белой мебели отбрасывает длинные тени. Окна закрыты многослойным шифоном вместо тяжелых штор. Неровная по длине ткань пропускает легкий ветерок, так что создается впечатление, словно стены двигаются и живут, словно сама комната способна дышать.

В центре стоит большой круглый стол из дерева настолько темного цвета, что кажется почти черным. Его поверхность отполирована почти до зеркального блеска, и мне кажется, что я могу увидеть отражения склонившихся над ним студентов всех лет, которые занимаются уроками и спорят друг с другом. В дальней части комнаты, прямо позади стола, находятся три тренировочных ринга. Всюду расставлены книжные шкафы, разделяющие небольшие зоны для отдыха.

Это не просто гостиная, а святилище всего, что факультет Мечей считает значимым: знания, действия, силу и решительность.

– Клара, Алор, идемте со мной. – Эмилия ведет нас по одному из коротких коридоров, уходящих из общей зоны. Гостиная имеет форму колеса, а коридоры – его спицы. Каждый из них заканчивается двумя дверями. – Хорошо, что вы уже жили в одной комнате, значит, не возникнет никаких проблем. Если что-то понадобится, можете обратиться ко мне или к любому другому члену нашего факультета.

– Та знала, что я поступлю? – спрашиваю я.

– Директор просил подготовить для тебя комнату, – кивает Эмилия. – Но я бы все равно настояла. Теперь ты часть факультета. Твое место прежде всего здесь, в твоей академической семье.

Я одновременно ощущаю себя и желанной гостьей, и девушкой, брошенной на произвол судьбы. Ни за что бы не подумала, что именно Эмилия заставит меня почувствовать, что у меня есть свое место. Но ради меня она убила другого посвященного.

А вот человек, который стал олицетворять собой безопасность и дарил мне ощущение причастности, похоже, бросил меня.

– Спасибо, – тепло говорит Алор.

Эмилия уже собирается уйти, но останавливается. Подходит к младшей сестре и кладет ей руку на плечо.

– Молодец. – Она награждает ее редкой ободряющей улыбкой. – Отец будет гордиться.

Эмилия исчезает прежде, чем Алор успевает ответить. Она остается одна, сраженная гордостью сестры. И я прекрасно вижу, как она сияет. «Я горжусь тобой» – самые приятные слова, которые могли сказать мне мама или сестра, а я старалась почаще говорить их Арине. Внезапно в груди возникает боль, как от физического удара, от тысячи обрушившихся на меня камней. Пройдут годы, прежде чем боль, которую причиняет одна мысль о ней, утихнет.

– Ты хорошо здесь смотришься, – говорит Алор, возвращая меня в реальность. Горе – постоянный спутник. Если я буду все время погружаться в него с головой, мне это никак не поможет.

– Как и ты, – заставляю себя сказать, отгоняя мысли о сестре.

Алор приподнимает брови, а ее губы изгибаются в знакомой самодовольной улыбке.

– Само собой.

Я издаю тихий смешок.

– Кстати, я все еще расследую твое дело. На каникулах мне удалось найти несколько зацепок, но пока ничего существенного.

– Да?

– Посмотрим, – предостерегает она, явно не желая обнадеживать меня. – Возможно, правильнее было бы сказать, что зацепок недостаточно. Я должна найти больше информации, чем у меня есть. Как будто кто-то намеренно вычеркнул подробности из записей.

Мне знакомо это чувство. Затем я вспоминаю другой случай, когда обнаружила нехватку зацепок. Возможно, все это как-то связано. Корона управляет мельницами, бумажными домами, участками сбора урожая, и я всегда подозревала, что они стоят за смертью матери…

– Могу я попросить тебя заняться кое-чем… кое-кем еще?

– Какая приставучая, – фыркает Алор, но, судя по ее тону, она все же готова выслушать мою просьбу.

– Лейлис Дэйгар. – Когда мама погибла в Пропасти, она носила фамилию Дэйгар. Она нигде не записывалась как Шевалье, учитывая, что поклялась любой ценой хранить ее в тайне. Имена в нашей семье постоянно менялись, и все ради того, чтобы скрыть суть, которую я только начинаю постигать… В нас было нечто большее, чем она позволяла нам узнать.

– Лейлис Дэйгар, – повторяет Алор, явно узнавая фамилию Арины. – Твоя мать?

Я киваю.

– Она умерла в Пропасти при, как мне кажется, подозрительных обстоятельствах. Я хочу узнать, не связаны ли ее смерть и смерть Арины.

– Если это так, то кто-то правда точит на тебя зуб. – Алор складывает руки на груди. От ее проницательного взгляда ничего не ускользает. Она ждет, хочет, чтобы я объяснила причину, поскольку уже поняла, что права.

Но я не собираюсь говорить ничего, кроме:

– По-видимому.

– Хорошо, если наткнусь на что-то, связанное с этой Лейлис, обязательно запишу. Так что не забывай, какая я хорошая.

– Я обязательно отплачу тебе за услугу. – И я не шучу.

– А теперь, если ты не против, я пойду в свою комнату, где не будет слышно твоего храпа. – Она открывает дверь, и я мельком вижу, каким будет мое убежище.

– Я не храплю. – Или храплю?

– Ну конечно. – Алор входит в комнату, и я делаю то же самое.

Комната выдержана в таких же тонах, что и гостиная, и обставлена почти так же, как моя первая комната в общежитии, разве что здесь одна кровать, один письменный стол и один шкаф. Разумеется, сначала я проверяю гардероб. Там полно моей одежды.

Он все это время собирался выгнать меня… Даже когда раздевал меня. Купал меня в ванне.

– Я не понимаю тебя, – шепчу я, надеясь, что Кэйлис нутром почует мои слова. Зачем мы подходим на несколько шагов ближе только для того, чтобы затем разойтись еще дальше? Но я слишком устала, чтобы думать об этом сейчас. Я найду его завтра.

Не теряя времени, я переодеваюсь ко сну. Еще совсем рано. Но сегодняшний насыщенный на события день вымотал меня настолько,