Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Я боялся, что, если обнародую открытие Либры, тут начнется грызня за ресурсы. А она уже идет! И кто ее начал? Я.

Я без зазрения совести сбиваю корабли разведчиков. Сколько убийственных приказов я отдал… Не счесть! Это что, называется, «начать с чистого листа»? Вот так с чистого листа начинают, что ли?!

А люди, которым я дал надежду?! Я методично отлавливал тех, кому нечего терять. Или тех, кто с радостью бы не возвращался на Землю из-за нависших над ними проблем. Теперь они вынуждены присоединиться к разворачивающейся битве. Они будут убивать — тоже по моему приказу. И масштабы катастрофы будут только расти год от года. Но вернуть их на Землю — значит, предать доверившихся мне людей. Разве так должен поступать руководитель?

Или, быть может, вообще пустить все на самотек?.. Пусть будет, как будет. Но нет. Это невозможно. Я — слишком крупная фигура, чтобы для меня такое прошло безболезненно. Но думал ли я о такой ответственности, когда открывал первое предприятие? Думал ли я, что будет так сложно? И не потому что денег не хватает, или конкуренты заели… А потому что больше нет сил держать. И отпустить тоже не можешь. Скоро меня разорвет на части. Я очень хочу уехать, куда-нибудь в самую глубь Либры, поселиться там в небольшом куполе, просто выдохнуть. Но я не могу. И самое сложное — это люди, доверившие мне свои жизни.

***

Это последняя запись в дневнике. Скоро все должно измениться, иначе я не выдержу. Слишком много попыток шпионажа. Слишком много попыток вторжения — прошу отметить, удачных попыток. Да, мы отбиваемся — но мы УЖЕ пустили их к себе домой. Прилетят еще и еще. Это бесконечная война. А потом, когда меня все же переломят, мне припомнят эти сбитые корабли. Убитых бойцов. Мне все припомнят. И я не представляю, чем я буду откупаться. Возможно, только для меня мои создания не имеют цены. А для них это бизнес, и он имеет вполне реальную цену.

Когда делаешь, что любишь, и любишь, то, что делаешь — для тебя все становится бесценным…

Но я очень устал сомневаться в правильности своих действий. Я устал убеждать себя в том, что все происходящее сейчас — закономерно. Надо уметь уходить. Надо научиться уходить. Но как сложно это сделать! И как сложно сделать это правильно.

Чего я хочу? Того же, что и всегда. Открывать новое. Искать бриллианты. Вся моя жизнь — это бесконечный поиск. Новых идей, новых космических маршрутов, обитаемых планет, талантливых людей… У меня нюх, у меня чуйка. Я знаю, что скоро все изменится. Но придется посмотреть правде в глаза. Мы притащили кусочек Земли на новую планету. И здесь начались ровно те же проблемы, что и всегда бывают у людей.

Борьба за власть. Воровство. Предательство. Сплетни. Шпионаж. Подставы. Убийства.

Вероятно, единственный способ начать с чистого листа — оставить этот лист чистым. Не прилетать. Не ставить тут лагеря. Не тащить сюда свои земные принципы.

Главный вопрос — как мне из этого выпутаться и спасти тех, кто смог во всем этом хаосе сохранить мысли в чистоте?..

***

Местное время: 23:23.

Я почувствовал себя неловко, прочтя заметки. Искать ответы на вопросы и копаться в чьей-то душе — совсем не одно и то же. Я почувствовал себя нежеланным гостем. Без спроса вторгся в сокровенное. Хотя, думаю, раз Райли дал мне это прочесть — я и должен был это сделать. Он хотел этого. Зачем-то. Для какой-то своей цели. Что ж, я прочитал. И что теперь с этим делать?

Когда я взглянул еще раз на планшет, заметил, что все записи удалены. Похоже, они предназначались только для разового прочтения. Неплохо, неплохо. Такой компромат явно не стоит хранить на чужом устройстве…

Дверь щелкнула, и в комнату вкатилась Ри на электрической коляске. Я быстро осмотрел ее с ног до головы и отметил, что ноги — точнее, протезы, вновь на месте.

— Жив, чертяка! — обрадовалась Ри, — Мне, конечно, сказали, что ты живой, но когда ты исчез, я, честно говоря, предполагала худшее. Да и я… Видишь, вот, — она смущенно указала на свои ноги, — немножко развалилась, хах! Ну, что стоишь истуканом? Поржал бы хоть с моей шутки, я ж готовилась!

Я слабо улыбнулся и подошел, чтобы обнять ее. Как я рад, что все закончилось хорошо! Ну, относительно хорошо… Так рад, что нет сил радоваться.

Следом за Ри вошел Райли.

— Пойдем, — кивнул он на выход.

— Что, даже без мешка на голову? — съязвил я.

— Да. Вам обоим теперь — да. Выйдем на свежий воздух. Сколько можно тут сидеть, в самом деле.

Райли пошел по коридору первый, я — за ним, а рядом катила Ри.

— Выбрался все-таки, срань сухпайковая! Никак не могу поверить, что выбрался! — стукнула она меня кулаком по бедру.

— Эй, полегче! У меня не стальные ноги, в отличие от некоторых!

— Да что тебе будет! Тебя три раза не смогли убить!

— Вообще-то четыре, — поднял я указательный палец, — но это я потом расскажу. Можно же, Райли?

— Ей — можно. Другим — нежелательно, сам знаешь.

Мы шли по длинному коридору, освещенному яркими лампами. Изредка встречались закрытые двери без каких-либо обозначений. На пути мы никого не встретили. Коридор повернул один раз вправо и один раз влево, после чего вывел нас на просторную террасу на возвышении холма. Ну, как — террасу… Бетонная плита, огороженная по краям. И все. Просто площадка. Тут было довольно ветрено, и Ри поежившись, застегнула куртку.

— Мне придется снова научиться ходить, — сказала она, — но я справлюсь. Я один раз смогла, смогу и второй. И будет даже легче. И в разы быстрее! Зато — чувствительность уже есть. Я могу разгибать колени! Смотри!

И она продемонстрировала, как разгибает попеременно обе ноги, стиснув зубы от напряжения.

— Молодец, — похвалил ее Райли, — я рад, что мы подоспели вовремя.

— Спасибо, Райли.

— Так вы это, — замялся я, впервые видя у Ри искреннюю благодарность в адрес шефа, — нормально говорите, да? Без ворчания и вот этого вот всего?

Райли засунул руки в карманы брюк и прошелся вдоль ограждения.

—