Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

– К сожалению, по этому поводу могу сказать только одно: я человек подневольный, каким бы богатством при этом ни обладал. В руках королевского тайного надзора моя любимая жена, трое детей, мои родители, братья и сёстры. Так что, даже будучи уверен в своей смерти, я вынужден идти туда, куда мне приказывают… Но я постараюсь, очень постараюсь убедить его святость в вашем искреннем желании узнать всё о великом Космосе, а потом и прославиться деяниями, которые выведут нашу цивилизацию в сообщество иных миров нашей Галактики.

В полном молчании наступил наиболее драматический и решающий момент всего визита. Даже глава тайного надзора замер в почтительном полупоклоне, не решаясь без спроса высказать своё мнение.

И Павел Первый решился:

– Хорошо! Отправляйся за Менгарцем немедленно! А я уже сейчас отправлюсь в передовые части своей армии, чтобы организовать встречу на нейтральной территории. Пусть это будет на той большой долине, которая видна со стен покорённой нами столицы Бонтиньеров. Кажется, она называется Сосновой? – этот вопрос задавался какому-то вельможе сзади трона, тот сразу буркнул подтверждение, и император продолжил: – Опять можете сбросить вымпел с посланием. Думаю, детали для подобных встреч, оговаривать не стоит: по сотне сопровождающих рыцарей в традиционном облачении да десяток слуг с креслами и столами. Мне кажется, что Менгарец по рангу значительно выше короля Грома Восьмого, представляет сразу весь Шлём, центральные области второго Щита, поэтому мне с ним лучше будет заодно и все остальные проблемы решить при очной встрече.

Эмиссар никак не мог поверить в услышанное. Хотя некоторые основные выводы сделал, подавая висящим в небе оговорённый ранее сигнал: «Розы рядом нет! В случае неприятностей можно бомбить и жечь всё подряд!» А затем всё-таки пытался прощупать суть предлагаемой встречи, найти подвох в ней, потому что не верил в искренность предложения. Но ни единым словом не имел права спрашивать об этом прямо, только косвенно:

– Его святости будет трудно объяснить свой отлёт, не дав полной картины происходящего его величеству. Всё-таки король Чагара ещё является лидером всего Союза Побережья. Он может обидеться, что это не его пригласили на встречу главным представителем.

– Мне плевать, что там о себе мнит Гром, – дёрнул плечами Павел. – Пусть хоть на пену изойдёт – его мнение ничего не весит. Но если он желает, то может присоединиться к Менгарцу и присутствовать на нашей встрече. Но! Только с правом совещательного голоса. Основные переговоры буду вести только с инопланетянином.

По сути всё было верно, особенно в свете того, если узурпатор Севера и в самом деле вдруг решился и стал ярым сподвижником идеи за скорейший выход Майры в великий Космос. Тогда и в самом деле присутствие отдельно взятого короля на встрече, пусть и официального главы военного союза, ничего не решает.

Но вся беда в том, что Виктор не верил императору. Совершенно. Тот явно задумал какую-то пакость, и придётся ещё много думать, чтобы догадаться, какую именно.

Однако сейчас и в самом деле следовало откланяться как можно быстрее:

– Я понял вас, ваше императорское величество! – склонился он в поклоне, заодно подавая сигнал Чарине: «Будь готова к спуску за мной!» – Сегодня же его святость будет знать о каждом вашем слове.

Император добавил в голос угрозу:

– И пусть не пытается меня обмануть или устроить подлую ловушку!

– Да что вы!..

– Не перебивай! Лучше дослушай… О моей мстительности ходят легенды… – словно они наедине, Павел подался вперёд, будто желая посекретничать: – К примеру… Один мой враг убил моего сына, а потом, скот редкостный, погиб. Так я придумал женить его сына, подождать, пока его ребёнок не вырастет, а потом устрою ему то же самое горе, в котором виню его покойного папочку…

На такое откровение Николай Резецкий только пожал плечами и твёрдо заявил:

– Его святость – самый обязательный человек на планете. Его девиз: «Договор дороже денег!»

– Похвально, похвально!.. – Павел Первый посмотрел в небо и хмыкнул: – Как же тебя эти птички слушаются?

– Мне просто надо позвать их жестом призыва.

– А что они ещё умеют?

– Остальное для меня тайна. Орлы сотрудничают лишь с Монахом Менгарцем, а самостоятельно договориться с ними ни у кого не получается.

– Ну что ж, зови, пусть орёл тебя забирает… И буду ждать скорой встречи! Желательно завтра!

Виктор в самом деле подал знак, и орлица, так и держащая в лапах верёвку с ременным кольцом на конце, стала опускаться к башне. Остальные орлы к тому времени тоже сильно снизились, по причине нарастающей облачности. Похоже, дело шло к дождю. Опять над всей долиной опустилась некая странная тишина, настолько все заворожённо наблюдали, как человек ухватил ремни руками и приподнял ногу, собираясь просунуть её в петлю.

Вроде как для эмиссара всё складывалось прекрасно.

И тут случилось самое неожиданное: в напряжённой тишине, нарушаемой лишь хлопками крыльев, прозвучал винтовочный выстрел.

Глава 5

Кровавая гроза

Всё происходило так неожиданно, что сознание отключалось, тело двигалось само, можно сказать, на одних рефлексах. Пошли в ход те наработки, что уже не раз прокручивались в мозгу во время напряжённых переговоров. Взгляд вверх, и сразу стало понятно, что зависшая над башней птица получила ранение. Взгляд на сатанеющего императора, и понятно, что он такой команды стрелять не отдавал. И мелькнувшее молнией понимание: у кого-то из неопытных стрелков просто не выдержали нервы. Лежащий на курке палец дрогнул, боёк воспламенил патрон, который, к несчастью, оказался в идеальном состоянии, и пуля, пущенная с близкого расстояния, пробила грудь Белой катарги.

Но хуже всего, что в следующий момент все остальные стрелки приняли одиночный выстрел за сигнал к началу обстрела, и с нарастающим грохотом в небо унёсся целый рой убийственных пуль. Рисковая Чарина умерла, не успев даже взмахнуть второй раз крыльями и осознать своё первое ранение.

А