Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Я чётко отработал реакцию удивления. Брови слегка приподнял, голову чуть наклонил. Лицо — открытое, честное, слегка растерянное. Никакой угрозы, никакого вызова.

— А? — поднял взгляд. — Да вот прапор пристал. Судя по всему, пьяный. Что-то начал говорить про предателя страны Магинского. А потом его зашатало, и он вырубился.

За спиной майора — четверо солдат, все настороже. Руки на оружии, взгляды цепкие, оценивающие. Стрельба и вой сирены только усиливали их бдительность.

Я мысленно перебирал варианты развития событий: «Нападут? Арестуют? Поверят? Убить их всех можно за секунды — десятый ранг решит проблему мгновенно, но тогда весь план рухнет».

Магический фон вокруг бушевал: срабатывали защитные артефакты, одни монстры гибли, другие прорывались дальше.

Короткостриженый офицер не очень поверил в мою легенду. Посмотрел на меня и на Грынко, лежащего без сознания, поморщился.

Запах сивухи от прапорщика достиг моих ноздрей — крепкий, резкий, отвратительный. Дешёвый самогон, которым я напоил его… Никаких подозрений. Просто пьяный прапор, сваливший с поста.

— Новенький? — спросил он.

— Так точно! — я выпрямился. — Булгаков Павел Александрович. Прибыл для инструктажа.

— Чего? — хмыкнул мужик.

В глазах майора мелькнуло что-то. Недоверие? Подозрение? Или просто усталость от очередного новобранца?

— Магическая подготовка, работа в группах, защита и нападение, — продолжал я отвечать.

Говорил уверенно, чётко, как человек, знающий свою цель и миссию. Никаких лишних деталей, никаких уточнений. Простые, понятные фразы, стандартные формулировки, которые не вызовут вопросов.

Майор смотрел мне прямо в глаза, искал ложь, сомнение, страх. Я смотрел в ответ — открыто, прямо.

— А у тебя самого какой ранг, сопляк? — поправил он кобуру на поясе.

— Десятый! — отчеканил.

Несколько его сопровождающих кашлянули. Реакция ожидаемая — недоверие, скептицизм, презрение к наглому сопляку, который врёт о своём ранге. Типичная реакция опытных военных на молодого выскочку.

— Брешешь! — скрипнул зубами майор.

Глаза сузились, челюсть напряглась. Тело слегка подалось вперёд — классическая поза доминирования. Попытка заставить отступить, признать ложь, сдаться.

— Никак нет, — помотал головой.

Ни капли вызова, ни грамма дерзости. Просто констатация факта.

— А ну, покажи! — приказал майор.

Кристаллы формировались мгновенно, росли, множились. Воздух вокруг стремительно охлаждался. Дыхание превращалось в пар, а земля под ногами покрывалась инеем. Я усилил движение магии, и офицерам с рядовыми пришлось отступить.

— Хватит! — махнул он рукой.

Прекратил поток магии мгновенно. Ни капли лишней энергии, полный контроль. Демонстрация не только силы, но и мастерства.

Теперь майор стоял и хлопал глазами. По лицу стекала вода от растаявшей магии, форма мокрая, но все дышали полной грудью. В глазах офицера — уважение, смешанное с опаской. Десятый ранг — это не шутки. Таких магов мало, очень мало, и каждый — ценность для армии.

Один из солдат за спиной майора тихо присвистнул, другой пробормотал что-то под нос. Демонстрация произвела впечатление.

— Хорошо… — выдавил из себя один из них. — В такой зной самое то.

— Ладно! — махнул рукой мужик. — Проверьте.

К Грынко подошли рядовые, наклонились и тут же поморщились.

— Сивуха, — выдал первый.

— Жуткая, — добавил второй. — Такой и отравиться можно.

Запах бил в нос даже с нескольких шагов. Крепкая, дешёвая, токсичная смесь.

Майор смотрел на меня и думал. Я был готов, если нужно, действовать по-плохому и громко… Значит, так. Пусть придётся менять планы, но задерживаться тут я не собираюсь.

— Его в карцер! — указали на прапора. — Достал уже. Пятый раз он нализывается.

— Есть! — тут же дёрнулись проверяющие.

Солдаты подняли бесчувственное тело. Голова Грынко безвольно свесилась, руки волочились по земле. Прапор не подавал признаков жизни — только ровное дыхание говорило, что он жив.

— А ты… — майор кивнул мне. — Я жду от тебя хорошей работы. А то у нас сопляки-маги есть, но мозгов у них — кот наплакал. Ещё мамкину сиську изо рта не выплюнули.

— Как прикажете, — вытянулся я.

Группа удалялась. Выдохнул, подумав: «Было очень близко. Чуть не раскрыли…»

Из задницы Грынко торчала иголочка правды. После он ни хрена не вспомнит. Ну, или у него в памяти всё размазано будет.

Сирена постепенно утихала, а моя маленькая диверсия подходила к концу. Монстры выполнили свою задачу — отвлекли внимание, создали хаос, дали мне возможность решить проблему с Грынко. Хомяк внутри плакал по погибшим.

Я сел обратно на бревно. Итого? Можно попытаться пройти через всё, что они тут настроили. Даже если я это сделаю, а других вариантов нет, что дальше? У меня будет день форы. Потом подтянут писю к носу, и всем станет понятно, что Булгаков — это Магинский, и он ушёл к туркам.

Пальцами постучал по бревну — твёрдое, шершавое. Обстановка вокруг постепенно успокаивалась. Сирена уже не выла, солдаты возвращались на посты. «Опасность миновала», — так думали они. На самом деле, всё только начинается.

Посмотрел в сторону Османской империи и моей территории. Уверен, что меня там ждут, но пока не знаю. И так должно оставаться. Значит, нужно как-то отвести от себя подозрение. Устало посмотрел на всю защиту, подумав, что придётся тут целое шоу устраивать.

План начал формироваться в голове — чёткий, поэтапный, просчитанный до мелочей.

Первое: отвлечение внимания. Масштабное, зрелищное,хаотичное, чтобы выглядело, как настоящая атака.

Второе: создание бреши в обороне. Временной, незаметной, достаточной для одного человека.

Третье: инсценировка собственной смерти. Уничтожение следов, создание ложного трупа.

Четвёртое: незаметное преодоление границы в суматохе боя.

Критические точки, вероятности успеха, возможные осложнения — всё учитывалось, анализировалось, встраивалось в единую стратегию.

Я взял палочку и начал чертить план под звуки рыдающего хомяка внутри себя. Он знал, что мне придётся пожертвовать монстрами, другого выхода нет. Всхлипывал и винил судьбу-суку, которая так безжалостна к его маленькому сердечку.

На земле появлялись линии, схемы, символы. Карта укреплений, расположение патрулей. Траектории прожекторов, минные поля, магические барьеры. Линии получались неровными, но читаемыми. Для чужих глаз — бессмысленные царапины, для меня — детальный план операции.

Расписал тайминг с точностью до минуты. Когда выпустить песчаных змей. Когда активировать степных ползунов. Когда запустить мясных хомячков. Когда инициировать взрывы. Когда инсценировать свою смерть.

Песчаные змеи — первая волна. Уйдут под землю, будут ждать сигнала. Незаметные, смертоносные — идеальные диверсанты.

Степные ползуны — вторая волна. Яд и паралич. Отвлекающий манёвр