Космические циклы романов - Юрий Константинович Тарарев

никто не видел, и никто не мог обнаружить. Новое поколение воспринимало угрозу как сказку. Киджи, обладающие наследственной памятью Джао, понимали, что угроза реальна и время здесь не имеет значения.

Император Чекиджа выстроил неприступную оборону вокруг звездной системы, а что касается самой планеты Лагуна, то ее сплошным кольцом опоясывали боевые станции и платформы.

На дальних подступах дежурили специальные патрульные эскадры, экипажи которых состояли исключительно из представителей Киджи. Они в постоянном режиме мониторили и прощупывали вселенную ментально и телепатически, с одной целью – обнаружить флоты Измененных на дальних подступах и попытаться встретить на марше.

На всех этапах год за годом велась рутинная работа, рутинная служба, рутинное сканирование вселенной. Конечно, «глаз замыливался», бдительность притуплялась, рутина затягивала. Император понимал такое состояние и периодически устраивал встряски учебными проверками и боями. Те, кто не справлялся, с флота списывались без разговоров и сожаления. Положиться он мог только на деда и его друга Антона. Самым приближенным лицом к императору была Лея, да, именно та самая, бывшая жена Андрея Светлова, отца Чекиджи.

Нет, они не стали близки, отношения были чисто деловые, оба ценили друг друга за деловитость, принципиальность и профессионализм, а также умение находить решения в безвыходных ситуациях.

Отношения выяснили много десятков лет назад и больше никогда к этому вопросу не возвращались. Лея отпустила Андрея и вычеркнула его из своего «сердца», император знал это, ценил и как-то при случае сказал своей матери Лон. Та ответила мудро:

– Сынок, я никогда не сомневалась в твоем отце, ни тогда, в прошлом, ни сейчас, в настоящем, не буду сомневаться и в будущем. Я в него верю.

Император запомнил слова матери на всю жизнь, отцу верил безоговорочно и безгранично, Свела уважал, мать любил, а вот своей семьи так и не создал, видимо, время не пришло, не встретил ту единственную и неповторимую. Куда торопиться, жизнь-то вечная, встретит еще. Никто не старел, часть общества всегда была молода.

Здесь нужно сказать, что во всех цивилизациях сохранились обыкновенные биологические существа, не пожелавшие становиться Кибдиго, их не соблазнила вечная жизнь. Они рождались и умирали, бессмертные к ним привыкали во время жизни, потом оплакивали, когда умирали. Эта прослойка во всех цивилизациях держалась стойко, и ее численность практически не менялась. Бессмертные относились к ним с уважением и всячески помогали, изобретая различные медицинские препараты и технологии. Таким способом сумели продлить жизнь обычных смертных до двухсот лет в активном состоянии. Работали смертные там, где хотели, никаких ограничений.

В общем, сумели создать две огромные звездные империи с относительно комфортным внутренним социальным климатом, где все слои вписывались в общую структуру довольно гармонично.

Император последнее время много размышлял над стратегией и тактикой обоих звездных объединений и приходил к выводу, что приходится много ресурсов тратить на оборону и вооружение. Поразмыслив, решил поделиться сомнениями с председателем Свелом. Тот выслушал и постарался ответить предельно дипломатично:

– Я понимаю твои опасения, Чекиджа, и твою озабоченность колоссальными тратами на вооружение и содержание военного потенциала. Действительно, средств уходит очень много, на эти средства можно было бы сделать и построить много хорошего.

– Вот и я о том же, Измененных нет. Мы ни разу, нигде, никого не обнаружили. Может быть, они решили уйти и больше никогда не столкнуться с нами?

– Очень оптимистичный вывод, подтвердись он, это было бы лучшим подарком нашим цивилизациям. Но нет, так не будет, загляни в себя, и ты поймешь, они пойдут на нас войной, им нужна планета Лагуна.

– Зачем им планета? Из-за излучения ядра? Если так, то за это время мы так усовершенствовали излучатели, что они стали лучше, чем естественное ядро планеты.

– Верно, но Измененные об этом не знают. Нельзя исключать, что они тоже усовершенствовали излучатели, но это их не остановит, нужно быть начеку, нас могут атаковать в любой момент. Их корабли, выйдя из порталов, сразу откроют огонь, пытаясь использовать эффект неожиданности.

– Знаю, поэтому заполнил звездную систему боевыми станциями и платформами, не говоря уже о флотах. Выйти из портала в нашей звездной системе они не смогут, потому что врежутся в какой-нибудь объект. Скорее всего, нанесут удар за ее пределами, но я и там готов атаковать их в любой момент, они этого не ожидают.

– Возможно, Чекиджа, ты слишком оптимистичен и самонадеян. Помни, Измененные так же умны, как и мы, обладают колоссальным тысячелетним опытом завоевания цивилизаций, и просто так их не победить. Без сомнения, они будут применять оружие «ПОСЛЕДНИЙ ВЗДОХ».

– Для оптимизма есть основания, я учел все, что может произойти, и подготовился к любому варианту развития событий. Даже к такому сценарию, когда они нападут на галактический союз, чтобы отвлечь все силы на борьбу в этом секторе вселенной.

– Вполне возможный сценарий, скорее всего, так и будет, их задача – завладеть этим сектором вселенной и покончить с нами. Их цель – полное и всецелое господство во вселенной, и ни с кем они его делить не будут. Так Джао устроены, так они поступали тысячи лет и вряд ли изменились.

– Концепция рабочая, но на цели Измененных могла повлиять трансформация. Джао случайно завладели вакциной и всеми технологиями Кибдиго. После этого захватили необходимое количество вакцины и пропали. Теперь, наверное, начали производить ее сами. Вопрос: зачем воевать с нами, если у них и так ресурсы неограниченны?

– Император, логика в твоих рассуждениях есть, но война логике не подвержена, скорее отличается алогичностью.

– Нет, председатель, не пойдет, такой посыл неубедителен. Как насчет аргументов?

Свел понимал, убедить императора трудно, умен и своенравен, прислушивается только к железной логике, основанной на аргументах, замешенных на фактах.

– О логике можно говорить много, но я военный в прошлом, и она меня учит только одному – хочешь мира, готовься к войне. Я уверен в нападении еще и потому, что предчувствую – увы, этот аргумент не подается логике.

– Согласен, предчувствие – фактор необъяснимый, ненадежный и предположительный.

– Пусть так, но шестое чувство меня часто выручало.

– Ладно, оставим этот разговор. Соглашусь, поддерживать обороноспособность на том уровне, который мы достигли сейчас. Но если найду подтверждение того, что Измененные покинули этот звездный сектор, то изменю внутренний вектор развития цивилизации.

– Будущее покажет, как оно все сложится. Наша слабая сторона только в одном – противник знает, где мы, и наблюдает за нами. А мы не знаем, где Измененные, не знаем, откуда ждать удара и какими силами.

– Стоп, здесь вы правы, маршал, я как-то упустил этот момент. Если они за нами наблюдают, то знают о нас все или