Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

немедленно подал ему порцию овсяной каши с ягодами и кофе в фарфоровой чашке. — Успел и по делам кое-каким пообщаться. Кстати, о делах… Отец, у меня к тебе очень важный вопрос, есть минутка?

Отец поднял брови, откладывая в сторону газету.

— Ого. Ну, раз важный — задавай. Мне очень интересно, что у тебя там за дела такие! — ответил мужчина.

— Да на самом деле не глобальные, но все же… — сделал паузу Артемий. — Скажи, отец, а есть ли у нас сейчас в Москве какой-нибудь… Ну, небольшой корабль? который может перевезти небольшой груз, типа там ящиков двадцать?

— Хм, — отец задумался, постукивая пальцами по столу. — Вообще-то, есть. «Северный ветер». Ждем груз из Китая дней через пять, потом будем развозить его по регионам. А тебе-то зачем эта информация?

— Я хотел бы попросить воспользоваться им для личных дел, — Артемий сделал вид, что увлечен своей кашей, разглядывая в ней кусочки клубники. — Нужно перевезти один товар. Решил немного заняться перекупом. Там, знаешь, такие декоративные кристаллы для интерьера. В Москве, я уверен, пойдут на ура! И, разумеется, все расходы по кораблю — за мной.

Лицо отца выразило неподдельное удивление, а затем озарилось гордостью. Его сын, мажор и гуляка, наконец-то проявлял деловую хватку!

— Артемий! Я очень рад за тебя. Ты наконец-то начинаешь превращаться из мальчика в мужчину, — он кивнул, и в его глазах мелькнула редкая теплота. — Хорошо. Я передам информацию капитану судна. Они будут ждать твоих указаний, но смотри, — отец поднял палец, — чтобы без приключений у меня, а чисто по делам использовал!

— Отец, будь спокоен, — Артемий сделал глоток кофе. — Мне нужно просто перевезти камни… Очень красивые камни… Отлично! Большое спасибо, папа!

С машиной и кораблем вопрос был решен. Артемий, допивая кофе, ломал голову над последней, самой главной проблемой — поездом. Знакомых в железнодорожной сфере у него не было. Решил действовать в лоб, так сказать, холодный выход напрямую к клиенту.

На вокзал его отвез личный водитель на отцовском машине. Артемий вышел на перрон, ощущая на себе любопытные взгляды окружающих. Он изучил расписание на огромном табло, выписал в блокнот подходящие составы: пассажирский скоростной «Сапсан» и грузовой перевозчик, идущий транзитом через Москву. Логика подсказывала, что нужно договариваться напрямую с машинистами. С номерами поездов он отправился на запасные пути, где, как он предполагал, команды готовят составы к отправке.

Воздух здесь пропах маслом, углем и металлом. Это был как будто другой мир, шумный и грубый. Сначала он подошел к скоростному пассажирскому поезду. Осмотрев его, быстро сообразил — нет багажного вагона. Отцепить пассажирский вагон с людьми? Безумие, на которое не пойдет никто. Поэтому этот вариант можно было вычеркнуть из списка.

Тогда он направился к грузовому составу длиной в пару-тройку десятков вагонов. И тут ему повезло больше. Возле мощного локомотива копошилась бригада — несколько мужиков в замасленных комбинезонах. Артемий, щеголяя в своем безупречном пальто, которое здесь казалось костюмом инопланетянина, подошел к ним.

— Эй, мужики, а кто тут у вас главный? — спросил он с привычной снисходительностью, с которой обычно обращался к официантам.

Работяги сидевшие на шпалах и ковырявшиеся в зубах, переглянулись. Один, коренастый, с руками, украшенными татуировками, ответил:

— Мужики на шпалах сидят, а мы — машинисты да механики. А старших нет у нас — все равны тут. Демократия это называется.

— Ладно, скажу по-другому, — Артемий снизил тон, понимая, что его первоначальный подход не сработал. — Есть предложение денег заработать. С кем могу переговорить?

— Со мной можешь, — отозвался тот же коренастый. — Степан меня зовут, машинист я. Что надо-то тебе, барин? Такие, как ты, редко приходят сюда о чем-то просить. На моей памяти вообще впервые.

— Отойдем в сторону? — предложил он, стараясь сохранять достоинство.

— А у меня от моих секретов нет, — уперся Степан, широко расставив ноги. — Мы тут все свои. Говори, что хочешь! Не тяни время!

— А у меня секреты имеются, — холодно ответил Артемий, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией.

Степан не стал настаивать. Они отошли на пару шагов, но все равно находились в поле слышимости остальных.

— Короче, Степан, дело такое. Нужно завтра погрузить наш товар в ваш последний вагон и в определенном месте его… Отцепить. Начальству скажешь, что технические неполадки. А мы вам за это на всех — пятьдесят тысяч имперских. Что скажешь?

Степан посмотрел на него, будто на дурака, долгим тяжелым взглядом и плюнул себе под ноги.

— Барин, а не пошел бы ты в задницу? — отрезал он грубо, без всяких церемоний.

Артемий вспыхнул от возмущения, как от пощечины.

— Да как ты смеешь со мной так разговаривать, чернь! Ты знаешь, кто я⁈

— Да мне похрену, кто ты вообще такой, — Степан даже не повысил голос. — На подсудное дело меня и моих ребят тащишь. Отцепить вагон? Да у нас потом комиссия месяц с лупой все документы будет изучать! Да никакие мне деньги не нужны. Все, разговор окончен. Проваливай давай отсюда, пока не сдал тебя, куда положено!

Он развернулся и пошел назад к своим. Артемий остался стоять в полной растерянности, чувствуя себя не иначе как мальчишкой. Он не привык к такому обращению. В его мире все решали связи, деньги и статус. Здесь эти категории как будто бы не стоили ничего. В отчаянии он набрал номер Алексея.

***.

Я стоял у входа в офисе Севера на Думскую, готовясь к встрече, когда в кармане завибрировал магофон.

— Да, Артемий, ты что, уже все провернул? — спросил я, прижимая трубку к уху.

— Не совсем, Алексей, — в голосе слышалась досада и растерянность. — С машиной и кораблем все решено. А вот с поездом задница полная. Эти… Рабочие… Они совсем неадекватные! Не знаю даже, что и делать.

— Ох, Артемий, — вздохнул я, представляя себе эту картину: аристократ в пальто против рабочих с грязными руками. — Я тебя услышал. Жди меня на вокзале тогда. Сейчас я порешаю вопрос со своим партнером и заеду к тебе. И не лезь больше ни к кому, понял? Или сходи куда-нибудь кофе попей с булочкой с корицей.

Положил трубку. Прибавилось хлопот, что в целом меня уже не удивляло в этой жизни. Я поздоровался с охранником, который кивнул мне как своему, и прошел напрямую в кабинет к Северу.

— О, Леха, здорова! — Север сидел за столом и курил сигару. — Ты что, приехал еще образцы брать для демонстраций? Как вообще скатался? Есть результаты?

— Привет, Север! Да нет, демонстрации больше не нужны. Я все продал. Все двадцать ящиков. И полупустой ящик обещал отдать бонусом. Вот твои деньги,