Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

тени, образуя странную троицу: вечно задумчивый я, наигранно суровый здоровяк и аристократ-стиляга. И вот наконец на горизонте показалась обещанная Севером грузовая машина с номерами, заканчивающимися на 666. Она двигалась медленно, будто оценивая обстановку. Хотя на самом деле они точно переживали за груз, который везли. Думаю, что кто-то из них был тогда в порту, когда мы впервые их опробовали.

Одновременно с этим со стороны входа на вокзал вышли Степан и два его механика.

— Ну что, ваши вещички приехали? — бросил Степан, не глядя на Артемия.

— Естественно, а как иначе, дружище? — кивнул я. — Давайте, Степан, работаем. Покажите, куда машине лучше проехать, чтобы таскать ящики не через весь вокзал.

Он что-то сказал своим ребятам, и те провели нас к дальним воротам вокзала, оттуда мы смогли максимально близко подъехать к последнему вагону. Ворота с грохотом открылись, явив нам площадь для погрузки. Машина медленно подъехала задним ходом прямо к вагону. Из кабины вышли двое крепких парней в простой одежде, с каменными лицами. Они молча принялись за работу. За что я любил людей Севера они мало говорили и больше делали.

Погрузка двадцати ящиков заняла около двадцати минут. Это был слаженный механизм, в котором работала каждая его часть. Ящики передавались из рук в руки, их ставили вглубь вагона, закрепляли деревянными клиньями. Сашка, не выдержав, тоже подключился, демонстрируя свою богатырскую силу, перенося по два ящика сразу. Я попросил его так не делать, ну нахрен эти риски, да и торопиться нам было пока некуда. Артемий и я помогали, составляя живую цепь.

Когда последний ящик встал на место, Степан кивнул.

— Ну все, пассажиры, занимайте свои купе. Через час отправление. До места отцепки — часов шесть. Сидите тихо, не светитесь особо. Когда мы будем близки к нужному месту, я сбавлю ход, и вам нужно будет вручную отсоединить вагон, — он показал, как это делается, вроде бы ничего сложного, справимся.

Мы втроем зашли в темноту вагона. Ворота закрылись, и нас поглотила почти абсолютная тьма, нарушаемая лишь узкими полосками света из щелей в стенках. Воздух внутри был холодным.

— Уютненько тут, почти как дома, — саркастически усмехнулся Артемий.

— Это тебе не в личном купе ехать, барин, — поддержал диалог Сашка, усаживаясь по-турецки в одном из углов.

Я также занял самый дальний угол, прислонившись спиной к прохладной металлической стенке. Вскоре раздался мощный гудок, локомотив дернулся, и состав медленно, со скрежетом, тронулся в путь. Ритмичный стук колес стал саундтреком этой поездки.

Сашка и Артемий довольно быстро сдались и уснули, несмотря на не самые комфортные условия. Скоро я услышал их спящее дыхание. Сашка посапывал, как трактор, Артемий — дремал почти бесшумно. А я выспался, поэтому в какой-то момент мне стало очень скучно. От нечего делать я подполз к двери, нашел небольшую щель и прильнул к ней глазом.

За окном проплывала ночная Россия. Темные силуэты спящих деревень, одинокие огоньки сторожек — этот монотонный пейзаж навевал на меня различные мысли. Иногда было полезно побыть наедине с самим с собой и просто подумать.

«А что ждет меня дальше? — размышлял я. — У меня же, по сути, нет никакого плана на несколько шагов вперед, а это совсем не дело. Работа на Севера, конечно, клево. Деньги, адреналин, какие-то возможности, которых не было раньше. Наконец-то я снова становлюсь тем, кто не просто плывет по течению, а сам решает, в каком направлении будет двигаться его жизнь. Но все-таки… Какие у меня перспективы дальше? Быть вечно на побегушках у самого опасного криминального авторитета района? Жить в ожидании, когда ты совершишь одну ошибку, и тебя спишут, как состарившуюся лошадь? Выбросят на обочину, а то и вовсе. Нет, это точно не моя история».

Я посмотрел на спящих друзей. На Артемия, который искал в этой авантюре острых ощущений и, может быть, способа доказать что-то отцу. Не думаю, что его основной мотивацией были деньги, нет! Он мог спокойно жить себе в кайф, как это часто делают дети богатеньких родителей. На Сашку, для которого это была не просто крутая работа и способ обзавестись деньгами, а еще и игра, которая делала его серую жить хоть сколько-то яркой. А для меня? Для меня это было только начало. Выходить из игры — смертельно опасно. Оставаться в ней — еще опаснее. Нужно было искать свой путь, и это именно то, о чем стоило задуматься, когда мы закончим это дело.

Эти мысли крутились в голове, пока стук колес не начал меняться. Он стал реже. Поезд явно сбрасывал ход.

— Парни, встаем! — мой голос прозвучал резко в тишине вагона. — Тот самый момент настал! Пора действовать!

Оба вскочили, как по команде. Артемий, мгновенно проснувшись, потянулся к своим дорогим кроссовкам, которые почему-то снял, когда ложился спать. Видимо, привычка. Сашка протер глаза кулаками.

— Что, приехали? Так быстро! — сказал он. Конечно, быстро, когда всю дорогу храпел как кабан.

— Сейчас отцепляемся. Сашка, со мной. Артемий, смотри по сторонам, все ли в порядке.

Мы с Сашкой подобрались к механизму сцепки. Сработали быстро и молча. Раздался резкий металлический звук, и наш вагон сильно дернулся, а могучий состав, не обращая на нас внимания, продолжил свой путь, скрывшись в ночи, оставив нас в гробовой тишине на запасном пути посреди леса. Первая часть плана получилась.

Мы стояли, прислушиваясь к ночной тишине. Минут через пятнадцать вдалеке замигали фары. Подъехал небольшой грузовик.

— Это наши! Они нас нашли, — выдохнул Артемий.

Началась новая погрузка. Теперь мы втроем перетаскивали ящики из вагона в машину.

— Только аккуратнее, парни, — не уставал я повторять, глядя, как Сашка бережно, как хрустальную вазу, ставит очередной ящик в кузов. — Одно неловкое движение, и тут такое шоу будет…

Когда погрузка закончилась, мы прыгнули в кабину и поехали дальше. Дорога через лес была настоящим кошмаром. Грузовик подпрыгивал на ухабах и колдобинах, проваливался в колеи. Каждый удар мог стать последним, что я почувствовал в своей жизни. Я сидел, вцепившись в ручку двери, и представлял, как от одного особенно сильного толчка все двадцать ящиков одновременно превращаются в огненный шар.

— Веселая дорожка, — пытался шутить Артемий, но его голос был не таким позитивным, как обычно

— Молчи, пожалуйста, Артемий! И без того тревожно! — буркнул я.

Наконец сквозь деревья блеснула водная гладь. Мы выехали на пологий берег реки. Вода была темной, и у старого причала, слабо освещенного фонарями, стоял небольшой корабль Артемия.

— Снова погрузка, — вздохнул я, чувствуя, как устали мышцы. — Чувствую себя не продавцом оружия, а портовым грузчиком с многолетним стажем.