Первые шаги - Наталья Овчар

как будто лопнул большой мыльный пузырь. Русалки подплыли к плоту, а затем веером рассыпались в разные стороны. Всеслав взял весло, чтобы подгрести к берегу, но вдруг вскрикнул и, бросив его обратно, кинулся к сети, что лежала возле мачты. Он схватил её и закинул в реку. Эту сеть Света обнаружила в шалаше, когда ещё только начала своё путешествие. Девочка посмотрела в воду и ахнула: та бурлила от мечущейся рыбы. Пока она стояла, разинув рот, царевич уже с усилием вытягивал сеть обратно. В ней бились крупные рыбины.

— Вот и обед! — радостно крикнул Всеслав.

— Спасибо вам, русалочки! — поблагодарила Света, придя в себя от изумления.

Русалочья царевна вынырнула рядом с плотом и, весело подмигнув, снова ушла под воду.

Ребята выбрались на берег и развели огонь. Всеслав, которому было не впервой заниматься стряпнёй во время своих самостоятельных походов, почистил и выпотрошил несколько рыбин, нанизал их на веточки и подвесил над углями, когда костёр почти прогорел. Марлон и Волчок к этому времени уже закончили с обедом и дремали в тени кустов. Гнедко пасся рядом, недовольно пофыркивая, когда надоедливые слепни садились ему на морду.

Ото всех этих приключений и переживаний у Светы разыгрался аппетит. Запечённые рыбины, покрытые золотистой корочкой, оказались невероятно вкусными. После того, как подростки насытились, Всеслав закоптил оставшуюся рыбу, бросив в костёр ольховых веток. Когда она остыла, царевич завернул её в листья лопуха и перенёс на плот. Затушив водой тлеющие угли, ребята продолжили свой путь.

Как только плот вписался в течение реки, русалки снова окружили его, ожидая, когда девочка начнёт читать новую сказку. Но сначала они все представились, назвав Свете свои имена. Царевну русалок звали Милу́ша. Конечно же, девочка прочитала ещё одну сказку, а потом до самого вечера она, Всеслав и Милуша разговаривали, стараясь узнать друг о друге как можно больше, а остальные русалки с любопытством прислушивались к разговору, не смея донимать девочку расспросами в присутствии своей царевны. Это, впрочем, не мешало им постреливать глазками в сторону мальчика, вызывая у того румянец на щеках. Они тихонечко хихикали и переговаривались между собой, всплывали недалеко от него группами или поодиночке, стараясь всячески привлечь внимание Всеслава. Наконец они всё же привлекли внимание — своей царевны, которая сердито шикнула на них, призывая к порядку.

Света пригласила Милушу на плот, чтобы им было удобнее разговаривать. Заодно она смогла лучше рассмотреть русалку. Царевна оказалась невероятной красавицей. Золотистые длинные волосы с едва заметным зеленоватым оттенком свободно падали на плечи, кроме нескольких прядей, заплетённых в косички и накрученных с правой стороны в нечто авангардное, закреплённое тем самым золотым гребнем, похожим на корону. Получилась ли такая причёска после того, как Милуша вытащила свой гребень из волос во время клятвы или это изначальная задумка, девочка спрашивать постеснялась, хотя и очень хотела. У русалочьей царевны была очень бледная кожа, нереально яркие зелёные глаза и коралловые пухлые губки, изящные руки с длинными тонкими пальцами… Не девушка, а мечта! Вместо привычного лифчика от бикини, в котором обычно изображают русалок художники, на царевне красовался ассиметричный топик ещё более авангардного вида, чем причёска. Полупрозрачный фосфоресцирующий материал, пропущенный под рукой, оставлял одно плечо открытым. Закреплённый на другом плече в двух местах, он образовывал своеобразный рукав, не доходящий до локтя. Сама ткань на уровне груди богато украшена вышивкой из крупных и мелких жемчужин, причём не речных, неправильной формы, а именно морских — идеально ровных и круглых. По краю ткани сверкала кайма из рыбьих чешуек красного и золотистого цветов в тон окраски Милушиного хвоста. Край топика спускался рваными углами ниже пупка до того места, где кожа русалки начинала переходить в мелкие золотистые чешуйки. Дальше чешуя становилась более крупной, а её цвет ближе к концу хвоста постепенно уходил в красноватый отлив. Сами лопасти раздвоенного хвостового плавника, будучи, в основном, золотого цвета, по краям становились алыми.

Света не удержалась и спросила, из чего сшита одежда у русалок, на что получила ответ — из рыбьей кожи.

— Но она такая нежная и тонкая! Неужели из неё можно что-то сшить? — удивилась девочка.

— Да, рыбья кожа тонкая, но после выделки становится не хуже шкур животных, что используете вы, люди, и даже лучше. Она крепкая и совершенно не намокает в воде, — объяснила русалка.

Солнце уже садилось, когда путешественники увидели вдалеке на правом берегу реки скалу, похожую на палец. Пора было устраиваться на ночёвку. Всеслав направил плот сначала к левому берегу, взял Гнедка под уздцы и вплавь перебрался с ним на правый берег. Волчок последовал за ними. Русалки окружили тем временем плот и отбуксировали его на противоположный берег, а затем снова обеспечили царевичу удачную рыбалку, чтобы пополнить у ребят запас пищи на ближайшие дни. Поужинав, Света и Всеслав уснули возле костра, утомлённые впечатлениями прошедшего дня.

Глава 7

Проводник

С рассветом ребята наскоро перекусили, накормили своих четвероногих друзей и сердечно попрощались с русалками. Свой плот они крепко привязали к иве, растущей у самой воды. Милуша пообещала приглядывать за ним, а перед самым расставанием протянула Свете свирель, сделанную из камышинки.

— Прими, Берегиня, мой дар на память. Не смотри, что он выглядит скромно. Если тебе надо будет усыпить врагов, то сыграй на этой свирели любую мелодию, даже самую простую, и всех вокруг, кроме тебя, кто услышит эти звуки, сморит крепкий сон на половину дня или на половину ночи. А если потребуется наша помощь, то закрой пальцами все отверстия вдоль свирели и резко дунь три раза. Все русалки, которые окажутся в пределах её магической слышимости — речные, озёрные и морские — придут к тебе на помощь.

— Ой, спасибо, Милуша! — воскликнула девочка. — Я бы тоже хотела тебе что-нибудь подарить на память, но только не знаю — что. У меня ничего такого полезно-волшебного нет.

— Подари мне книгу со сказками, — попросила её царевна. — Ты всего-то две успела нам прочитать.

— Конечно, с удовольствием подарю, только она же размокнет в воде, — огорчилась Света.

— А ты сделай её непромокаемой, — тихонько подсказал Марлон.

— Точно! — обрадовалась девочка. — Я всё время забываю, что можно колдануть для пользы дела.

Она вытащила книжку из рюкзачка и задумалась, как же сделать её непромокаемой. Света вспомнила, что мама ламинировала какие-то важные бумаги, чтобы они не обтрепались со временем:

Чтобы в книге каждый лист

Сохранён был сух и чист,

В гибкий пластик заключаю

И