Вечно голодный студент 7 - RedDetonator

Орла шарахнуло мощным разрядом тока, он начал отпускать мой рюкзак, а я извернулся и схватился за его левую лапу.

«Теперь так просто мы не расстанемся, шлюха…» — с тупым хладнокровием подумал я и начал карабкаться на эту суку.

Не сумев справиться с пережитым шоком и потрясением, орёл дал слабину и начал снижение, но затем яростно клекотнул и заработал крыльями.

Он посмотрел на меня своим красным левым глазом — мне показалось, что я увидел в нём смесь негодования и ярости. Но что я точно увидел — это свет разума. Эта сука всё понимает.

Орёл понимает, что оказался в практически безвыходной ситуации: если он снизится, то я забью его до смерти, а если поднимется, то толку от этого не будет, потому что я крепко держусь за его лапу.

А где-то через десяток секунд полёта его птичий мозг посетила отличная идея. Он, приложив максимум усилий, взмыл ещё метров на пятьсот, а затем начал пикирование.

Меня, в процессе этого полёта кондора, развернуло встречным потоком воздуха примерно на девяносто градусов.

Из-за разбалансировки, орла начало крутить вокруг своей оси, вместе со мной.

Мир превратился в цветастый калейдоскоп, с преобладанием голубого цвета.

Впервые за долгое время, я начал испытывать ощущение тошноты, но затем всё очень быстро прошло, так как орёл отвернул от земли и использовал накопленную скорость, чтобы вновь набрать высоту.

Умопомрачительное кручение прекратилось, и я сумел собрать глаза в одну кучу, благодаря чему увидел, что мы снова поднимаемся в небеса.

Судя по изменившимся движениям орла, он переоценил свои силы — он не может исполнять такой высший пилотаж с таким тяжёлым пассажиром на борту, поэтому его крылья бьют с надрывом, а сам он клекочет, как мог бы клекотать орёл-пауэрлифтер при выполнении последнего подхода с предельным весом.

«Надо мочить эту суку, пока она не придумала что-то ещё…» — решил я и начал карабкаться по левой лапе.

Размером эта тварь, наверное, с корову — я не знаю, как она вообще летает…

Крылья просто огромные — размах, как минимум, метров 20 или даже 21, а тушка его весит, согласно моему намётанному глазу, уже рассмотревшему орла в качестве объекта для разделки, килограммов 170–190. Ну, точное значение находится где-то в этом интервале…

Если допустить, что в нём полезного мяса будет 45 %, то есть, 75–85 килограммов, то охотиться на орлов практически бессмысленно, потому что овчинка не стоит выделки. Свинопотама найти гораздо легче и уж, тем более, многократно легче замочить.

Но что-то рано я начал прикидывать выручку — нужно, для начала, завалить этого орла и придумать, как приземлиться одним куском.

Хватаюсь за левое крыло, из-за чего происходит ассиметричный взмах крыльев, вследствие чего орла развернуло брюхом кверху, а дальше я вытащил из ножен штык-нож и начал наносить ему колюще-режущие ранения прямо в брюхо.

Орёл заклекотал и нанёс сокрушительный удар клювом мне по башке. Мне показалось, что у меня хрустнула шея, но удар был частично погашен подтулейным устройством и тем фактом, что я был в неустойчивом положении и съехал ниже по его туловищу.

Но башка у меня сразу же заболела, а глаза налились красным.

Только вот меня таким уже не остановить — как камбоджийский мальчик в финале фильма «Солдаты неудачи», я продолжил быстро вонзать штык-нож в брюхо орла, с каждым уколом уменьшая его шансы на выживание.

Орёл снова попытался пробить мне череп клювом, но я сумел уклониться и подставить плечо. Удар получился болезненным, но наплечник с честью его выдержал, поэтому комбо из уколов продолжилось в том же темпе.

Затем он зацепился правой лапой за мою левую ногу, чтобы перехватить меня поудобнее и вновь превратить в беззащитную жертву, но он либо забыл, либо забил, что мы, вообще-то, падаем…

Случился мощнейший удар, и меня с непреодолимой силой вдавило в его окровавленную грудь.

Мне кажется, я ненадолго потерял сознание — полностью оно вернулось ко мне лишь тогда, когда в нос ударила эта характерная вонь от грязных перьев, смешанная с пьянящим ароматом крови.

Упираюсь руками в плоть и с силой поднимаюсь.

В правое колено упирается что-то острое, а левую ногу я будто вообще не чувствую. Пытаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть на причины дискомфорта, но шея остро заболела, а потом мне поплохело до тошноты.

Аккуратно, не делая резких движений, возвращаю голову в исходное положение, а затем ложусь обратно на грудь орла.

Открываю интерфейс, и мне в глаза сразу же бросается длинный список повреждений.

Вчитываться я не стал, потому что нам сейчас не до разбирательств, но краем глаза фиксирую что-то о повреждении позвоночника.

Без лишних колебаний принимаю оффер на 153 тысячи килокалорий — хуй с ними, не жалко…

«Но жалко», — мелькнула в голове мысль.

Форсированная регенерация началась, я больше не рисковал делать ни одного движения. Пусть всё восстановится, а уже потом я буду разбираться, что, кому, зачем и сколько.

Зато меня порадовало уведомление, которое поступило незадолго до того, как я получил основную массу повреждений от падения.

+4327 очков опыта

Новый уровень (6)

Это, конечно, охуительно приятно, но, в то же время, охуительно пугающе. Такое количество опыта не дают за что попало — похоже на то, что я пролетел у самого кончика хуя Смерти.

«Я чуть не сдох…» — осознал я простую мысль. — «Я снова чуть не сдох…»

В таком контексте, это не 4327 очков опыта, а ВСЕГО 4327 очков опыта. По моему субъективному ощущению, я заслужил, минимум, 10 000 очков опыта, потому что это был пиздец…

— Я затыкал ножом гигантского орла… — прошептал я потрясённо.

Затылок ожесточённо зачесался, как и, почему-то, макушка.

Появилось новое уведомление, но на этот раз оно сообщило, что у меня в черепе находится какой-то инородный предмет, который препятствует форсированной регенерации.

Медленно, очень медленно, вытягиваю правую руку, после чего касаюсь верхней части «Алтына». Это точно результат того удара орлиным клювом.

«Ох, блядь», — подумал я, нащупав обширную вмятину. — «Кажется, мне пиздец».

Глава пятая

Жилье для малоимущих

*Азербайджанская Республика, Шабранский район, на холме, 17 декабря 2027 года*

Шею мне отрегенило только спустя шесть часов и сорок восемь минут.

Но самое главное — шлем погасил большую часть энергии удара клювом и моя черепушка почти не пострадала. Клюв сделал неглубокую борозду в кости и содрал кусок скальпа, но зато я живой, пусть и