Обнулённый 2 - Виктор Рэн

Я на мгновение остановился и повернул голову. Марья облокотилась на стол и чуть склонила голову набок, ожидая моей реакции.

— Он не выполнил условия соглашения, — спокойно ответил я и нашёл в памяти фразу, которую когда-то давно внёс в первый свод правил Братства. — Око за око. Зуб за зуб.

Улыбка тут же сошла с лица Марьи. Я же покинул мастерскую и захлопнул за собой дверь. Её реакция могла показаться странной любому, но не мне. Ведь я знаю, что такой пословицы в этом мире никогда не существовало. Ровно до тех пор, пока я вместе с бандой молодых негодяев не записал ее на бумагу. И было это, кажется, уже чертовски давно.

Бертран всё ещё ждал меня на углу. Он не особо прятался, но внимательно поглядывал на окно мастерской и на дверь. Завидев меня, он тут же выпрямился, и мы вместе зашагали прочь от кожевенной.

— Ну как? — спросил он после короткой паузы.

— Очень продуктивно.

— Нет, ну это понятно, — усмехнулся Бертран. — С Марьей по-другому и не бывает. Но ты хоть подробнее-то растолкуй.

Пока мы добирались до «Угла», я в общих чертах рассказал ему всё, что узнал от Марьи. Вокруг было темно, и тишину периодически нарушал лай собак и разговоры ночных стражников. Рыночная площадь пустовала, а где-то совсем рядом стучала на ветру чья-то ставня.

— Ох, не доведут они тебя до добра, Кассиан, — вполголоса пробурчал Бертран, когда мы подходили к таверне. — Помяни моё слово.

— Кто? — не совсем понял его я.

В ответ Бертран лишь махнул рукой, а его лицо изобразило гримасу вселенского разочарования. На этом моменте мы вошли в «Угол» и поднялись наверх. Лазарь уже свернулся калачиком на полу и спал. Похоже, дневные исследования сильно его утомили.

— Пойду поговорю с Айрис, — шёпотом предупредил Бертрана я.

В ответ он кивнул и устроился на своей кровати. Он также явно намеревался отдохнуть после тяжёлого дня.

Я вышел в коридор, запер дверь и подошёл к соседней комнате. Едва я занёс руку, чтобы постучать, как дверь отворилась, и Айрис впустила меня внутрь.

— Как ты поняла, что я рядом? — с интересом спросил я, пока Айрис запирала дверь.

— А ты как думаешь? — уклонилась от ответа волшебница.

Я присел на край её кровати, и Айрис устроилась рядом. Мне показалось, что амулет из камней давал чуть больше магической энергии, чем ближе я к ней находился.

— Хочу рассказать тебе кое-что, — начал я издалека.

— Насчёт Иеремии? — опередила меня Айрис и продолжила, ответив на мой невысказанный вопрос. — С момента сражения с ней ты немного… Не знаю. Сложно объяснить.

Она повернулась ко мне, и в полумраке комнаты, освещённые лунным светом, её лавандовые глаза затрепетали.

— Я знаю, чего хочет Иеремия, — произнесла она. — Я поняла это ещё в бою. То, как она смотрела на меня… Что говорила… В какой-то момент мне показалось, что я могу слышать её голос у себя в голове.

— Разве у волшебников нет внутреннего барьера, который защищает от ментальной магии? — уточнил я.

— В том-то и дело, что её магия проникла сквозь барьер, — с лёгкой горькой нотой ответила Айрис.

Я рассказал ей про своё видение на поле боя. Про то, как Иеремия приняла её облик после сражения и пыталась достучаться до меня. Про Гедеона я умолчал.

— Если она смогла залезть к тебе в голову, у нас проблемы посерьёзнее, чем я думала, — тут же насупилась Айрис.

— Это из-за навыка, — успокоил её я. — Ко мне в голову она не лезла.

— Всё равно, мне кажется, что…

Тут со стороны двери раздался стук тяжёлых сапог, а затем кто-то требовательно застучал уже в дверь. Я резко подскочил на ноги и мягко шагнул к двери, на ходу поправляя ножны. Требовательный стук повторился.

Я приоткрыл дверь и увидел двух солдат в тёмно-зелёных бригантинах и крепких кожаных шлемах. Оба были хорошо вооружены.

Солдат слева заговорил заученную фразу ровным голосом:

— По приказу барона Шторрена, вы и ваш отряд должны сопроводить нас в Шторрен-форт. И сделать это немедленно.

Я убрал руку с клинка и бросил быстрый взгляд через плечо солдат. За их спинами стоял Райнер с кислым лицом и смотрел куда-то в одну точку на стене.

— Нам понадобится время, чтобы собрать вещи, — ответил я. — Хотя бы двадцать минут.

— Считать по минутам не учён, — строго ответил солдат. — Если не появитесь внизу через четверть свечи, именем барона вы будете объявлены вне закона!

Глава 5

— Готовы, — произнёс я, когда мы спустились вниз.

В зале таверны было пусто, а хозяин вместо протирания кружки стоял, сложив руки за спиной, и подозрительно косился на нас и на людей барона.

Сборы заняли меньше времени, чем четверть свечи. Лазарь плотно завернул демонические останки в тряпку и спрятал за пазухой. Вещей у него было меньше всего, если не считать Айрис, которая всегда двигалась налегке, даже с учетом новенькой кирасы.

Бертран нёс сумку со своим снаряжением, которую, несмотря на спешку, опрятно и быстро отсортировал. Было видно, что за годы службы в Утёсе Ветров он снимался с лагеря и в худших располагающих условиях. Кроме моего подсумка на поясе, у меня теперь тоже была холщовая сумка с ремнём, переброшенным через плечо. Гамбезон я успел почистить еще днем, и он сидел плотно. Жаль только, что мы не успели забрать кольчугу у Ефросиньи.

Солдат оглядел нашу четвёрку с ног до головы.

— Следуйте за мной, — ответил он и пошёл к выходу.

Мы двинулись следом. «Угол» оставался позади нас, я уверен, что в скором времени тихий главный зал с приглушённым огнём и задвинутыми стульями снова наполнится посетителями.

На улице стояло пятеро человек, одетых примерно в тех же цветах, что и ожидавший нас солдат. Райнер уже был верхом на лошади на самом краю освещённой площадки перед таверной. У обочины нас ждала добротная крепкая телега, запряжённая тягловыми лошадьми. Похоже, что быстрые баронские лошади, которых солдаты держали под уздцы, нам были не положены.

— Грузитесь в телегу, — решительно скомандовал солдат и забрался на козлы. — Нечего заставлять барона Шторрена ждать.

Бертран дождался моего кивка и залез внутрь с абсолютно невозмутимым видом человека, ездившего на худшем транспорте и в худшие места. Я забрался следующим и подал руку Айрис. Лазарь с профессиональным интересом окинул взглядом повозку, но всё же забрался в неё последним.

Телега тронулась по тёмным ночным улицам Бракмура. Кузница безмолвствовала, и нас сопровождал