Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

– Номер твоего телефона конечно же, – выпалил Егор. – Чтобы я мог слать тебе каждый день картинки с надписями «Доброе утро» и «Добрый вечер». А еще могу «Спокойной ночи», если захочешь.

Даша и Вика рассмеялись, но теперь вполне добродушно.

– Я и «ВКонтакте» тебя нашел, но ты меня там случайно в черный список добавила… – сообщил Кукушкин.

– Это было не случайно, – ответила Даша. – А очень даже осознанно.

– И как ты могла так со мной поступить?

– Слушай, а ты ведь просто так не отстанешь, верно? – устало сказала Даша.

– Ты права, – подтвердил Степан. – Не отстанет.

– Дай ему свой номер, – попросила Алина. – Всегда ведь сможешь потом снова занести его в черный список.

– И то верно, – вздохнула Даша. – Ладно, записывай.

Егор тут же выхватил из кармана свой телефон с покрытым трещинами экраном и, сияя как начищенный пятак, приготовился записывать.

– А если я приглашу тебя потанцевать, – закончив, спросил Кукушкин, – ты уже сочтешь это за наглость?

– Может, и не сочту, – пожала плечами Даша. – Ради этого мы сюда и пришли.

– Но мы еще даже коктейли не допили, – возмущенно сказала Вика.

– Идите, я покараулю, – сказал ей Степан. – Все равно я не танцую.

– Не умеешь?

– Не хочу, – покачал головой он.

– Он никогда не танцует и практически ничего не пьет, поэтому можете спокойно оставить ему свои напитки, – затараторил Егор, таща девушек на танцпол. – Никуда они не денутся. Эх, сейчас зажжем! Я как раз выучил парочку новых движений.

– Господи, – испугалась Даша. Она беспомощно взглянула на Вику. – Может, все-таки зря я это затеяла?

– Ничего не зря, – ответил ей Егор. – Вот увидишь!

– Но лучше отодвиньтесь от него подальше, – предупредила девушек Алина. – Своим последним новым движением он как-то едва не отправил меня в нокаут.

Пару секунд спустя они уже растворились в толпе танцующих, а Степан остался за столиком, карауля оставленные напитки. Внезапно кто-то похлопал его по плечу.

– Вот так встреча! – раздался сзади хриплый, прокуренный голос.

Степан повернул голову и застыл. Рядом с ним на свободный стул плюхнулся тощий нескладный тип с угреватым лицом.

Мясо. Степан знал его под этой кличкой, когда в недалеком прошлом они состояли в одной дворовой компании. В том прошлом, о котором Степан предпочитал не вспоминать. Мясо и тогда был настоящим уродом. Дорогие джинсы и черный кожаный пиджак ничего не изменили. Фамилию этого парня он помнил. Баранин. Потому и Мясо. А вот имя забыл, хотя, возможно, никогда его и не знал. Они ведь обращались друг к другу исключительно по кличкам и прозвищам.

– А это даже хорошо, что я тебя встретил, мразота, – прохрипел Мясо, склонившись к самому уху Степана. – Рыжий говорит, ты его узнал в музее. Что, успел уже настучать полиции? Всегда знал, что ты мразота двуличная.

– Пошел ты. – Степан грубо оттолкнул его подальше. Мясо уже успел основательно набраться, от него несло, как от винной бочки. – Никогда я ни на кого не стучал и не собираюсь.

– Не свисти, – злобно бросил Мясо. – Точно настучал, не зря о Рыжем теперь по всему району расспрашивают.

– Расспрашивают? – не понял Бузулуцкий. – Кто?

– Всякие странные типы. Полицейские в штатском, чего долго гадать? А может, такие же стукачи, как ты!

– Отвали от меня, – процедил Степан сквозь зубы. – Пока по-хорошему прошу.

– А что, скажешь, не стукач? Ты, мразота, теперь просто так от меня не уйдешь, – не отставал Мясо. – Думаешь, забыл про старое, так все, чистенький? Я-то помню, что ты раньше творил, а теперь с нами и знаться не хочешь?

– Знаться с вами? Ты сколько раз уже отсидеть успел за это время, придурок? Я что-то со счету сбился.

– Может, выйдем на улицу? – угрожающе предложил Мясо. – Я тебе живенько память освежу.

– Никуда я выходить не собираюсь, – отрезал Степан. – А Рыжему можешь передать, что полиции я про него ничего не рассказывал. Пусть не лезет ко мне, если неприятностей не хочет.

– Брехня, – не унимался Мясо. – Говоришь, не стучал? А с чего тогда за ним ходит кто-то?

– Скажи лучше, зачем Рыжий тот венец спер? Говорят, он копейки стоит. Надо ему было так рисковать?

– Не твое собачье дело. И не копейки вовсе! Рыжему очень прилично за венец заплатить пообещали, он на это бабло себе новую тачку сможет купить.

– Так это был заказ? – удивленно вскинул брови Степан. – Кому он мог понадобиться?

– А тебе зачем? Опять настучать хотел? – пьяно выдохнул Мясо. – Не выйдет! Не хочешь на улицу, так я тебе прямо тут подарочек преподнесу. В такой толпе никто и не заметит.

В его руке вдруг щелкнул складной нож. Ледяное лезвие прижалось к шее Степана.

Бузулуцкий проворно отпрянул в сторону, развернулся и ударил Мясо в подбородок. Тот опрокинулся и вместе со стулом рухнул на пол. Но нож не выронил. Когда он вскочил на ноги, лезвие по-прежнему блестело в его правой руке.

Лицо бандита исказилось от ярости, и он снова бросился на Степана, размахивая ножом.

Бузулуцкий ловко увернулся от выпада, схватил запястье Мяса обеими руками и со всей силы ударил его о столешницу. Мясо взвыл от боли.

Наконец на них обратили внимание посетители бара. Кто-то испуганно закричал, посетители шарахнулись в стороны, освобождая пространство для дерущихся.

Мясо лихорадочно дергался, стараясь вырваться, но нож не отпускал. Степан схватил правой рукой бокал с коктейлем и разбил его о голову противника.

Мясо выругался и врезал коленом Бузулуцкому по ребрам. Тот отлетел в сторону, а Мясо, отфыркиваясь и отплевываясь, снова бросился на него. Степан всадил ногу тому в живот, Мясо громко крякнул и согнулся пополам. Бузулуцкий наотмашь ударил его в челюсть, и тот рухнул, наконец выронив нож. Крики вокруг усилились, особенно когда Степан подхватил нож и приставил его к горлу противника.

– Парни! – испуганно закричал кто-то в толпе. – Прекращайте!

– Вот сейчас и прекратим, – злобно выдохнул Степан.

– Отпусти! – истерично верещал Мясо.

Лезвие прижалось сильнее, и у бандита глаза полезли из орбит.

– Убью, мразь, – хрипел Мясо. – Не знаешь, с кем связался…

– Да я тебя самого сейчас разделаю, если не заткнешься! – угрожающе прошипел Степан.

Какая-то девушка вдруг повисла у него на руке. Степан будто в тумане увидел Алину Поздееву.

– Степка, с ума сошел?! – крикнула она. – Отпусти его немедленно!

– Он сам напросился!

– Спасите! – завопил вдруг Мясо, поняв, что дело плохо.

– Степка, отпусти его! – взвыла Алина. – Тебе что, неприятностей мало?

Степан уже был готов ударить ненавистного придурка, но внезапно перед ним возникло лицо той странной незнакомки из музея. Она просто появилась в толпе перепуганных людей,