Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

Площадь тоже была залита водой глубиной по колено, – но, по крайней мере, тут не было течения. Кое в чем им, всё же, не повезло: они оказались на другой стороне от дворца. Вообще-то тут был мостик, но сейчас от него остались лишь торчащие зубья тонкой арки – вероятно, вздувшийся от непрерывного дождя поток принес что-то столь большое, что оно сокрушило хрупкую кладку. Или... кого-то.

Лэйми побрел к одному из примыкавших к отвесной стене котловины зданий – их плоские крыши находились на одном уровне с её краем и по внутренним лестницам они могли подняться в небольшой сквер. За ним начинался широкий проспект Председателя, – он пересекал реку по мосту и уходил в глубь города. Всего через полмили был мост через овраг. Это значило, что они могли дойти до дворца минут за двадцать. К тому же, посреди проспекта можно не боятся возможной засады...

Краем глаза он заметил движение и лишь через мгновение услышал плеск – несколько черно-зеленых тварей, похожих на волков размером со стол, пугающе быстро кинулись наперерез. Не мешай им глубокая вода, они настигли бы его раньше, чем он успел опомниться.

Лэйми поднял излучатель, прицелился... Вокруг одной из тварей вспыхнуло синее сияние, совсем неяркое в свете дня, – но она тотчас перевернулась через голову, подняв огромный, как при взрыве, фонтан брызг и больше не двигалась. Почти в одно мгновение Лэйми застрелил ещё троих. Последние твари тупо врезались в воду, широкие веера взметенных ими брызг попали на лицо юноши – так они были близко. Он оглянулся на друга, потом с облегчением перевел дух. Охэйо тоже ухитрился как-то сохранить оружие. Было просто удивительно, как эти электрические устройства не испортились от пребывания в воде. Батарейки в плотно застегнутых кармашках портупей тоже уцелели.

– Сейчас нам повезло, их было немного, – сказал Аннит, отдышавшись. – Но может быть и иначе. Давай так – я смотрю вправо, ты влево. Ясно?

– Да.

Осматриваясь, они пересекли площадь, свернув к подъезду одного из домов. Толстая деревянная дверь была разбита в щепки, свет внутри не горел. Лэйми прислушался. Из сумрачной утробы здания не доносилось ни звука.

– Похоже, там совсем пусто, – сказал Охэйо. – Пошли.

Внутри действительно никого не было – уже нет. Двери квартир зияли разбитыми проемами, в них виднелась разломанная, поваленная мебель. Лестница была усыпана мусором и осколками, однако нигде не оказалось ни людей, ни даже их останков. Лэйми, впрочем, счел за благо не заглядывать внутрь жилых комнат.

– Наверное, их всех... забрали, – предположил Охэйо. – Эти твари убивают только в крайних случаях. Мроо нужны тела, в которых они смогут... жить.

Лэйми повернулся к другу.

– Будь добр, заткнись.

Они поднялись этажей на двадцать, потом путь им преградили груды бетонного крошева и скрученной арматуры. Кто-то взорвал здесь фугас и четыре пролета лестницы обрушились вместе с площадками. Подняться по этому развороченному колодцу было невозможно – а лифт, конечно же, не действовал.

Лэйми с досадой хватил кулаком по стене. Возможно, в соседних зданиях лестницы ещё уцелели, но сил возвращаться назад и лезть на новые двадцать пять этажей у него уже не было.

Не глядя друг на друга, они опустились на пол. Их трясло от холода, буквально останавливающего кровь. Они торопливо разделись, прижавшись друг к другу обнаженными спинами – даже нагишом не было так холодно, как в промокшей насквозь одежде.

Понемногу Лэйми опомнился. Какие-то крохи живого тепла, перепадавшие ему от дрожащего Охэйо, хотя бы частично привели его в чувство. Он осмотрелся, выглянув в разбитое окно.

По обе стороны площади высились массивные, угрюмые здания. Они казались совершенно пустыми, выбитые кое-где стекла придавали им мрачный и зловещий вид. Из низко нависших туч сеялся мелкий дождь. Тварей нигде видно не было, не было видно и людей. Город – по крайней мере, эта его часть – казался вымершим. Лишь в той стороне, где был дворец, поднимались жирные клубы черного дыма, да из-за реки доносилась редкая, далекая стрельба. Где-то люди ещё держались...

– И чего это тебе в голову пришло – за мной бросаться? – спросил Лэйми, едва его зубы перестали выбивать дробь.

– А как же? – Аннит был непритворно удивлен. – Ты же мне жизнь спас! Этим... палачам, шеи свернул. Да и вообще... знаешь, у меня приказ защищать тебя любой ценой.

– Какой приказ? От кого?

– От наместника Хониара. Ты что, действительно ничего не помнишь?

– А что я должен помнить?

Аннит замысловато выругался.

– Хотя бы то, зачем ты отправился сюда.

– И зачем? И, главное, откуда?

– Из будущего. Как и я. Это тебя устроит?

– И что там, в будущем?

Охэйо посмотрел на него. Его зеленые глаза были сейчас совершенно непроницаемы – и холоднее льда.

– Там победили Мроо. Это вторжение люди кое-как отобьют, но последуют новые. Снова и снова. В моем настоящем люди сохранят только один Хониар – да и то потому, что он окажется вне времени, там, куда жителям мрака не попасть никогда.

– Но если вы можете путешествовать во времени, вы можете предотвратить...

Охэйо зло засмеялся.

– Прошлое можно изменить. Это правда. Только тогда мы – такие, как сейчас – просто исчезнем. Умрем. Вся реальность станет совершенно иной. Может быть, ТАМ у людей уже не будет возможности найти убежище вне времени. Эта вот реальность как бы спрессована: она помнит всё, что было с ней раньше и поэтому её можно изменить. Если она утратит это свойство, станут невозможны сами путешествия во времени, вне времени. В таких вещах, как эта, не следует рисковать.

– Так значит, вы не хотите ничего изменять?

– Нет.

– Зачем же ты послал меня к Панету? И почему ты сам не можешь летать?

– У всего на свете есть цена, Лэйми. Обладать Внутренней Энергией, конечно, очень приятно, но нервная система человека не может долго выдерживать такое напряжение. Если бы ты не утратил Дар Полета, через пару недель у тебя начались бы судороги и голова стала бы трястись, как у козла. Если Дар не погашен к этому моменту, то процесс становится необратимым. Нервная система разрушается, человек не может есть, пить, дышать – и, естественно, умирает. Это, впрочем, и к лучшему, так как к этому времени он становится абсолютным идиотом. Побыть несколько дней Летящим –