Клан Волка - Анна Кондакова

Я даже использовал специальную лампу для подсвечивания тайных знаков на бумаге. Эту лампу дала мне Исидора, когда показывала, как искусные Мастера Материй прячут соляные знаки внутри книжных страниц.

Лампа ничего не показала.

Свиток с картой был сделан из обычного пергамента. Судя по политическим и общегеографическим картам, с которыми я сравнивал границы на свитке, в указанной на карте точке не было ничего: ни подземных поселений, ни кратеров, ни разломов, ни гор или вулканов. Каменная пустыня. А прилично севернее располагался древний город Атифа, который занимал гигантскую территорию с катакомбами. Хотя сейчас мне это тоже не особо что-то объясняло.

Утром выходного дня, перед тем, как отправиться на экскурсию, я вскользь поинтересовался у Лёвы насчёт его старшего брата (Лёва как раз к нему собирался):

— А Игнат давно работает в Академии?

— Да лет пять уже.

Он любил поговорить о брате — очень уж гордился его успехами, хотя Игнат занимал совсем невысокую должность в Канцелярии.

— Устаёт, наверное, — продолжил я прощупывать почву. — Столько бумаг, отчётов.

— Это да-а, — со вздохом подтвердил Лёва. — Он всегда так ждёт выходной, чтобы посидеть в одной тавел-лне в Дал-лдиве. У него там девушка л-лаботает. Жани зовут. Игнат её очень любит и хочет жениться, когда денег будет побольше.

— А почему он так устаёт? Других секретарей разве в Канцелярии нет?

— Есть, конечно. Но на Игната навалили кучу дел. Он очень ответственный и умный. Завел-ляет все бумаги с печатями. Особенно тяжко ему в конце отчётного года. Он, ужас как, зашивается, а иногда даже не спит ночами, чтобы успеть. Всё читает, всё складывает. Блюдёт так, как никто не блюдёт...

О том, как Игнат «блюдёт» в Канцелярии, я слушал ещё около десяти минут, пока за мной не пришёл Храмов.

Он проверил на всякий случай, не взялся ли я за старое и не прихватил ли с собой револьвер из сейфа, а убедившись, что не прихватил — одобрительно кивнул. Только после этого смотритель позволил мне отправиться к центральной аллее, где собралась экскурсионная группа из самых любознательных первокурсников.

Я специально не стал говорить Мидори о своих намерениях посетить Измаил, чтобы избавить себя от компании, но это меня не спасло.

Среди толпы мелькнули знакомые лица.

Сначала на глаза попался Ючи Хамада в сопровождении девушки и двух друзей-Жрецов. Он кивнул мне, поздоровавшись, но подходить не стал — ему было не до меня. Он всячески обхаживал свою девчонку. Невзрачную брюнетку. Присмотревшись, я узнал в ней Варвару Белову. Ту самую шаманку, которая ходила на Пение, и которую учитель хвалил за жуткий голосище.

Ещё в толпе я заметил брата и сестру Гамзо.

С таким цветом волос их трудно было не увидеть. Кика и Грич что-то обсуждали: девчонка жестикулировала и словесно наседала на брата, а тот, по обыкновению, еле успевал вставлять редкие реплики.

Да уж, не вышло у меня незаметно от знакомых попасть в столицу.

Кика толкнула брата и потянула его в мою сторону.

— Кирилл! Эй! Никогда бы не подумала, что ты интересуешься культурным досугом! А мы хотим посетить художественную галерею «Болеро» в центре. Давай с нами!

Грич вздохнул.

— На самом деле, она хочет потереть нос одному стихийному памятнику рядом с галереей. На удачу.

— На этот памятник мы всем сообществом деньги собирали. Ты только ворчишь, а сам тоже не прочь нос потереть. Потому что это нос профессора Андронникова.

Грич умоляюще взглянул на меня, будто просил убить его, чтобы избавить от пытки.

Всю дорогу до верхолётной станции Академии мне пришлось выслушивать фанатскую ересь про профессора Андронникова, а потом Кика достала меня вопросом, какой культурный объект я хочу посмотреть.

Пришлось наврать про новый театр, на открытии которого должен сегодня выступать Адриан Коровин.

— Он так долго готовил речь к открытию, — добавил я. — Хотелось бы поддержать учителя.

— Променял Галея на Коровина? — спросила Кика. И не дождавшись ответа, тут же добавила: — А знаешь, я тебя не осуждаю. Судя по всему, этот Галей — вечно мрачный и злой. То ли дело наш лаборант Демьян. Вот это шутник!..

Кика прожужжала мне все уши.

Она говорила больше экскурсовода, но когда верхолёт начал приближаться к центру Измаила, то наконец-то смолкла, уставившись в иллюминатор. Мне же предстояло придумать, как избавиться от навязавшейся компании.

Пришлось ждать подходящего момента.

Он наступил только через час, когда верхолёт приземлился, и экскурсовод повела студентов по одной из центральных площадей в сторону нового театра.

— У вас есть свободный час! — объявила она. — Можете прогуляться по площади, заглянуть в исторический музей, побывать на открытии театра и увидеть выездную выставку пейзажей! Но ровно через час вы должны быть у верхолёта! Никаких опозданий!

— Пошли скорее к памятнику! — Кика ухватила меня за руку, и я кое-как отвязался, сказав, что спешу увидеть Коровина на сцене и отправиться за кулисы.

Минут через пять я уже затерялся в толпе около театра и наконец-то был свободен.

Настало время заняться действительно важным для меня делом...

Эпизод 17

Уже через пятнадцать минут я стоял на рыночной площади у Третьей Восточной улицы.

Там находился магазин «Магические Пустяки», принадлежащий Жрецу Саргону. Как выяснилось, весьма высокопоставленному человеку в столице.

Добрался сюда я точно так же, как делал в тот вечер, когда искал Мидори — на верхолёте-такси.

Деньги у меня с собой были. Немного, но всё же.

Как-никак меня обеспечивал Торговый Дом Маямото, и после начала учёбы он прислал мне деньги на карманные расходы. Рио Маямото своё дело знал: он не обсыпал меня богатствами, но и не жадничал, понимая, что его будущий телохранитель не должен нуждаться. Правда, основные средства находились у Галея, как у моего учителя.

Я торопился.

У меня осталось всего сорок минут, чтобы сделать всё, что нужно, а затем вернуться обратно в центр столицы, поэтому я без промедления вошёл в лавку и на этот раз с парадного входа.

Торговый зал был совсем небольшим, зато товара имелось столько, что разбегались глаза.

Два стеллажа с полками до самого потолка были уставлены стеклянными сферами самых невероятных цветов, эликсирами, порошками, коробочками, шкатулками, стержневыми заклинаниями, свитками и различной бытовой мелочью, вроде светильников, свечей, шампуней, стопок с полотенцами, посудой и прочим.

Отдельную витрину занимали трубки для метания заклинаний, а в стеклянных коробах, наряду с конфетами и чаем, продавались маго-таны. По местному, батарейки из серой промышленной соли, предназначенные для бытовых приборов, вроде плит, горелок, светильников, холодильных шкафов и прочего.

При виде такого количества