Доппель стори - Владимир Алексеевич Абрамов

на две части, поэтому невозможно пройти по нему к другому спуску. Звягинцеву пришлось вылезти на крышу и пройти по ней. Он не опасался быть замеченным снизу, поскольку он полз по центру крыши. Вот если бы он шёл в полный рост или хотя бы двигался полусидя, тогда внимательный наблюдатель его мог бы заметить. А так обнаружить ползущего по крыше человека может лишь внимательный житель соседней высотки или наблюдение сверху. К счастью для сантехника, в советской действительности всё не так, как в голливудских боевиках — никто не использует вертолёты в городской черте для задержания преступников.

В подъезде продолжалась вялая перестрелка. У каждого из милиционеров-спецназовцев с собой было по два запасных рожка к автоматам.

Двойник Звягинцева уже отстрелял один рожок, снял два запасных магазина с разгрузки бессознательного стража порядка, лежащего на лестничной площадке третьего этажа, использовал один из них для продолжения пальбы. Через некоторое время он пустил в ход третий магазин. К этому времени Святослав прополз половину расстояния.

Когда у дубля закончились патроны, Звягинцев оказался возле второй двери, ведущей на чердак.

Двойник забежал в квартиру целью взять магазины с патронами с разгрузки другого милиционера. Но тут он услышал, что в комнате кто-то пришёл в сознание и начал шевелиться. Следуя приказу, дубль развоплотился. На пол упала вязаная маска и короткоствольный автомат, в тот же миг Святослав получил память двойника.

— Эх, ещё чуть-чуть бы! — пробормотал он.

Дверь на чердак была не заперта, чего не сказать о люке. Но молодецким ударом ноги Слава помог люку распахнуться. Металлический уголок, который был прикручен к люку с нижней части и на котором висел замок, попросту не выдержал. Точнее, шурупы, которыми был прикручен уголок, попросту вырвало с мясом.

Шум от резко распахнутого люка стоял знатный. Слава испугался, что милиционеры сейчас набегут сюда. Но по прикидкам от крайнего подъезда и пятого этажа расстояние слишком большое, чтобы кто-нибудь услышал шум, стоя возле входа в подъезд, в котором проживал сантехник.

Святослав не знал, что делать дальше. Он начал спускаться вниз, но понимал, что незаметно покинуть здание не сможет. Выбежать из подъезда безлюдного дома равносильно громкому крику: «Эй, смотрите, я здесь!». Из окна с обратной стороны дома тоже не выпрыгнуть — пара стражей порядка, дежурящих с той стороны, обязательно заметят такое. Оставался лишь торец здания, где теоретически никого быть не должно.

— Хм… — протянул Звягинцев. — А это идея!

Святослав спустился на первый этаж и замер перед деревянной дверью квартиры, которая по идее должна быть угловой с выходом окон на обе стороны: в сторону двора и в торец здания.

Несколько секунд сантехник сверлил взглядом дверь. Он размышлял над тем, как её открыть. Любимого рюкзака с инструментами у него с собой не было. Теоретически, дверь можно выбить ногой. Во всех советских квартирах по нормам пожарной безопасности входные двери в квартиры должны открываться внутрь. Многие считали, что это нужно не для пожарных, а для того, чтобы правоохранительным органам было проще выбить дверь для задержания преступника. В принципе, и та, и другая точка зрения не лишены логики. Но выбивать дверь нельзя — это создаст много шума. Первый этаж — не последний, есть шанс, что кто-то из милиционеров услышит.

И тут Святослава озарило. Он из левого кармана достал свёрток, из которого извлек стальной цилиндр. Свёрток отправился обратно в карман. На лице Звягинцева расплылась улыбка. Он нажал на кнопку сбоку стального цилиндра и оттуда с трансформаторным гудением появился синий световой клинок.

— Да пребудет со мной Сила!

С этими словами Слава световым мечом вырезал дверной замок. Отключив клинок, он спокойно открыл дверь, подхватил падающий на пол дверной замок и зашёл в квартиру. Замок он положил на пол коридора и прошел вперед на кухню.

Святослав с осторожностью выглянул в окно. На улице было пусто. Несколько секунд он размышлял. Получалось, что даже если удастся незаметно выбраться на улицу, то скрыться не выйдет. Стоит отдалиться от стены здания метров на десять, как его могут заметить.

— Что же, кажется, придётся одного клона всё же запалить… — тихо сказал он.

Звягинцев отправился направо в комнату. Это была однокомнатная квартира, но с другой планировкой, отличной от жилища сантехника.

Слава создал дубля и без зазрения совести распахнул дверцу шкафа. Внутри было немного старой одежды, она была свалена прямо на полу большого отделения шкафа. Видимо, это те вещи, которые при эвакуации не жалко было оставить.

Выбрав старый, потрепанный жизнью спортивный костюм тёмно-синего цвета, Слава кинул его двойнику.

— Надень это и беги на крышу, — приказным тоном начал говорить Святослав. — Твоя задача отвлечь преследователей. Добежишь до края крыши со стороны другого торца здания и начинай вопить, кричать. В общем, любыми способами привлеки к себе внимание ментов.

Двойник быстро оделся и покинул квартиру. Он забрался на крышу и поспешил добежать до нужного места.

Святослав вернулся на кухню и открыл окно. Он медленно считал до ста и старательно прислушивался к звукам с улицы. На счете девяносто семь издалека послышался истошный вопль. Это двойник, стоя на дальнем краю крыши, визжал, словно свинья, которую режут.

Естественно, милиционеры заметили крикуна.

Слава поспешно выпрыгнул из окна и на максимальной скорости рванул в сторону соседнего дома. Бежать он мог очень быстро, если бы не тапочки. А так он развил скорость максимум около сорока километров в час.

Клон продолжал визжать подобно банши. От его крика становилось не по себе.

Со стороны входа в подъезд два милиционера задрали головы и не спускали глаз с крикуна, точно такая же картина была с обратной стороны дома.

Тем временем в квартире четыре спецназовца с помощью нашатыря приводили в сознание коллег. Когда раздался крик, вначале они ничего не поняли. Но тут же на связь с ними вышли коллеги, дежурившие возле подъезда.

— Беркут два, я Оса. Объект на крыше, — донеслось из динамика рации. — Прием.

Один из спецназовцев взял рацию и ответил:

— Оса, я Беркут два, принял. Объект на крыше. Беркут один и остальные живы. Мы двигаемся наверх для задержания объекта. Приём.

— Беркут два, я Оса. Принял. Мы будем караулить внизу.

— Принял, — ответил спецназовец.

Пришедший в сознание лейтенант Ласка все слышал. Он сказал, обращаясь к милиционерам:

— Парни, попытайтесь взять его живым.

Тот спецназовец, который только что говорил по рации, ответил чекисту:

— Попробуем, но ничего обещать не можем. Вы слышите, как он орет? Походу парень того, — покрутил он пальцем у виска. — Крыша поехала.

Пока одни милиционеры пялились на крышу,