Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

помещения, имелось одно кухонное, два на четыре, вытяжка из которого вообще находилась в стене одного из посторонних зданий. Такой изумительный дымоход позволял готовить в подвале что угодно круглые сутки и не опасаться быть отысканным по запаху приготовленной пищи. Ещё два помещения, аналогичные по размеру кухонному, отводились под кладовые, где и хранился основной запас продуктов. Дополнительная комнатка, которая всегда была заперта на замок, была отдана под так называемый арсенал. Но туда не слишком-то и заглядывали: с алебардами, копьями и щитами да в полном рыцарском вооружении наружу никто выходить не смог бы при всём желании. Ну и последнее помещение было квадратное, которое являлось неким подобием спальни. Именно там предавалась бывшая наложница разврату вместе со своими похотливыми злоумышленниками. Оттуда же через узкий изогнутый тоннель и вёл выход в систему городского коллектора.

А уж из коллектора можно было выбраться в любой из глухих двориков вокруг площади. Тем более что служащие коллекторов в основном блокировали открытие люков снизу, чтобы в канализации не заводились всякие контрабандисты или прочие уголовные элементы. И пользуясь этим, небольшие группы специалистов и воинов в первые дни прочесали коллектор неоднократно, до последнего погонного метра, но не отыскали никого подозрительного.

Так что самой пленнице, закованной в цепи, без посторонней помощи никак бы не удалось вырваться на свободу. Надеяться на поисковые группы было бессмысленно. Хотя она сама стремилась сделать хоть что-нибудь. Постоянно пыталась припрятать у себя то ложку, то глиняную миску, то кусочек найденного ржавого гвоздя. Ложкой она пробовала открыть хитрый замок на кандалах, миской намеревалась ударить в висок первого, кто чуть зазевается, оказавшись рядом с ней на расстоянии вытянутой руки. Но, увы, пока у неё ничего не получалось. Миски отбирали после каждого приёма пищи, а теперь вот и ложку, спрятанную с таким трудом и фантазией, подлая вражина отыскала. Оставалась надежда только на гвоздь, который был спрятан даже не на теле, а в боковом шве старого, рваного одеяла. Его, вместе с парой таких же «спальных принадлежностей», с первого дня с издевательским смехом швырнули на каменное возвышение в виде нар, где и находилось спальное место наследницы чагарской короны.

– Здесь для тебя пуховых перин не будет! – восклицал радостный и доброжелательный на вид барон Вакер. – Разве что мы тебя ими порадуем, когда твоя жизнь нам уже не понадобится, а возжелаем мы твоего сладкого, молоденького тельца…

Именно этого, оптимистичного на вид, брызжущего весельем полноватого мужчину Роза боялась больше всего. И содрогалась непроизвольно всякий раз, когда он беззвучно начинал приближаться к ней. Если граф был злой по натуре, то это было видно сразу, понятно, что от такого ожидать. Если Маанита подлая и циничная тварь – так об этом принцесса уже давно знала и внутренне приготовилась к самому худшему. А вот барон почему-то наводил на неё ужас.

Хотя девушка сама понимала почему. С самого детства она помнила и знала этого барона, входящего в окружение короля, как непревзойдённого весельчака, балагура, добряка и душевного, отзывчивого человека. А тут вдруг он оказался предателем! Да не простым, а таким, который собирается надругаться над беззащитной, полностью доверявшей ему девчушкой!

Такая двуличность и мерзопакостность человеческой натуры никак не умещалась в сознании Покорительницы Небес. И она уже начинала сомневаться в том, что людям после такого можно верить вообще.

В каменной берлоге тоже жили по времени суток наверху. Поздно вечером, только на несколько часов кто-нибудь из особей мужского рода заползал в щель вентиляции и прислушивался к разговорам горожан, которые собирались на краешке площади. То же самое делалось и с утра, а потом и в продолжении всего дня. Как это ни странно, но собираемых сведений хватало с лихвой. Даже личное брожение по улицам не давало того потока информации, которым оживлённо обменивались обитающие по соседству подданные короны. Может, сказывалось наличие хлебной лавки рядом и пекарни, в которой работали практически круглосуточно. И даже ночью там трудящиеся по сменам хлебопёки продавали хлеб прямо через окошко. Вот люди на данном краешке площади и останавливались, встретившись при покупке, вот и начинали свои разговоры восклицаниями типа: «А ты знаешь, что случилось?!»

Засевшим в тайном подвале злоумышленникам только и стоило, что не лениться да почаще прикладывать ухо к ценному воздухоотводу. Да и чем им ещё было заниматься? Наелись, отоспались, справили нужду, пороскошествовали на теле, которое когда-то ублажало самого императора Гранлео, а ещё недавно короля Грома Восьмого, да и отправляйся по очереди на пост. А перед тем как заснуть поздней ночью, опять подарок в виде обворожительного тела и умелых ласк. По сути, что граф, что барон считали себя в данные дни самыми счастливыми людьми и даже несколько чрезмерно подобрели… Как они сами заявляли! А судя по их проскальзывающим словечкам, они были готовы терпеть такое существование хоть целый месяц.

Естественно, что Мааниту это никак не устраивало. Она бесилась и сатанела, огорчённая тем, что уже почти состоявшаяся свадьбы с монархом оказалась втоптана в грязь этим нежданно воскресшим, ещё недавно сгоревшим дотла Хромым Монахом. Но понимала, что продолжить сейчас побег и податься в гости, к примеру, к тому же императору Севера она пока не в состоянии. И она умело скрывала свои эмоции, стараясь не упускать инициативы командования в своей маленькой банде. Хотя будь мужчины умнее, они бы уже давно осознали, что власть бывшей наложницы над ними только и базируется на проституировании самки собственным заманчивым телом. Потому что прежние её обещания уже недействительны, а все будущие намётки – пока только пустой звук, не более.

А зачем им торговаться и упрашивать? Коль они и так могли бы обладать всем, чем пожелают, по праву силы? В том числе и над пленницей могли поглумиться, как им заблагорассудится. Потому что не понимали до сих пор: зачем они вообще похищали принцессу и волокли с таким риском в тайный подвал? Как заявлял барон Вакер на сытый желудок, бросая сухарями в принцессу и стараясь попасть ей в лицо:

– Лучше было её убить прямо в спальне! И затолкать под кровать вместе с гвардейцами. А так только тащили, надрывались… Ха! Разве что перед уходом за всё над ней отыграемся!..

Но пока они до «права силы» ещё не додумались, купаясь в самодовольстве и в нирване