Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

эту идейку как-то услышал у клала Дятлов, болтающих о похождениях своей молодости, и давно хотел ее опробовать, а тут такой случай подвернулся и такой облом. А ведь только за одну выкованную не рвущуюся стальную нить, мы жадным гномам целый двемерский механизм на четыре тонны весом отдали, и я уж не говорю про наличное бабло, за груду которого мы драконьи сухожилия купили. Парни с помощью Дола и Вулкана эту нить и сухожилия так натянули, что засранца при выстреле точно бы пополам рассекло, да только деревья, к которым мы всё это привязывали, превратились в пепел раньше, чем он до этой ловушки дошёл. Надо было вкопать стальные столбы и к ним все это привязывать, да только времени совсем не было и так-то еле-еле все успели. Впрочем, как я гляжу, и столбы бы нам не помогли, с трёх сторон земля в кипящее лавовое озеро превратилось, хорошо, что до вас всё это не дошло, а то сразу всему плану хана бы была.

Хотя лавовое озеро и обогнуло каменную площадку со всех сторон, но та, по роковой случайности, оказавшись местом жертвоприношения для Древних богов, от его усилий не пострадала, как и большая часть соклановцев находящихся в двух сотнях метров от меня. Гроза, повиснув над хозяином, своим краем лишь иногда задевала убежище Дола, но то, собранное из материалов, максимально сопротивляющихся воздействию магии, обкастованное сверх всякой меры защитными заклинаниями и благословениями, увешенное амулетами и расписанное рунами, сопротивлялось очень достойно. Вот только Дол всё равно беспрерывно истошно блеял, так как беспрерывно от меня к нему текла смертная энергия, неожиданно приобретшая видимый спектр в форме скрученного в форму веретена кровавого тумана. Тот вихрем вырывался из моего беспрестанно атакуемого магией тела и туго закрученным вихрем уносился к бедной животинке, на которую, с другой стороны, волна за волной накатывали лечебные волны от наших лекарей. К нашему счастью, когорта поверженных богов редко действовала рационально, больше полагаясь на эмоции, ведь стоило поверженному плюнуть на меня и обойти стороной, уничтожив сначала моих помощников и всё закончилось бы гораздо раньше. Однако, бурлившая в нём ненависть, лишила его разума, и моя персона приманила его будто магнитом, и одновременно красной тряпкой, не отпуская и не давая действовать более разумно, заставляя бросаться на меня, заливая бесконечными потоками разрушительной энергии.

— У нас там почти двести сокланов полегли, — показала Лапочка на бурлившее лавовое озеро, и лучники хорошие там были и поднять почти никого не удалось. Для оживления нужно тело, а они все оказались под толщей расплавленного камня. Ладно в основном все выполнили приказ и при перерождении в замке вперёд лучников никто лезть не стал, но всё равно уровень замка четвёртый, в итоге, камень возрождения поднимает лишь по четыре человека в минуту. Для обычных дней этого более чем достаточно, но в данной критической ситуации такая пропускная способность просто катастрофична. До конца боя возродиться успело не больше четверти от всех погибших. Зато когда грозовой фронт стабилизировался и мы выяснили его зону действия, то смогли подкатить баллисты и бить по нему прямой наводкой, да и лучникам стало полегче, а вот вылазку милишников пришлось отложить, слишком опасно было без поддержки лекарей запускать их в этот ад.

— Меня значит не было слишком опасно запускать, — проворчал я, положив руку ей на грудь и поигрывая возбужденно торчащим сосочком, — а упакованных по самую макушку в толстенную броню танков ты пожалела.

— Ну, ты-то как раз лекарями не был обделен, так что не ной, а наши самые упакованные танки при такой интенсивности магии, в тот момент вряд ли что смогли бы сделать, тем более это был план «Б», а в плане «А» к нему вообще никто близко не должен был подходить, ну, кроме тебя, конечно.

Лапочка замолчала, глядя на изображение, где сомн призраков дотёк до места боя и начал таять под воздействием моих заклинаний. Они распадались светом и пеплом, но рвались и рвались вперёд, пока самые сильные из них не добрались до сферы Святой Ярости растекаясь по её поверхности будто мороженое, упавшее в чан с расплавленным металлом.

Камеры отодвинулись снова, показывая площадку, плавающую внутри огненного озера с большего расстояния. Стали видны ряды лучников подбирающихся всё ближе и ближе к нам, подкатывающийся катапульты, кольцо ведьм, всё ещё продолжающих кружить высоко в небесах, осыпая противника проклятиями. Маг, прошествовав по озеру лавы и вступив на арену, продолжал и продолжал изливать свой гнев на меня, пока я не активировал свиток заклинания и не прервал его на самом интересном месте.

Подплывшая к нам вплотную невидимая камера, передала наш короткий диалог, и ещё более краткую стычку, в итоге которой я остался валяться на камнях, а трёхметровые посохи начали ломать моё тело, вбивая его в камни, возвращая тем своё изначальное предназначение — пить кровь приносимых Древним богам жертв. От этого вида у меня сразу заныли рёбра, слава богу камера опять откатилась назад, и стали видны ряды лучников под предводительством Снегиря, выстроившихся широкой дугой вдоль берега кипящего озера, накладывающих на тетивы хрустальные стрелы. Миг и они взвились в воздух по широкой дуге устремляясь вниз, превращая спину павшего бога в шкуру дикобраза. Здоровье того рухнуло сразу на десяток процентов, а после второго залпа ещё на десяток. Чокнутый маг, не переставая вколачивать меня в камень, сделал что-то, и от него во все стороны потекли извилистые тени, будто сотни невидимых змей рванули вперёд, перетекли через лавовое озеро, набрасываясь на стоящих там лучников, выпивая их жизненную энергию. Мгновение и большая часть из них повалилась на землю безвольными кулями, не подавая никаких признаков жизни. Затем невидимые змеи добрались до баллист и катапульт: те взорвались, осыпая всю округу шрапнелью из вырванных с корнем болтов, мелкой щепы и обрывками порванных канатов. Из дальних рядов тут же выдвинулись лекари и жрецы, поднимая павших, а к разрушенной осадной технике метнулась невзрачная девчонка, накладывая на груду щепок свои руки, под которыми разрушенная баллиста начала складываться в единый механизм. Щепки прирастали друг другу, складываясь в целые брёвна, болты вбивались в отверстия, канаты скрепляли разрозненные детали, восстанавливая его целостность и смертоносный обстрел вскоре продолжился, уверенно снижая здоровье противника до половины.

— Ни фига себе, — поделился я, своим изумлением, — это не та ли девчушка, которая из всякого хлама создаёт новые вещи?

— Что? — Нахмурилась Лапа, — Броневой, а ты откуда это знаешь? Это вроде наш клановый секрет.

— Не помню. Видимо я в какой-то момент нечаянно